Старец Ефрем Катунакский - Автор Неизвестен

— Благословите.

Проходит день-два. "Батюшка, — говорит она ему, — ко мне приходят помыслы, что я пришла, чтобы стать монахиней, а не пастухом".

— Дорогая моя, когда я совершаю каждение в храме, то вижу тебя в стасидии.

Монахиня пасла стадо, но умом была в молитве, в храме, поэтому святой и видел ее в стасидии.

От нас зависит, как мы поведем себя с помыслом. От помысла ухудшаемся и от помысла улучшаемся. Монах не имеет дел — имеет помысл. Привел он тебя к плохому — ты сам и ответственен. Скажешь, что помысл не управляем? Допустим. Но когда он склоняет к плохому, — собери его, отсеки его!

Кажется, на погребении моего старца, не помню точно, пришел один монах сверху, с Керасьи, и говорит: "Пока шел сюда, три раза прочитал акафист Божией Матери". Видите, как подвизаются отцы!

Святость. Добродетель. Труд

Человек, который осуждает самого себя и ублажает ближнего, достигает святости. Если ты ждешь от другого, опечалившего тебя, что он будет просить прощения, значит ты не в порядке: ты идешь не монашеским путем.

Отцы, мы дошли уже до такого предела, что могу сказать: "Когда мы были в миру, то были лучше!" А сейчас — не имеем терпения, не выносим слова от других.

В отечниках упоминается, что авва Нистерой имел славу святого. Кто-то спросил его: "В какой добродетели ты подвизался, отец, что достиг таких высот?" — "Как только я поступил в монастырь, сказал себе: я и осел — одно и то же. Сколько говорит осел, когда его погоняют, столько буду говорить и я"[69]. Вот такое он заложил основание. Как его ни погоняли, он только "простите, благословите". А мы сейчас дошли до того, что никакого слова не терпим.

То, что от диавола, — рождает некую холодность, какую-то неуверенность, сомнение, опустошает тебя. Нет у тебя решительности сделать какое-либо дело. Так что, если чувствуешь внутреннюю неуверенность, — значит, это бесовское.

Если человек хочет спастись, он должен все время подвизаться. И первая его задача — это победить самого себя. Сам человек, в своем собственном коварстве — главный враг самому себе. И это потому, что не слушает другого, а слушает только то, что говорит ему помысл. И это в то время, как мы имеем столько святых Отцов, чтобы, читая их творения, подражать им. Но очень часто господствует наше собственное "я". Когда человек победит самого себя — он наибольший великомученик и победоносец пред Богом.

Скажу вам, отцы, много раз я боялся Суда Божия. Соглашается Господь со мной или, может, меняет свой суд? "Помянул суды Твоя и убоялся, помянул суды Твоя и воззвал" (Ср.: Пс. 118: 52, 75, 120, 137). Так вот.

А крест, — он всегда присутствует. Почему? Потому что Глава наш взошел на Крест, — и мы взойдем. Но, с одной стороны, крест сладок и легок, а с другой, — он горек и тяжел. Но и это от нас зависит. Если возьмешь с любовью крест Христов, он будет легок, как губка или пробка, а если как-то иначе, тогда он станет тяжел и неподъемен.

Меня этому опыт научил. Да будет воля Божия! И в этом находишь покой. А если начнешь рассуждать, так или иначе, — не обрящешь мира, нет. Ну, например: не было воли Божией уйти мне в воскресенье, а в понедельник; или: не хотел Господь, чтоб я ушел во вторник, а хотел — в среду. Ну, что же, так угодно Господу. Если же посмотришь с другой стороны, то есть по своему собственному уму, — то согрешишь, ошибешься и награды иметь не будешь.

Внутри тебя кипит радость, — не показывай. Внутри тебя клокочет ад, одолела печаль, — не подавай виду. Вот это и есть монах. Или, например: ты там, а я здесь, и будем молиться, но чтобы не слышал один другого. Ты, может, приходишь в умиление, и я тоже. Но один не будет знать, что происходит с другим. Это по Богу. А если будешь проявляться внешне, то либо гордость тебя одолеет, либо потеряешь свое благодатное состояние.

Потому я и говорю: где бы ни находился человек, пусть не теряет надежды, не унывает, не смущается. Господь знает и по известным Ему причинам испытывает тебя. Можешь выдержать эту скорбь? Могу. Получишь дар взамен. Не можешь? — И то, что имел, отниму от тебя. Мне не нужны трусливые люди, как те, которых послал Моисей разведчиками: "Видели сынов гигантов, и перед ними мы, как саранча" (Ср.: Числ. 13, 34). Так? Да, но кто говорит это? Кто говорит? Не скорый на послушание говорит: "Лев при дороге и убийцы на площадях" (Ср.: Притч. 26, 13). Трусливый человек ничего не стоит, тогда как храбрый всегда выходит победителем. Понял?

Нигде Священное Писание не предписывает оправдываться. Святые не только не оправдывались, но и добровольно страдали за других.

Нет, отец, не так. Ты исправь самого себя, не ожидай от других исправления. Будь ниже всех, чтобы все на тебя наступали, тогда ты в порядке. Иначе…

Запасайся терпением. Это и есть Крестный путь.

Человек, сколько бы он ни был мудр, пусть советуется. Хоть немного. Мы ведь не непосредственно Богом наученные. Или ты можешь получать сообщения от Бога? Не в таком духовном состоянии мы находимся. Значит, спросим и кого другого. Спросим, посоветуемся — разве нет человека лучше, чем ты?

Будь терпелив, борясь со своими страстями. Но будь терпелив и к моим. Так станешь святым.

Молитва

Четки — вот чудотворец!

Лучшая молитва та, которая только что родилась у тебя. Хочешь прочитать правило ко Причащению, чтобы причаститься? Недостаточно. "От скверных устен, от мерзкаго сердца…", — читаем, но ничего не понимаем, что говорим. Ты сам найди молитву. Тогда поймешь, что ты хочешь сказать Богу. В этом