Академия Правителей – 2 - Джон Голд

[В первый день пребывания в Арго я трижды устроил беспорядки. Плюс две победы в мою копилку и знание, что стража Арго кого угодно скрутит в бараний рог. Добро пожаловать в мир взрослых, Карлайн!]

Окунувшись ненадолго в воспоминания, я прошёл по коридору из первого зала во второй. Конструкт-судья в виде звезды гудя полетел за мной. Глаз на нём покрылся сеткой лопнувших сосудов. Эта штуковина смотрела на меня с таким видом, будто я ей в кашу плюнул. Видать, думала, что я провожусь с кошмарами целую вечность. Обойдётся!

[Я не боюсь и не отказываюсь от своего «прошлого». Работаю над «настоящим», чтобы построить лучшее «будущее».]

Оказавшись во втором зале, я огляделся. Раз это ЕХ-Врата, значит, стоит ожидать чего-то, требующего совместных усилий.

Общая протяжённость второго зала — около шестидесяти метров. Участок, где Охотники выходят из первых комнат, занимает дай бог пятую часть помещений. Дальше идёт барьер и начинается область, затянутая белой дымкой.

Подойдя к барьеру, я первым делом проверил, проходит ли сквозь него рука. Проходит. Стоило мне шагнуть сквозь преграду, как туман принял форму ада. Пол под ногами превратился в раскалённую землю, из которой торчали человеческие руки. Их крючковатые пальцы пытались схватить меня за стопу и изодранную в лоскуты одежду. Заранее выставленный «доспех духа» не давал сделать ни до того, ни другого.

Стоило чуть надавить Властью, как руки рядом со мной обратились дымкой. Делаю шаг вперёд. В тот же миг от противоположного конца зала в мою сторону двинулось цунами, состоящее из трупов и ещё живых чудовищ.

Ещё шаг! Поднимается вторая волна. Властью развеиваю первую попытку оттеснить меня назад. Не двигаясь с места, обращаю в дымку следующий морок.

На третьем шаге навалилось чувство безнадёги и пришла новая волна из трупов и чудовищ. На четвёртом — сбилось чувство равновесия и правильного направления. Волна пришла чуть сбоку. На пятом — появился туман и голоса.

— Кар… Лайн! Спаси нас, защитник.

— Мимо, Морб! — отвечаю, прикрыв глаза. — Мой путь с Кочевниками и их караваном закончился давным-давно. Нет больше защитника Карлайна. В прошлом остался и «Коллекционер» Карлайн. Остался только Зверь и его стая.

Каждый последующий шаг стал даваться тяжелее, чем предыдущий. Требовалось больше Власти на развеивание мороков. Морб не зря получил прозвище «Стирающий границы». Его морок настолько же материален и силён, насколько в него верит жертва… А я не жертва. Я сверххищник, охотящийся на тех, кто возомнил о себе невесть что.

Перейдя на сверхчувства Высших, я окружил себя Властью и в несколько прыжков добрался до противоположной части зала. Опять же! Не потратив ни капли ауры и маны на сопротивление.

Конструкт Морба полетел вслед за мной. Он недовольно зыркал то на отключившийся морок второго зала, то на меня.

— Что не так? — хмуро смотрю на звезду. — Твой хозяин всё никак не хочет принять очевидный факт. Люди с куда большей радостью останутся в своих счастливых видениях, а не кошмарах. Сделал бы он такие EX-Врата, и их бы проходили бесконечно долго. Так ведь НЕТ! Надо довести Охотников до икоты и седых волос… Тьфу на тебя!

Третье испытание ЕХ-Врат — это всегда коллективный бой против сильного противника. Гомункула — куклы, созданной силой ложного бога.

Образ гомункула ограничен теми, кто находится во Вратах. Будь нас не трое, а десять — на выходе получилась бы эдакая химера, имеющая разные силы. Её ранг силы соответствовал бы самому сильному Охотнику, добравшемуся до третьего зала.

Выйдя из коридора, я оказался в помещении, имеющем форму купола. Диаметр около сотни метров. Все стены сделаны из светящегося камня. Стоявший в центре гомункул поначалу имел форму оплавленной свечи. Неказистый, кривой, с оплывшими краями. С моим появлением эта бесформенная масса стала стремительно преображаться. Появились руки, голова… Вполне себе человеческие ноги.

Гомункул принял форму человека и выпустил наружу ауру огня.

— Роза… Лайн! — яростно завопил конструкт. — Благословенны будут дни Дьявола, позволившего мне отправить твою грешную душу в ад.

— Какого хрена? — предчувствуя недоброе, я резко обернулся.

Находись во Вратах только мы с Катариной, гомункул не мог бы использовать стихию огня. Блоссум — нейтрал, а у меня стихия призыва. Заимствованные силы от Каа не идут в зачёт. Значит, сейчас в EX-Вратах два или три живых участника. Первый я, затем Ведьма… Катарина под вопросом.

[Надо разобраться с гомункулом, а потом бежать вперёд. Там должен быть выход. Встреча с Ведьмой в условиях замкнутых помещений — это гарантированная смерть.]

Перейдя на «Ускорение», я рванул к гомункулу. Тот, разведя руки, приготовился к бою. Ярчайшее пламя шибануло от него во все стороны.

— ОГОНЬ! Иди за мной! — завопил гомункул, бросаясь в лобовую атаку. — Я так долго ждал с тобой встречи, Роза… Лайн.

Не теряя ни секунды, провёл серию ударов кулаками, разрывая внутренности гомункула. Плевать на расход ауры и маны! Этот бой надо закончить как можно быстрее.

Шестой удар отсёк руку огненной кукле. Седьмой — отрубил голову. Восьмой… Девятый… Десятый. За считаные секунды я разорвал гомункула на части, не оставляя тому ни единого шанса на победу.

Перекрёстным шагом обхожу место короткого сражения так, чтобы держать ВХОД в зал в фокусе своего внимания. Ведьма пока не появилась, но и коридор, ведущий в комнату наград, не открылся.

— Давай, давай, давай! — мельком смотрю на летающий у потолка конструкт Морба. — Засчитай уже мне победу.

— Роза… Лайн! — вдруг завопила оторванная голова гомункула и стала притягиваться обратно к телу. — Я предам Кочевников огню, даровав им истинное спасение.

Слова показались знакомыми. Размозжив резко ползущую по полу голову, я попытался вспомнить, где уже слышал такие слова.

— Ульрих «Горячо»? — с недоумением смотрю на гомункула. — Ох, ё-ё-ё!

Финал пути Кочевников оказался таким, каким его никто не мог представить. Среди нас, защитников, был Ульрих — архонт [6], как и я, но со стихией огня. При попытке прорыва на ранг абсолют [7] — SS-ранг по классификации Тейлура — у Ульриха случился сбой.

Душа архонта [6] раскололась на почти два десятка неполноценных Семян Духа. Они продолжали удерживать тело пироманта в рядах живых, но при этом рассудка он лишился напрочь.

Ульрих имел чуть ли не божественную регенерацию. В том бою мы со зверьём раз