Охотник - Сергей Александрович Малышонок

— Демпингуете? — удивлённо вскинул брови американец.

— Можно и так сказать, — я пожал плечами. — Работать совсем бесплатно не резон — вы сами меня не поймёте и будете искать подвох там, где его нет. К тому же мне действительно нужны кристаллы маны и магические материалы для своих опытов и изготовления снаряжения.

— А также лекарства от Сонной болезни?

— Ваша разведка? — усмехаюсь.

— Право слово, мистер Вескер, вы и сами не скрываете намерений. И пусть вы не лучшего мнения о нас и нашей стране, но мы не чудовища какие.

— Я не считаю вас чудовищами, просто, — вздыхаю, — подобный стиль жизни… вызывает у меня довольно много чувств. Я понимаю и принимаю его. Более того, в определённый момент времени он был прогрессивен, полезен и едва ли не жизненно необходим, но вот далее… Капиталистическая модель общества обречена на вырождение в фашизм. Могут немного меняться знамёна и «образ врага», но это лишь детали, ретушь. Проблема конечности рынков сбыта и необходимости войны, как единственного инструмента, позволяющего добыть для себя новые, никуда не денется. Впрочем, не будем о грустном и политико-экономических спорах. Итак, что вы думаете по поводу моих предложений?

— По лекарству — сразу да. Агентство готово предоставить любые возможные ресурсы. Касательно «посмотреть трупы монстров» — тут уже сложнее. Зачистка врат — частный бизнес. Провести на законодательном уровне подобное распоряжение будет возможно, но потребует времени и… обоснования, — другими словами, «а что мы с этого будем иметь?». Вот только мне такой подход нафиг не падал.

— Ну, значит, буду всё делать тайно, — пожимаю плечами. — Хотя… можем в рамках «частного бизнеса» договориться о премии в, допустим, полсотни тысяч долларов, если все вывезенные туши перед сдачей ремесленникам будут осматриваться одним или другим скромным Охотником. Думаю, в рамках вашего сотрудничества и продажи Врат прилепить такую «акцию» к В и А-ранговым вратам для вас труда не составит? Тем более их не так уж и много, — насколько я знал, принцип работы Ассоциации примерно одинаков во всех странах, плюс-минус.

— Не составит, — тщательно скрывая недовольство, подтвердил американец. Интересно, он досадует, что сам не догадался или что не получилось за «бусы» стрясти с меня что-то полезное? — Правда, тут ещё есть технический вопрос. Всё-таки перелёт от Кореи до США занимает массу времени, и всё это время ждать…

— Не придётся. Двадцать минут назад я был в Сеуле, а спустя пару минут после завершения наших дел вновь туда вернусь.

— Вы и это можете… — мой визави вот точно не был рад этой новости. В том смысле, что у него не просто «хрен найдёшь убивец Национального Уровня», у него «хрен найдёшь убивец Национального Уровня со встроенным телепортом». То есть раньше, гипотетически, хотя бы на какое-то время от меня можно было бы спастись банальным расстоянием, а быть может, чем чёрт не шутит, и убить — пара-тройка сотен ядерных боеголовок по всему корейскому полуострову, чтобы выбежать никто не успел. Теперь же выясняется, что номер не пройдёт.

— Могу, — кивнул я.

— Что же, тогда у меня больше нет возражений. Касательно зачисток… это нам тоже интересно, но тут встаёт фактор Томаса Андрэ. Вряд ли он будет рад потере части рынка.

— М-м-м, как вы любите говорить? Ничего личного, просто бизнес?

— Это не мы так любим говорить, — закатил глаза американец. — И, боюсь, для мистера Андрэ это как раз будет личным. В общем, мы можем помочь, но, скорее всего, договариваться вам придётся лично, — неприятно, однако понять мужика я мог. Мало того, что я лезу на чужой рынок, будучи клятым азиатом… ну, не лично, но не местным точно. Так ведь, как говорится, «ты приедешь и уедешь, а нам здесь ещё жить» — где гарантии, что я буду постоянно чистить для штатовцев Врата? Это я знаю, что оно мне надо и нужно, а для них я не просто неподконтрольный элемент, я ещё и иностранный неподконтрольный элемент, который намерен ущемить местного производителя, да. Добавим к этому тот факт, что местный производитель в мощи своей — как многоразовая ядерная бомба, да ещё и монополист — в смысле, коли иностранец уйдёт, обращаться за защитой возможно будет только к Томасу… Короче, я вот не удивлён, что Бюро не хочет в это влезать — можно на такие проблемы нарваться, что ой!

— Ладно, подумаю об этом потом. Пока же покажете своего дракона?

— Хорошо, пойдёмте, — печально поднялся из кресла директор. — Технические вопросы по сырью и осмотру трупов можно будет решить позже.

— Вот и замечательно, — я мысленно потирал лапищи. Если всё пройдет нормально, то у меня в свите появится крутой мощный драконюга. А драконы — это хорошо!

Чуть позже.

— А вы весьма серьёзно относитесь к хранению тела, — я разглядывал хранящийся в отдельном зале с минусовой температурой скелет здоровенной крылатой ящерицы, эдакого «классического европейского дракона», что мало того что де-факто лежал в огроменном рефрижераторе на самом нижнем этаже Агентства за кучей бронедверей, так его ещё и подключили к каким-то шлангам, по которым текла некая субстанция. И вот не поймёшь, то ли это жидкий азот, то ли они как-то его забальзамировали… или ещё что сотворили.

— Это самый мощный монстр из всех известных на данный момент, — напомнил Дэвид Бреннон, что сопровождал меня в «святая святых». — Даже мёртвое, его тело продолжает излучать огромные потоки магии и может быть использовано… для разных целей.

— Вы не просто разобрали его на ингредиенты, вы превратили его в фабрику по производству магических реагентов, — я поймал себя на том, что испытываю противоречивые эмоции. С одной стороны, подобное обращение вызывало у меня что-то между негодованием и отвращением, с другой же — я не мог не признать, что это был весьма изящный и практичный ход, а дракон нарвался сам.

— Итак, что будете делать дальше? — явно меняя «сложную» тему, поинтересовался глава Агентства.

— Ну… — я мысленно потянулся к сущности мёртвого дракона. Как и ожидалось, она всё ещё была здесь, пусть состояние у неё и оказалось куда как более потрёпанным, чем я думал. Впрочем, это легко можно было списать на «немагический» мир вокруг, а потому истощение сути происходило быстрее, к тому же я не знал, в каком состоянии он был изначально. Впрочем, всё это не особо важно — моих