Камень, изменивший жизнь - Вячеслав В.

Игорь стремительно шел к подъезду. Остаться незамеченным не удалось — его заметил сосед Толя, проживающий в квартире прямо под ним.

— Е-мае, Игорюха-братуха, здарова! — воскликнул сосед Толя, приятной наружности мужчина 50 лет с небольшим пузиком и пышными усами, — чего ты, с работы топаешь?

— С работы, откуда ж мне ж еще топать?

— А я откуда знаю? Вот и спрашиваю-с на всякий. Мы на тебя, Игорюха, тоже перчатки взяли, давай шкурку меняй на рабочую и спускайся. Намусорили, е-мае, черти здесь, бычки набросали! Найду, е-мае, руки переломаю…

— Ты ж, Толя, извини, но у меня дел ж по горло вечером этим. Не могу присоединиться.

Толя уже хотел что-то веселое Игорю сказануть, как тот юркнул в подъезд и скрылся в темноте.

Игорю повезло, что жил он на втором этаже. Для него это быстрый подъем, а для Толи — невыносимая преграда. Толя был мужиком активным, но здоровье у него было не самое лучшее, и подъем даже на второй этаж требовал от него больших усилий.

Игорек зашел в квартиру. Закрыв дверь, он сел на стул в прихожей и снова начал думать. Но в этот раз не о числах, а о субботниках. Зачем люди выходят на улицу и убирают мусор бесплатно? Им что, делать нечего что ли? А он тут вообще причем?

Так и не ответив на вопросы самому себе, он разулся и прошел в свою комнату. А в комнате его ждала бутылка пива с соленой рыбкой.

Игорь сел в кресло и включил телевизор. Жена его с работы приходила позже и у него было целых два часа на то, чтобы посмотреть телевизор под соленую рыбку и пиво. А после возвращения жены — вкусно покушать и прогуляться вместе с ней по чистому двору.

Глава 6. Спор

Игорь, уже как пять лет живущий в браке с Дарьей, стоял возле подъезда с соседом Толей и активно вел дискуссию.

— Нахлебники ж они ж все! Нахлебники, Толя! Деньги ж им из бюджета наши ж платят, а толку? Вокруг ж посмотри! Дороги ж убитые, дворы — грязные ж! Не работают ж ни дворники, ни компании ж эти, ж-ж-ЖКХ которые. И администрации ж городской на нас все равно! Не слышат ж они нас! Народ ж не слышат ж! Вот был бы я ж в администрации ж…

В момент обострения дискуссии из подъедза вышел Антон. Игорь в администрации не был, а Антоха был и еще как. Невольно часть диалога он услышал, но тактично промолчал и пошел дальше. Толя, оглядывая черный костюм Антона, повернулся к Игорю.

— Так вот те, Игорюха, и администрация! Поди спроси у него, чего они народ свой не слышут. Антон!

Антон остановился и повернулся.

— Чего ж Вам, Анатолий?

— Не мне, Антоний. Тьфу! Антон. Ему.

Антон подошел ближе к двоим и повернулся головой к Игорю.

— А Вам чего, гражданин Антонов?

Антонов молчал. Он не знал, что ему сказать. Несколькими минутами ранее он рисовал в своей фантазии недалекое будущее — себя, бушующего в администрации, указывающего чиновникам на проблемы людей. Он представлял себя народным героем, который не боится рубить правду-матку.

А сейчас перед ним — чиновник из администрации. Стоит и ждет, молчит. А он и не знает, что ему сказать.

— Вы гады, Антон. Гады ж и нахлебники! Не подходи ж ко мне больше, падаленок ж ты эдакий! — вырвалось нарастающим по скорости и тембру тоном из уст Игоря. Антон молча на него смотрел.

— Если у Вас, гражданин Антонов, есть предложения по благоустройству города, обратитесь в приемную администрации. Всего наилучшего. И Вам, Анатолий.

Пока Игорь от злости и страха покраснел, Антон развернулся и продолжил путь на работу. Игорек улыбнулся и повернулся к соседу Толе.

— Ну ж? Как ж я его, а? Пускай ж знают свое место, нахлебники ж эдакие.

— Ну, Игореха, зря ты ему так, мог бы че-нибудь да подсказать. Ты ж народ, е-мае! Попросил бы его двор по-красивому отбабахать, а он бы ать — и прислушался.

— А с ними ж, Толя, по-другому ж и никак. Они только так ж и понимают!

Успокаивающийся Игорь зашел в подъезд, оставив Толю наедине с собой и лавочкой. Тогда у Игоря был выходной.

Глава 7. Камень

Антон Игорев задержался перед лежащим в грязи Игорем Антоновым. Он наклонился и поднял догорающую сигарету, которая вылетела из пальцев Игоря во время падения. Сигарету он отправил в мусорку, предварительно потушив об ее край.

Игорев встал перед Антоновым и протянул руку.

— Вставайте, гражданин Антонов. Нечего в грязи валяться.

Игорь повернулся и привстал, ухватившись за руку Антона. Антон потянул Игоря наверх и, убедившись, что он твердо стоит на ногах, отпустил его руку.

— Как же Вы, Игорь, камень этот не заметили?

— Д-да вот ж… На подъезд засмотрелся…

Антонов застеснялся. Более того, ему стало стыдно. Стыдно за все. За то, как он обошелся с ним в начальных классах, за свою трусость, за недавние оскорбления. Его поразило, что Антон, после всего с ними произошедшего, протянул ему руку помощи.

Глаза Игоря заслезились. Он смотрел на Антона и молчал. Антон просунул руку в карман и достал две конфетки. Как тогда в начальных классах.

— Мне жена конфет вкусных с собой дала. Хочешь попробовать?

Игорь промолчал и протянул руку. Антон вложил в нее конфету и предложил ему присесть на лавочку.

— Ты ж н-ненавидишь ж меня наверное, да? — спросил Игорь, открывая подаренную конфету.

— Ненависть, Антонов, к хорошему никогда не приводит. А ошибаются все, — ответил Антон, закидывая конфетку в рот.

Наступила тишина, оба жевали конфеты. А Игорь в этот момент много думал.

И о том, как он ужасно с Антоном поступал в школе, и о своей трусости. Он и подумать до этого не мог, что кому-то не все равно на него. Все вокруг казались врагами, даже собственная жена. А тут ему и руку помощи протянули, и конфету подарили, как когда-то давно в третьем классе. И это после всего, что он сделал.

— Спасибо тебе, Антон, — тихо сказал Игорь, от стыда не поворачиваясь в сторону собеседника, а затем встал, выкинул обертку от конфеты в мусорку и зашел в подъезд.

Прежним Антонов уже никогда