Книга стран - ал-Якуби

приведем из нее то, что там говорится о приготовлении одного из этих благовоний для халифов, царей и вельмож, по Ахмаду б. Аби Йаʻкубу. Для этого берут сто мискалей{1620} драгоценного тибетского мускуса, очищают его от прилипших нечистот и шерсти и растирают. Затем просеивают получившееся через плотную китайскую шелковую материю. Затем снова растирают и просеивают до тех пор, пока [мускус] не обратится в пыль. Затем кладут в мекканскую чашку или в китайский сосуд достаточное количество прекрасного ал-бана{1621} и добавляют пятьдесят мискалей синей густой амбры из Шихра, размельченной на кусочки.

Затем сосуд с его содержимым ставят на горящий древесный уголь, не дающий ни дыма, ни запаха, ибо это может повредить составу. Его помешивают золотой или серебряной ложкой, пока амбра не расплавится, затем снимают с огня. Когда приготовленное сделается теплым, туда всыпают мускус и взбивают рукой, пока смесь не станет совершенно однородной.

Затем ее помещают в сосуд из золота или серебра, с узким горлом, так, чтобы его можно было закрыть, или в сосуд из стекла. Горлышко закрывают покровом из китайского шелка, которое набито хлопком, чтобы аромат не улетучился. Получившееся благовоние — лучшее из всех.

Можно также использовать амбру и мускус в равных количествах. Такое благовоние делали для Хумайда ат-Туси, и оно чрезвычайно нравилось ал-Маʼмуну. Его приготовляли также для Умм Джаʻфар, добавляя в ал-бан четверть его количества жасминного масла цвета нишапурского свинца.

Такое же благовоние делали для Мухаммада б. Сулаймана{1622}, единственно добавляя к ал-бану и жасмину немного чисто бальзамового масла. Для Умм Джаʻфар изготовляли также так называемое «благовоние амбры», употребляя при этом три части мускуса на десять частей амбры.../370/

Описание благовония ар-рамик{1623} и других изготовляемых на основе мускуса — ат-Тамими утверждает, что Ахмад б. Аби Йаʻкуб составлял его и считал, что оно лучшее из благовоний мускуса. Сказал Ибн Аби Йаʻкуб о способе приготовления ар-рамика: берут отличный зрелый чернильный орешек... А что касается способов смешивать масло ал-бан с ароматическими веществами так, чтобы получилось благовоние ал-бан высшего сорта, то их два: куфийский и мединский. Что касается куфийского, то Ахмад б. Аби Йаʻкуб, клиент бану-л-ʻаббас, сказал, что берется масло... А чтобы получить ал-бан мединский, жители Медины делают отвар масла с ароматическими веществами... Однако это масло непригодно для приготовления благовония, потому что его резкий запах заглушает аромат амбры и мускуса. И цари не употребляют его, разве что умащают им руки зимой, а женщины используют его для своих духов и напитков.

Что касается яблочной воды и того, что изготовляется из нее, то ат-Тамими сказал, что Ахмад б. Аби Йаʻкуб для изготовления приятнейшей яблочной воды брал сирийские яблоки...

Описание другого «царского зерна» [для рассеивания курений]. Ат-Тамими упоминает в своей книге, что он взял его у Ахмада б. Аби Йаʻкуба...

[II.]{1624} /371/ Сказал Ахмад б. Аби Йаʻкуб: действительно, христиане ал-Хиры называются ал-ʻибад («рабы». — Примеч. пер.). Это потому, что, когда к Хосрою прибыло с посольством пятеро из них, он спросил одного: как твое имя? Тот ответил: ʻАбд ал-Масих («Раб Христа». — Примеч. пер.). И спросил второго: как твое имя? Тот ответил: ʻАбд Йалил («Раб Йалила». — Примеч. пер.). И спросил третьего: как твое имя? Тот ответил: ʻАбд Йасуʻ («Раб Йасуʻ (Иисуса)». — Примеч. пер.). И спросил четвертого: как твое имя? Ответ был: ʻАбдаллах («Раб Божий». — Примеч. пер.). И спросил пятого: как твое имя? Тот сказал: ʻАбд ʻАмр («Раб ʻАмра». — Примеч. пер.). И сказал Хосрой: все вы рабы. Их стали называть ал-ʻибад{1625}.

[III.]{1626} Сказал Ахмад б. Аби Йаʻкуб из потомков Джаʻфара б. Вахба: Ал-Васик в свое время раздал из [своего] богатства на милостыню, подарки и всяческие благодеяния в Багдаде, Сурра манн раʼа, Куфе, Басре, Медине и Мекке пять тысяч тысяч динаров. Направил он ал-Валида б. Ахмада б. Аби Давуда{1627} с пятьюстами тысяч динаров в Багдад после пожара, происшедшего там на рынках. Ал-Валид разделил деньги между торговцами, имущество которых погибло во время пожара, и положение их благодаря этому улучшилось. И были вновь возведены их лавки из гипса и обожженного кирпича, а ворота лавок — из железа.

[IV.]{1628} Сказал Ахмад ал-Катиб: израсходовал на это [Ахмад б. Тулун{1629} на постройку мечети] сто тысяч динаров и двадцать тысяч динаров. Строители спросили его (Ибн Тулуна): по какому образцу мы будем строить минарет? [Ахмад же, который] никогда не допускал вольностей в своем совете, взял лист бумаги и стал играть с ним, причем одну его часть держал в руке, а другая находилась вне ее. Присутствующие удивились, а он сказал: делайте минарет по этому образцу. И они построили его. А когда они закончили возведение мечети, Ахмад б. Тулун увидел во сне своем, что Аллах Всевышний появился на ал-максуре{1630}, которая шла вокруг мечети, и не появился в мечети. И он спросил об этом толкователей снов, и они сказали ему: разрушь то, что построено вокруг мечети /372/, и оставь ее стоящей одну. Спросил он: откуда у вас это [толкование]? Они ответили: из слов Всевышнего — «А когда открылся его Господь горе, он обратил ее в прах»{1631} и из речения [Посланца Аллаха], да благословит его Аллах и приветствует: если открывается Аллах пред какой-либо вещью, она унижается перед Ним. И было так, как они сказали.

[V.]{1632} Рассказывал Мухаммад (Ахмад) б. Аби Йаʻкуб ал-Катиб, говоря: когда настала ночь праздника разговения в двести девяносто втором году (6 августа 905), я вспомнил, какой была эта ночь при роде Тулуна с ее пышной торжественностью, доспехами, разноцветными флагами и знаменами, роскошными одеждами, обильным угощением, звуками труб и барабанов{1633}. И впал я поэтому в задумчивость, а когда уснул в эту ночь, то услышал голос, говоривший: «Власть, могущество и роскошь исчезли вместе с уходом бану тулун».

Сказал Ахмад б. Аби Йаʻкуб:

Воистину, если ты спрашиваешь, каково было величие их царства,

Останови [своего коня] и пошли его пастись на ристалище,

И посмотри на эти дворцы и находящиеся в них богатства и порадуйся красоте этого сада!

И ты извлечешь урок и назидание, которые научат тебя, как распорядиться своею судьбой.

Ведь, убив Харуна, ты вырвал их (Тулунидов) корень и сделал седой голову их эмира Шайбана{1634}!

Отвага Кайса не избавила его от них, когда он