Не выпускайте Кракенова! - Сергей Сергеевич Орлов

Последнее утверждение прозвучало неубедительно. Кажись, кое-кто вот-вот сорвется. Ну или уже сорвался.

— Давай поскорее закончим с этим. Уже не терпится файерболами в кого-нибудь пострелять.

— «Успеешь еще. Что там дальше. Запрещено говорить, что ты из другого мира».

— Мне все равно никто не поверит.

— «Запрещено пытаться наложить на себя руки.»

— Никогда не возникало подобных мыслей.

— «Запрещено рассказывать про существование богов и Создателя.»

— Это вообще странное правило. В том мире нельзя будет верить в богов? А вдруг я и до встречи с тобой искренне верил в ваше существование?

— «Говорю же, правила старые, многое уже нужно поменять… Но все же старайся их придерживаться, от греха подальше».

— А что будет, если нарушу?

— «Да ничего особенного. Просто вернешься в Великое Ничто и проведешь тут вечность.»

— Понял. Буду свято чтить законы перемещения в другие миры.

— «Тааак… вроде все. Если простыми словами — не отсвечивай и развивайся. Ну а я тебе буду помогать, по мере возможностей».

— Это каким, интересно, образом?

— «В том мире, где мы сейчас окажемся, у каждого человека есть виртуальный помощник. И для тебя этим помощником буду я. Еще вопросы будут?»

— Нет… перемещай!

— Тогда… — выдохнул осьминог. — С Создателем!

* * *

Первое, что я увидел, после перемещения в новый мир — это несколько подростков с невероятно колоритными бандитскими рожами. Они всматривались в мое лицо и пытались там что-то разглядеть.

— Живой⁈ — прохрипел лысый парень в красно-синем спортивном костюме.

По его голосу было непонятно, спрашивает он или утверждает. Такие люди привыкли приказывать и редко повторяют дважды. Понял — хорошо. Не понял — твои проблемы.

В любом случае ответить было сложно — челюсть болела нещадно. Как и все остальное тело. Ну разве что глаза не отзывались болью.

— Да он просто обоссался от страха, — нервно хохотнул второй. Этот был выше и толще своего друга. — Говорил же, что пацан не выдержит нашу проверку.

Лысый вальяжно отмахнулся, после чего выпрямился и обратился ко мне:

— Вставай. Быстро.

Пока они разговаривали, я успел оценить обстановку. Прогнившие столбы, множество тянущихся вдоль стены труб, тусклое освещение — судя по антуражу, мы находились в каком-то подвале. Так себе обстановочка.

Помимо меня и этих двоих, вокруг стояло еще человек двадцать — двадцать пять. На вид от шестнадцати до восемнадцати лет. Одеты кто как, но в основном вполне себе прилично. Часть ребят с голым торсом.

Я же валялся на полу. Из одежды только штаны. На затылке пульсирует рана, а грудь и лицо залиты кровью. Нормально так меня отделали…

— Поднимайся говорю! — уже с угрозой произнес лысый.

— Аке, да чего ты с ним возишься? — презрительно произнес второй парень. — Прикажи пацанам вытащить его наружу. Только «пыль» не забудьте отдать, нам еще заявления в органы не хватало.

Я повернулся на бок и сплюнул кровь. Ну почему любое попаданчество обязательно начинается с избиения. Что в книгах, что в реальности, везде одно и тоже. Нет, чтоб очнуться в объятиях парочки красоток. Мол, умер прошлый владелец от счастья. Бывает.

— Да погоди ты, — цыкнул лысый, после чего окинул меня оценивающим взглядом. — Он еще не спекся. Сенька, теперь твоя очередь. Только не переусердствуй, еще убьешь ненароком.

Из толпы вышел паренек лет шестнадцати. Он стянул футболку, скинул ее на пол и встал напротив меня.

Еще я подростков не бил…

«Давай-давай», — прозвучал голос осьминога в голове. — «Вливайся, так сказать, в коллектив. Народ хочет хлеба и зрелищ!»

— Тебе надо, ты и дерись, — на автомате ответил я. Чем вызвал удивленный вздох окружающей нас толпы.

Лысый медленно повернулся в мою сторону.

— Че ты сейчас сказал?

Да чтоб тебя… в таком состоянии я и с мелким не факт, что справлюсь. А этот так вообще бывалый боец. По движениям видно. Но не отступать же…

— Говорю, не привык бить детей. Поставь кого-нибудь посерьезнее.

Я встал в боксерскую стойку и начал ждать. Или меня сейчас отхерачат толпой, или этим займется кто-то поздоровее 16-летнего подростка.

Тем временем на лице лысого появилась едва заметная ухмылка. Он медленно расстегнул куртку, отдал ее одному из ребят и встал напротив меня.

— Раз не хочешь с Сеней драться, то будешь со мной. Никто же не против?

Подростки отреагировали восторженно. Словно сейчас их ждало настоящее зрелище.

— Давай, Аке! Вали его нахрен!!!

— Сделай его, командир!!!

А Аке — это, как понимаю, погоняло. Хотя может и имя. Если присмотреться, у парня явно присутствуют азиатские корни.

«Ты мне поможешь?» — спросил я у бога, немного размяв кисти.

Тело чужое, к нему еще придется привыкать. Но как-то ответить я все равно смогу, восемь лет в секции бокса не прошли даром.

«Могу дать ценный совет», — ответил осьминог.

«И какой же?»

«Бей в голову. Не ошибешься.»

«Охренеть ты помог… хотя чего ожидать от божка, стащившего у меня пельмени…»

— Кракенов. Кракеееноооов! Ты слышал, что я сказал?

Лысый стоял в двух метрах от меня и пытался понять, готов я к бою или нет.

— Извиняюсь, задумался. Так о чем мы?

Толстоватый друг лысого присвистнул. Что логично. Не думаю, что кто-то осмеливается переспрашивать их главаря.

— Ну все… молись, урод!

Лысый сделал рывок в мою сторону и попытался ударить прямым в челюсть. Я в последний момент качнулся влево и провел точный удар в «солнышко». Затем, воспользовавшись его замешательством, метнул правый хук ему в челюсть. Готов.

В подвале стояла абсолютная тишина. Поэтому смачное падение лысого прозвучало как-то особо громко.

Я поискал глазами какую-нибудь верхнюю одежду, но приметил только черную майку, валявшуюся в метре позади.

— Это моя? — спросил я, поднимая ее.

— Н-нет… — немного заикаясь, ответил паренек в черной кепке с надписью «Вороны — сила!».

Но я уже надел майку на себя и снимать ее обратно не имел никакого желания. Тело и так отдавалось дикой болью. А тут еще руки поднимать, ну его нахрен.

— Потом верну… — я посмотрел по сторонам. — Выход где?

Часть парней расступилась, тем самым указывая направление.

— Ну что, пацаны, бывайте! — я постарался придать немного бодрости своему голосу. — Учите уроки, любите одноклассниц. Ну или чем вы там заняты⁈ Впрочем, плевать…

Остановить меня так никто и не решился.

На улице