Кризис среднего возраста - Алексей Анатольевич Миронов

А вот и они едут. Да не одни!

Ефрейтор Задолбайло, приставив ладонь ко лбу, вгляделся в колонну машин, впереди которой ехал гарнизонный «уазик».

«Уазик» со сменой караула внутри возглавлял колонну из шести «Икарусов». В автобусах сидели генералы и иностранные корреспонденты, собиравшиеся освещать в прессе исторический старт.

А еще в «Икарусах» ехал экипаж космонавтов.

Уяснив, что настал его звездный час, затянув потуже ремень и поправив гимнастерку, ефрейтор побежал докладывать разводящему, что за время несения им боевого дежурства происшествий не случилось.

Высыпавшие из автобусов иностранные журналисты, имевшие отчего-то озадаченные выражения на лицах, защелкали фотоаппаратами, а Задолбайло подумал с неудовольствием: «Ишь ты, им-то фотики можно…»

Навстречу ефрейтору несся, как угорелый, прапорщик Недбайло. Он был почему-то без фуражки. И тут Санек увидел чудо: черные как смоль волосы прапорщика побелели до цвета первого снега. Случилось и еще кое-что необыкновенное: томика Ги де Мопассана в руке у прапорщика не оказалось.

На всю жизнь запомнил Саня искривленный гримасой ужаса рот и крик, вырвавшийся оттуда:

– Ну полный пердимонокль!

чёрный ворон

(Фэнтези)

Вот уже третье утро подряд, вместо ласковых лучей восходящего солнца, щебета птиц и шелеста столетних яблонь, я просыпался под хамское карканье огромного чёрного ворона и его настойчивый стук в окно моего деревенского дома.

В то утро ещё и дождь зарядил надолго! Небо заволокло каким-то серым киселём, видимо у повара небесной кухни окончательно испортилось настроение. Такая назойливость мистической птицы пугала меня с каждым днём всё больше и больше, поскольку всем известно, что это очень плохая примета, а я в них верю, так как частенько они имеют обыкновение сбываться. Но делать нечего, нужно идти и договариваться.

Извините великодушно, забыл представиться, Алексей Миронов, московский литератор, полный творческих идей и некоторых амбиций. Вы спросите меня:

– С кем договариваться, с вороной что ли?! Да, да, мой дорогой читатель, именно с вороной, а точнее с большим чёрным вороном, важно расхаживающим по наружному подоконнику моего окна в спальне и время от времени бьющим в оконную раму своим стальным серым клювом.

Сразу вспомнилась полная драматизма, знаменитая поэма Эдгара По «Ворон», в прекрасном переводе Константина Бальмонта. Поэма, полная тоски по любимой Леноре и экзистенциального ужаса от рефреном звучащей фразы из горла ворона: «Никогда»!

Да, мой дорогой читатель, здесь уместно напомнить, что в отличие от эдгаровского ворона-джентельмена, полного достоинства и деликатности, мой ворон скорее походил на деревенского хулигана, который с вечера, приняв на грудь «литру первача», уже на следующее утро нагло требовал от соседа «поправить здоровье».Удары клювом чередовались с жутким клёкотом-карканьем, и эта настойчивость птицы ужасно выводила меня из себя. Затем я вспомнил, что вот уже третьи сутки не баловал представителей пернатых «остатками с барского стола». Может быть, из-за этого разгорелся весь этот сыр-бор? Дело в том что, по недавно заведённому в нашей семье порядку, остатки еды не выбрасывались в ведро для пищевых отходов, а складывались в целлофановый пакет. Вечером их выносили в дальний угол сада на компостную кучу, где каждое утро ими пировали местные сороки и вороньё.

Моя жена и дети на две недели сменили деревенский быт на «турецкий рай». Оставшись один, я естественно нарушил этот недавно заведённый порядок.

На кухне, собрав в алюминиевую миску краюшки чёрного хлеба и прочую заветренную снедь, и чувствуя себя «данайцем, дары приносящим», я двинулся на веранду, на встречу судьбе. Почуяв опасность, ворон отлетел на несколько метров от окна и устроился на деревянном ограждении открытой террасы. Водрузив миску на подоконник, я вернулся в свою спальню и, спрятавшись за занавеской, стал ждать. Всё было чинно и благородно! Мой ворон, постоянно оглядываясь, принялся трапезничать, выбирая лучшие куски. Не дожидаясь окончания птичьего пиршества, я решил проверить, не пора ли закрыть заслонки обеих печек, на кухне и в гостиной, затопленных больше часа назад. Разбив остатки догорающих углей кочергой и убедившись, что синие огонёчки угарного газа не совершают своё смертельное танго в жерлах обеих печей, я уверенно перекрыл дымоходы «голландок». Вернувшись в спальню, я чуть приоткрыл занавеску. Моего ворона-хулигана уже не было на месте, а в миске что-то блестело. Окно не позволило разглядеть, что именно в ней находилось, и я заинтригованный вышел на веранду.

В миске лежало старинное бронзовое кольцо необычной формы. Взяв его в руку, я ощутил некую вибрацию внутри кольца. Интересно, интересно, что принёс мне птичий вестник? Это был полый бронзовый цилиндр, состоящий из трёх колец, причём среднее кольцо было толще и выступало над остальными. На верхнем по часовой стрелке были нанесены латинские буквы и римские цифры от единицы до тысячи, а на нижнем всё тоже самое в обратном порядке. Среднее же кольцо по периметру было украшено двенадцатью крохотными кристаллами в оправе, причём один из них был значительно крупнее остальных. Я стал думать, какая же тайна заключена в этом вороньем подарке? Мой мозг лихорадочно заработал, перебирая в уме различные варианты. Меня вдруг охватил мистический ужас, неужели у меня в руках ни больше, ни меньше, а пресловутая машина времени? А что, если любой поворот нижнего или верхнего цилиндра сможет перенести меня сквозь века? Смогу ли я вернуться из этого путешествия обратно?! Меня бил озноб, и по телу проходила мелкая дрожь. Тут кольцо-цилиндр неожиданно выпало у меня из рук и, покатившись по щелистому деревянному полу веранды, провалилось внутрь. Однако голубоватое свечение из-под пола указало на его местонахождение.

Не раздумывая, я вскрыл ближайшую половицу топором и, с трудом дотянувшись до волшебного кольца, с некоторым чувством страха, зажал его в кулаке. Синее свечение усилилось, и рука моя стала вибрировать вместе с волшебным цилиндром. Голова шла кругом. Неужели я единственный в мире обладатель волшебного кольца, способного перенести меня в любую эпоху, или это только плод моего воображения и не более? Может быть, стоит попробовать повернуть на одно деление среднее кольцо с кристаллами и оказаться в прошлом или позапрошлом столетии? А если повернуть по часовой стрелке и оказаться в ХХII веке? Мой мозг плавился уже от одного только предвкушения неожиданно возникших возможностей. Стук в дверь прервал мои фантазии. Сосед, Александр Александрович, по-простому Сан Саныч, учитель истории в сельской школе, пришёл позвать меня на рыбалку…

– Анатолич, я с вечера прикормку разбросал, сейчас с восходом солнца самый клёв начнётся.

– Саныч, ты солнце давно видел на улице?! Хмурь осенняя и дождик