Аквилон. Маг воды. Том 3 - Саша Токсик

Купец выдохнул так громко, словно всё это время не дышал. Цвет начал возвращаться на его лицо, плечи чуть расправились.

— Слава богу, — прошептал он. — Слава богу… Значит, не всё пропало.

— Теперь проверим свежую воду, — Надежда взяла новую колбу. Её голос оставался ровным, но я заметил, как дрогнули её пальцы. Она знала, что сейчас произойдёт.

Вода из скважины выглядела так же чисто, как и старая. Прозрачная, без запаха, на вид абсолютно нормальная. Именно это и было самым страшным, элементали было невидимы.

Надежда опустила щуп.

Реакция была мгновенной и жуткой.

Едва серебряный наконечник коснулся поверхности, как по воде поползли тёмные разводы. Они расходились кругами, как от брошенного камня, но вместо того чтобы исчезнуть, сгущались, превращаясь в маслянистые хлопья. Вода мутнела на глазах, приобретая грязно-серый оттенок, похожий на сточные воды.

Но хуже всего был запах. Он поднялся из колбы едва заметной, но отвратительной волной, смесь болотной тины, гнилых водорослей и чего-то ещё, непонятного, но отвратительного. Запах смерти.

«Фу! Фу! ФУ!» — возмутилась Капля. — «Плохая вода! Больная! Очень больная!»

Концентрация «неправильных» элементалей в скважине Добролюбова была очень высокой. Такое не могло произойти случайно, то теперь я знал причину. Пробирка вроде той, что я видел возле Синявино. Может быть не одна. Магическое оружие массового поражения.

— Господи помилуй, — прошептал Волнов. — Вот оно что… Вот оно как…

Митрич отшатнулся от стола, его загорелое лицо приобрело землистый оттенок.

— Так я ж… я ж эту воду пил! Сегодня утром из этого самого крана!

— Когда? — резко спросила Надежда.

— Да… да часа два назад. Как пришёл на склад, сразу кружку налил. Жарко было… Сделал глоток, потом вспомнил, что начальство запретило, да вылил всё.

Надежда быстро подошла к нему, взяла за подбородок, заглянула в глаза. Потом велела показать язык.

— Пока симптомов нет, — сказала она. — Возможно, один глоток на вашем состоянии не отразится. Точно один?

— Клянусь! — Митрич отчаяно закивал головой.

— Но вам нужно немедленно принять активированный уголь, — сказала Надя. — И следить за самочувствием. При первых признаках недомогания сразу обращайтесь к врачу.

Митрич закивал, явно напуганный. Добролюбов смотрел на мутную жидкость в колбе с выражением человека, увидевшего собственную смерть.

— Перекрой этот треклятый кран в цеху к чёртовой бабушке! — рявкнул он. — Это надо же, всех предупредил, по домам распустил, и всё равно…

— Будет исполнено! — Митрич испуганно ринулся наружу, топоча сапогами.

Добролюбов снова повернулся к колбе.

— Значит, это правда, — голос его был глухим, мёртвым. — Моя вода отравлена. Я травил людей. Детей травил…

— Не вся вода отравлена, — напомнил я твёрдо. — Старые партии чистые. Заражение произошло недавно, возможно, всего несколько дней назад.

— Но как? — купец схватился за голову, взъерошил и без того растрёпанные волосы. — КАК, чёрт возьми⁈ Скважина защищена тройным слоем фильтров! Я сам лично всё проверял месяц назад!

Он говорил всё громче, почти кричал. В голосе звучало отчаяние человека, который не может понять, где допустил ошибку.

— Может, фильтры прорвало? — предположил Волнов неуверенно.

— Да как их прорвать⁈ — Добролюбов всплеснул руками. — Там же тройная защита! Песчаный слой, угольный, потом ещё мелкая сетка! И всё в стальных корпусах!

Я слушал и думал. Мергель. Это его рук дело, сомнений нет. Но как он сумел заразить защищённую скважину? Здесь явно не обошлось без инсайдера. Кто-то из рабочих? Или выше?

Надежда тем временем проверила воду вторым прибором. Она открыла чемоданчик, внутри был более сложный механизм с несколькими отделениями и градуированными шкалами. Результат был тот же — старая вода чистая, новая заражена.

— Концентрация высокая, — констатировала она, изучая показания. — По сравнению с большинством моих образцов, она сильнее в десятки раз. Это… — она запнулась, словно испугалась собственных выводов. — Это похоже на целенаправленное заражение.

Последнее слово она произнесла тихо, но в тишине конторы оно прозвучало как удар грома.

— Целенаправленное? — Добролюбов уставился на неё. — Вы хотите сказать…

— Доктор Светлова хочет сказать, что такая концентрация не возникает сама по себе, — сказал я. — Кто-то добавил заразу в вашу воду. Намеренно.

Глава 15

В дверях появился Митрич. Старый рабочий тяжело дышал, прислонившись к косяку. Промасленная фуражка съехала набок, открывая седые виски.

— Василий Петрович! — выпалил он, хватая ртом воздух. — Кран перекрыл, как велели!

Он стянул фуражку, вытер взмокший лоб засаленным рукавом.

— И ещё… — Митрич сглотнул, кадык дёрнулся вверх-вниз. — Семёныч из ночной смены вспомнил кое-что странное.

Добролюбов вскинулся так резко, что кресло скрипнуло.

— Что вспомнил? Говори толком!

Митрич переступил с ноги на ногу.

— Три дня назад ночью Семёныч видел возле скважины чужого. Сперва подумал, новый инженер какой, которого наняли без его ведома. — Митрич облизнул пересохшие губы. — В рабочей одёжке был, с инструментами. Фонарь при нём со светокамнем, всё как положено.

В конторе повисла тишина.

— И что этот… человек делал? — голос Добролюбова звучал глухо, словно из-под земли.

— Семёныч говорит, возился что-то у люка технического. Минут пятнадцать, не больше.

Первым не выдержал Волнов. Старый лодочник побагровел, жилы на шее вздулись. Он вскочил так резко, что опрокинул стул. Тот с грохотом упал на пол.

— Так это… — голос его дрогнул. — Вас что, травят специально?

— Похоже на то, — тихо сказала Надежда. — Результаты анализов вполне могут говорить о таком варианте.

— Но кто? — Волнов всплеснул руками. Его обычно добродушное лицо исказилось от ярости. — Кому это надо? Василий Петрович же честный купец! Никому зла не делал.

Я помедлил, подбирая слова. В памяти всплыли обрывки подслушанного разговора. Холодные голоса, циничный смех. Мергель и Лазурин обсуждали Синявино как удачную сделку. Для них диверсия была лишь строчкой в бухгалтерской книге.

— Василий Петрович, — начал я осторожно. Мой голос прозвучал неожиданно громко в тишине. — А не кажется ли вам странным сам факт заражения? Ваша скважина была защищена. Тройная система фильтров, постоянный присмотр рабочих…

Добролюбов медленно поднял голову. В его глазах мелькнуло понимание, быстрое, как вспышка молнии. Но тут же погасло, сменившись упрямым неверием.

— Да, странно… — он провёл ладонью по лицу. Рука дрожала.