Последняя надежда - Феликс Эйли

– Что случилось, Марго? – спросил мужчина, когда они подошли поближе, – не задерживайся – мы не должны опаздывать.

Нордиш, на котором говорили в Империи, не был родным языком Дануси, но из-за близости Вспыхова к Нордмарку она его немного понимала.

– Постойте, дядя Луи, – уговаривала его девушка, – этой бедняжке нужно помочь. Мы не можем её здесь оставить.

– Эх, Марго, – тяжело вздохнул старый вельможа, – ты напоминаешь мне, насколько важны доброта и сострадание. Прямо как моя покойная сестра.

Марго и её дядя подошли ближе к Данусе. Та насторожилась.

– Привет, – неуклюже начала разговор Марго.

Её улыбка казалась Данусе доброй и искренней. И девушка из Вспыхова хотела верить, что сама Марго тоже была такой. Ведь в прошлом ей встретилось столько людей, которые много говорили о любви, помощи ближним и прочих добродетелях, но сами требовали лишь беспрекословного послушания.

– З-здравствуйте, госпожа, – выдавила Дануся согласно правилам приличия. Она смотрела на Марго с подозрением.

– Не бойся меня, – дворянка положила руку на плечо простолюдинки и улыбнулась ей, – Можешь звать меня просто Марго. Марго Феллини.

Дядя Луи со звонким звуком поставил трость на брусчатку и встал недалеко от Дануси и Марго. На его изрытом морщинами лице отражались лишь задумчивость и печаль.

– Хорошо, Марго, – Дануся с трудом заставила себя улыбнуться в ответ.

Впервые за много лет она ощутила надежду. Возможно, её злоключения скоро закончатся, и ей больше не придётся ни терпеть унижения дома, ни голодать на улицах Столицы!

– А тебя как зовут? – спросила Марго.

Дануся молчала. Она думала над именем, которым представится девушке. От того, которое ей дали при рождении, её передёргивало – оно вызывало горькие воспоминания о родном доме. И девушка очень хотела, чтобы оно кануло в небытие вместе с прошлым. Немного подумав, она назвала новое имя. То, которого впоследствии боялся весь мир:

– Я Арабелла. Арабелла Левски.

КРЕПОСТЬ ГРАНД-АЛЬЯНСА, БЕЛЫЕ ГОРЫ

2011 год После Битвы

С тех пор прошли столетия. Густой туман навис посреди горных вершин и плотным слоем покрыл зелёный луг между ними. Из серой дымки поднималась огромная крепость из камня, металла и бетона. Прошлым днём на неё напали орды демонов и мертвецов, но её защитники выстояли и теперь восстанавливали укрепления, готовясь к новой осаде. Которая была неизбежна, ведь крепость – последний рубеж между демонами и немногими разумными существами мира Пяти Рас, которым удалось выжить.

Арабелла Тереза Эмма Левски стояла на крыше самого высокого здания крепости, за зубчатой стеной из бежевого камня. Рядом с ней поднималась небольшая башня с фиолетовым шпилем и витражным гоэтическим окном, в котором зияла дыра, оставленная во время схватки с демонами. Волшебница вернулась в крепость Гранд-Альянса после битвы в штаб-квартире Невидимых и неотложных дел в Лимбо, месте между Раем и Адом. Ветер колыхал длинные чёрные волосы Арабеллы и подол её платья такого же цвета. Левски всматривалась вдаль, в выступающие из тумана горные пики, словно надеясь найти что-то там. Она не могла оставить мысли об Изабелле и Эрнсте. О Сестре и Брате. О своих лучших творениях. Слишком много зла и горя Арабелла уже причинила им и многим другим существам из своей жизни на пути к могуществу и силе, нужным ей для осуществления давнего плана. Если бы только было возможно отделить всё то лучшее, что у неё было, от зла, которое она добровольно взяла на себя ради той великой цели… Спасти хотя бы малую толику доброты и сострадания, оставшуюся в душе волшебницы… Она могла бы даже отречься от всего задуманного, чтобы перестать плодить зло и боль…

Но Левски дала обещание. Она не могла отказаться от плана. Целых триста лет она посвятила его воплощению. Слишком многим она пожертвовала на своём пути, чтобы так легко с него свернуть.

Арабелла нахмурила чёрные брови. Фигуры уже расставлены. Настало время финальной партии.

Глава 1

ТОМ 1

ВОСХОД ОТРАЖЕНИЙ

Глава 1

Потерянная надежда

Солнце взошло над городом Последняя Надежда, но его лучам преграждали путь свинцово-серые тучи. Разноцветные многоэтажные дома со ступенчатыми фасадами выглядели как обычно, словно ничего не произошло. Но никто больше не ходил по улицам, вымощенным брусчаткой. Дверь крытого рынка была закрыта – не пришёл ни один покупатель. И никогда больше не придёт. И лишь красно-жёлтый флаг на одном из домов колыхался от сильного ветра…

Перед монументальным оливково-зелёным зданием школы погнулось знамя. В воздухе изредка со свистом пролетали газеты и прочие бумаги. Школа пустовала – в воскресенье дети не учились. Но и в часовню недалеко от школы никто не пошёл. Пасторы не начали воскресную службу. В башне из серого камня, за высокими гоэтическими окнами не зазвонил колокол. В часовне было так же тихо, как на кладбище рядом с ним. И три статуи святых на её стенах безмолвно озирали небольшой сад перед ней.

В парке на другом конце города стало непривычно пусто. Деревянные скамьи одиноко стояли рядом с маленькой беседкой, где журчал фонтан. Ветер гнул ветки деревьев и колыхал стебли цветов под их сенью. Над дорогой из брусчатки