Здесь вам не клан 3 - Ян Анатольевич Бадевский

Чтобы проверить догадку, я поднимаюсь на пару ступенек, открываю дверь и вхожу в магазин.

Это магазин.

Настоящая букинистическая лавка. Стены от пола до потолка превращены в книжные полки, на которых пылятся древние фолианты, редкие издания, тома в кожаных переплётах, потрёпанные и не очень... В общем, рай для книжного червя. Я такое видел разве что в исторических лентах да старых кварталах некоторых городов. В Стамбуле, например. Народ уже давно не читает, а если и читает, то сплошь электронку. Да и то в вымышленных мирах Меты. А тут...

Запах.

Такой ни с чем не перепутаешь.

Аромат старины, сотканный из нафталина, бумаги и ещё чего-то неуловимого. Я вижу дверь во вторую комнату, пару кресел и столик, на котором громоздятся... стопки томов, что же ещё. У кассового аппарата — лысый дед с клочковатой бородой и в очках. Продавец носит серый шерстяной свитер с кожаными заплатками на локтях.

— Добрый вечер, — здоровается букинист. — Чем могу помочь?

Говорит он, естественно, на языке Шекспира.

У меня нет рюкзака, нет оружия. Вообще ничего нет. Рубли надо бы поменять, иначе я не смогу пользоваться общественным транспортом. Радует лишь то, что сейчас вечер. Если воскресенье, то у меня появляется шанс вернуться в Магикум до начала занятий...

Блин, Макс. О чём ты думаешь вообще? Чужая страна, нет паспорта. Среди врагов — влиятельная организация с клановой структурой. А ты даже не знаешь куда идти и что делать.

Мужик участливо смотрит на меня.

— Извините, можно от вас позвонить?

Продавец лезет под стойку, выпрямляется и ставит рядом с кассовым аппаратом... неведомую чёрную хрень. Лакированный деревянный кубик с наборным диском, изогнутой трубкой и проводами. Стационарный, мать его, телефон. Такое встретишь разве что в Нигерии. Или в белорусских поликлиниках.

— Хм, — я озадачен. — А смартфон есть?

Добрый дядька умеет удивлять.

Запустив руку в задний карман джинсов, мужик достает вполне приличный телефон неизвестной модели. Прикладывает палец к дактилоскопу, снимает блокировку и передаёт мне.

— Спасибо. Я мигом.

Продавец величественно кивает.

Дескать, звони, бро, не стесняйся.

Память у меня хорошая — сказываются годы тренировок с инструкторами «Ростехно». В нужный момент цифры, из которых состоит номер Волкова, всплывают в голове. Жму зелёную кнопку, но вызов не идёт. Вместо этого красивый женский голос сообщает об ошибке.

Так.

Пора шевелить извилинами.

— У вас подключён роуминг? — невинно интересуюсь у продавца.

Роуминг — понятие универсальное. На этой Земле он тоже есть. Правда, стоит копейки, если верить воспоминаниям Корсакова. Сказывается отсутствие экономических потрясений и непрерывно улучшаемые технологии.

— Конечно, — заверяет дядька. — А код правильно набрали?

Код.

Имперский номер — это одно. А международная кодировка...

На моём лице отражается растерянность.

— Какая страна? — спрашивает участливый мужик.

— Россия.

— Секунду, молодой человек.

Букинист выхватывает у меня трубку, быстро набирает поисковый запрос в Информе и показывает страницу с ответом.

Да уж.

Мог бы и сам сообразить.

На сей раз слышатся длинные гудки, и спустя несколько секунд...

— На проводе.

Это Волков.

Даже не верится.

— Привет, — говорю я.

Напряжённая пауза.

— Витя?

— Он самый.

— Ты откуда звонишь? Это же...

— Британский номер, — подтверждаю я. — Мир не без добрых людей.

— Ребята потеряли тебя в Минске. Я их премии лишу, раздолбаи... Почему номер британский? Ты что, не в России?

— Долго объяснять, — отмахиваюсь я. — Мне нужна помощь. Судя по всему, я в Лондоне. Центр города. Стрэнд, но это не точно.

— Стрэнд, — подтверждает продавец. Видимо, услышал знакомое слово в непонятном разговоре. — Букинистическая лавка Чепмена.

— Что? — не расслышал Волков.

— Лавка Чепмена, — повторил я. — Букинист.

Мой куратор переваривает услышанное.

— Витя. Хм... Я не могу пробить портал в чужую страну без согласования с миграционной службой.

— Тех, кто меня похитил, это не остановило.

— А деньги у тебя есть?

Я понимаю, к чему он клонит. Самое простое решение — отыскать портальную арку и переместиться в Россию. В любой город. А там уже канцеляристы выдернут меня в Питер, не заморачиваясь международным правом.

— Проблема не в деньгах, Тимофей.

— А в чём?

— Я тут без паспорта сижу.

Из трубки донеслось трёхэтажное выражение.

— Ну, извини, — хмыкнул я. — Туристическая поездка плохо спланирована.

Пауза.

— Вот что, — Волков заговорил быстрее. — У нас имеется в Лондоне... как бы это сказать... представительство. Адрес не назову, сам понимаешь. Но могу связаться с нашим человеком. Он заберёт тебя из этого магазинчика и переправит домой.

— Не годится, — возразил я. — Слишком опасно. За мной могут начать охоту, и я хотел бы отойти от Стрэнда подальше.

— Какие предложения?

— Я попетляю немного, а ты предупреди своего человека. Пусть едет в центр. Как только отойду на приличное расстояние от лавки, свяжусь с тобой. Назначим место встречи.

— Договорились. Уверен, что справишься?

Уверен.

Прерываю звонок.

Возвращаю телефон владельцу, лезу в карман за деньгами и достаю пару мятых рублей.

— Спасибо вам огромное. Простите за беспокойство.

Букинист смотрит на купюры и качает головой:

— Не надо. Рад был помочь, юноша.

Кивнув, я вышел на улицу.

Повернул налево и двинулся в сторону Трафальгарской площади. Мимо проносились потоки машин и двухэтажных туристических автобусов. Есть вещи, которые не меняются...

На душе скребут кошки.

Теперь всю дорогу кажется, что монолитовцы наблюдают за каждым моим шагом. Я с большим трудом выбрался из этой передряги, но осталось чувство разветвлённой сети. Фанатики создали крупную организацию и подчинили её извращённой идее фикс. Какая разница, будет Основатель жить в этой вселенной, или нет? Свою роль чувак выполнил — подарил человечеству магию. Пользуйтесь и перестаньте лохматить бабушку.

Стрэнд изгибался вдоль русла Темзы.

Вокруг меня громоздились здания с колоннами и миниатюрными балкончиками. Из тротуаров росли изогнутые фонарные столбы.

Прежде чем свернуть на одну из боковых улочек, я решил обменять рубли на местную валюту. Фунты стерлингов, если ничего не поменялось из-за альтернативных перестановок.

И тут меня ждал неприятный сюрприз.

Ни один лондонский банк не горел желанием работать в воскресенье. Три отделения, включая знаменитый «Lloyds», были закрыты. Сами боги велели свернуть на Бедфорд-стрит, где я обнаружил крохотный обменник. Узрев курс, я почувствовал,