Аркан-IV. Раскаты грома - Евгений Адгурович Капба

Наконец, получив ответы, Рем встал и пошел к ослам:

— Уходим. Нам нужно попасть в Асид, это какой-то занюханный городишко вниз по дороге… Тут верст семь, не больше. Стоит как раз на перекрестке, там поймем, как добираться до Смарагды. Но сначала заберем вьючных лошадей этих уродов — тут недалеко, в распадке!

— Эй! Беллами! — просипел маг, который корчился на снегу. — Ты обещал!

— Я выполняю обещание и не убиваю тебя. И мне наплевать, помрешь ты тут или нет… В конце концов — ты маг. Наколдуй себе бинты, или прижги раны!

— Но ты сделал… Ты сделал со мной что-то!

— Если выживешь и расскажешь о симптомах — заплачу тебе целый золотой. Видишь, сколько их у меня! Обещаю. А Ромул Беллами всегда выполняет свои обещания! За мной, маэстру!

Уже в распадке, когда лошади налетчиков поменяли хозяев и трудолюбивые ослики, наконец, избавились от части поклажи, Ёррин спросил:

— Зачем ты его пощадил? Мерзавец ведь редкостный, сразу видно! Такие запросто не подыхают. Будет мстить…

Аркан только хмыкнул, по своему обыкновению:

— Кто-то ведь должен поведать миру о явлении башелье Беллами, верно? Что ты там говорил о репутации?

* * *

XVII ДОРОГА В СМАРАГДУ

В Асиде они произвели фурор. Еще бы — гном, эльф и человек в одной компании! Местные тыкали пальцами, перешептывались, качали головами. Эадор высокомерно поглядывал на людишек, Ёррин бормотал проклятья и похабщину по-гномски, а Рем был занят — он выискивал здешнего представителя власти.

И едва нашел — тут же завалился к местному бальи, и едва не разгромил управу, намекая должностному лицу, что он скверно правит вверенными ему землями, иначе всякая магическая шваль не смела бы нападать на дворянина и его благородных спутников прямо у стен этого занюханного городишки.

— Вы понимаете, что сделают эльфы, если узнают, что кто-то посмел покуситься на ванъяр из банальной жадности? Мне дорогого стоило уговорить милостивого государя Аратара Ваана по прозвищу Убийца Собак не устраивать здесь резню… — Аркан хватался за эфес меча и корчил такие страшные рожи, что всем и каждому было понятно: он и см не против устроить резню.

— Убийца Собак? — полнокровная физиономия бальи раскраснелась еще больше, брыли на щеках тряслись, пот его пах уксусом.

— Убийца Собак, — кивнул Рем. — Мы прикончили их всех! Пошлите стражников, убедитесь в том, что маг атаковал первым: там сгорели деревья, прямо над нашими головами! В качестве компенсации мы требуем всё имущество потерпевших, включая слуг, повозки и банковские счета…

— Банковские счета? — чиновник из красного стал белым как мел. — Но у мессира Атталя не было банковских счетов! Он едва мог расплатиться за номер в гостинице!

— Значит, мы заберем всё, что есть в этом номере… — Аркан был уверен, что маг выживет, и хотел подложить ему здоровенную свинью.

— Но… Но…

— Клянусь, если вы попробуете чинить мне, дворянину, препятствия в восстановлении справедливости — я поддержу милостивого государя Аратара в его стремлении добиваться возмездия по Туринн-Таурским обычаям! Ромул Беллами всегда исполняет обещания, так что решайте немедля, маэстру бальи!

Герцогский наместник сдулся и вяло махнул рукой:

— Я пошлю мальчика, чтобы он предупредил хозяина гостиницы не мешать вам взять ту компенсацию, которую вы пожелаете…

— Тем лучше для вас и вашего городишки! — Аркан развернулся на каблуках и вышел вон.

Он сам до конца не понимал, почему так вцепился в этого жалкого кудесника — Атталя, или как его там? — то ли из-за его манипуляций с огнем, явлением для ортодоксов сакральным, то ли — из-за некоторого его сходства с Антуаном дю Массакром. А может быть все лежало на поверхности: выбравшись из подземелий, молодой герцог ожидал некого облегчения, интересной поездки, приятного путешествия, а получил огненный шар в лицо и очередную кровавую схватку!

Так или иначе, он махнул друзьям, которые ожидали на улице, и ведя под уздцы целую кавалькаду из лошадей и ослов, они двинулись к гостинице. Перед ними прошмыгнул парнишка, явно — посыльный.

— Хочу посмотреть на документы и вещи нашего мага, — пояснил Рем. — Никогда не видел, чтобы волшебники такого уровня занимались обычным разбоем. У него была палочка, настоящий магический жезл — такой дают только в Башнях. Это — статус! Добывать головы фоморов или нападать на кладоискателей? Нет, что-то тут нечисто…

— Я думаю продать осликов, — подал голос гном. — Нам довольно будет и лошадей, теперь поедем по цивилизованным местам, где всё можно купить за деньги. Жалко скотинок, но что поделаешь!

— Можем оставить их в гостинице. Когда сюда наведаются люди Коробейника — заберут. Как и наши ценные указания…

— О! Да! Отдавать товарищей в рабство оптиматам — это фу! — обрадовался Ёррин. — Пусть лучше послужат нам в Цитадели.

Решив таким образом судьбу осликов и успокоив совесть, они устроились на первом этаже гостиницы, чтобы перекусить и передохнуть перед рывком на Смарагду. Рем же поднялся наверх, ведомый хозяином.

— Плохой постоялец… Был! — говорил гостиничных дел мастер. — Платил нерегулярно, девок обижал, пил всякую гадость и из номера у него воняло серой, сэ-эр!

— Серой? — поднял бровь Аркан.

— Да, сэр. Он ведь был магом. Занимался всякой чертовщиной…

— Дай-ка мне ключи, маэстру, и не входи следом за мной. Мне не страшна ни магия, ни чертовщина, потому как я — башелье Ромул Беллами! А ты — тварь дрожащая, так что иди и дрожи. А я тут уж сам разберусь…

Хозяин только рад был таким раскладам. А Рем не хотел, чтобы кто-то видел его приготовления: из кармана появились завернутые в бумагу лучинки, обильно покрытые составом из все той же угольной пыли и ладана, с добавлением сушеного зверобоя и пчелиного воска. Поднеся кончик одной из них к настенному масляному светильнику, Аркан дождался, пока тление ароматической палочки не станет стабильным, и сунул ее под дверь, сквозь просвет у самого пола. Потом повторил манипуляцию еще с двумя палочками: поджег и отправил их следом.

Толстые дубовые доски вряд ли загорятся от такой безделицы, так он рассуждал. А обезопасить себя от магического воздействия, которое могло остаться от ритуалов и заклинаний однозначно стоило. Так что подождав некоторое время, он воспользовался ключами и потихоньку, осторожно отворил дверь, едва приоткрыв ее. Церковный аромат вырвался