Имперский Курьер. Том 2 - Вова Бо

Материализовав копье, я насадил на него тварь, пробив голову насквозь. Боец под ногами орал, его заливало густой жукокровью.

— Да не ори ты так. Не за что, кстати.

Так, раз у этих прыгунов хитин не такой прочный, то, может, и другие фокусы сработают?

Огненная эфирная дробь ударила в грудь очередного подоспевшего жука, оставив в хитине россыпь дымящихся отверстий. Тварь застрекотала, отшатнулась и развернулась ко мне. Ладно, лучше не рисковать и потратить еще немного энергии. Диск срезал башку, но монстр продолжал двигаться, хоть и бесцельно.

Раздались автоматные очереди. Водила с усатым на пару превратили голову третьего жука в фарш, но на подходе были отстающие. Еще шесть приближались, один ковылял совсем далеко — ему и крылья, и ноги подрезало.

Интересно было посмотреть, как имперская регулярная армия справится с угрозой, но я быстро понял, что этот отряд явно не для битвы готовился. Усатый так орал в рацию, что слюни даже до меня долетели.

Ладно, подсоблю парням, на том свете зачтётся.

Бита появилась в руках, и я бросился наперерез первому жуку. Пролетел мимо, одним махом ломая ему несколько лап, тут же набросился на второго. Эфирный щит принимает удар, отталкивает, удар биты вдогонку. Следующий…

Парочка жуков меня перепрыгнула, я хотел развернуться, но вся четверка армейцев уже была наготове. В ход пошли мечи, тоже артефактные, кстати, так что одного жука они кое-как закромсали. Со вторым вышли трудности, но помогла Белая, которая запрыгнула со спины на тварь и начала клыками выдирать крылья.

Пока кузнечик пытался ее скинуть, остался без лап. А потом парни дружно нашинковали катающегося по земле монстра. У меня кончился заряд в искре, а эфирные проекции без огненной заточки менее эффективны. Одного жука я кое-как подрезал, а дальше пришлось пачкать биту.

Предпоследнему воткнул копье в брюхо. Он был бескрылым, так что оружие здорово тормозило его, цепляясь за землю. Этого добили солдаты. С последним справился усач. Монстр все еще ковылял в нашу сторону, так что мужик просто сделал пять прицельных выстрелов, пока тварь не затихла. Все-таки медленная цель совсем не угроза.

Оглядел четверку и даже немного расстроился. Машина в хлам, у троих доспехи помяты и пробиты, водитель серьезно ранен, ему серпом бок вспороло, начальник и еще один парень тоже в крови, но вроде ничего серьезного.

— Как он? — Я подошел поближе.

— Жить будет. Сейчас звено подъедет, там должен быть медик или целитель.

Усач ответил спокойно, без былой агрессии. Парни быстро вскрыли помятый багажник и, достав оттуда аптечку, принялись обрабатывать рану.

Я глянул через плечо. В целом не смертельно, если оказать помощь. Интересно, насколько серьезная это была схватка по меркам империи? И как сильно отличается боевое звено от этого отряда?

— Ты сядь пока там и не дергайся. Сема, дай ему умывайку.

Подошел пулеметчик с пластиковой двухлитровкой в руках и пульверизатором сверху. Пшикнул мне на руки какой-то ядреной гадости, от которой глаза заслезились.

— Не вдыхай и зажмурься, — спокойно произнес пулеметчик. — Надо всего обработать.

— Что это за дичь? — прокашлялся я.

— Ты вообще откуда свалился такой, что даже про умывайку не знаешь? Чего тогда поперся к жукам?

Усатый был недоволен и смотрел прямо на меня.

— Слизь, — пояснил вместо начальника пулеметчик. — Жуки ее чуют. Оставляют по одному в засаде, а если его грохнуть, то на запах слетается такая вот стая. За ней может прилететь стая побольше. А эта гадость, — он потряс бутылкой, — перебивает запах.

— Из-за тебя, — продолжал главный, — мы все чуть не погибли только что. Ты чем вообще…

— Капитан, — настойчиво прервал его раненый.

— Что?

— Так-то он нас и спас. Меня лично…

Усач мельком окинула взглядом мои руки, но, вздохнув, возмущаться не стал.

— Не лез бы куда не надо — и спасать бы не пришлось.

— Так это… Десять кузнечиков. И в деревне, скорей всего, таракан.

— Больше на скарабея похож, — вставил я.

— Скарабей, — тяжело кивнул оптимистичный раненый. — Это два отгула и премия.

— М-да… — протянул пулеметчик. — И тот косяк со спиртом нам простят. Так-то…

— Ну-ну, — пробурчал усатый, оглядывая поле боя. Но уже не так уверенно.

Я примерно начал понимать расклад, но продолжал молча наблюдать. Все-таки чувство долга у капитана взяло верх, и он повернулся ко мне.

— Что здесь делал? — спросил он резко. — Отвечай правду и быстро, это твой последний шанс.

— Я хочу поучаствовать в войне против жуков, — ответил я серьезно. — Но не собирался ввязываться в не пойми что. Потому решил сам разведать, что здесь творится. Нашел жука, понял, что это засада на вас, убил. Про слизь не знал.

— Наркоту не прятал? Кристаллами тут не торговал? Панцири сдирать для перепродажи не собирался?

— И в мыслях не было, — искренне ответил я.

А вот теперь есть, спасибо за идеи и информацию. Хитин у тварей крепкий, однозначно ценная добыча. А раз тут запретная зона, то наверняка всякие криминальные элементы захотят ее использовать в качестве территории для совершения сделок без лишних глаз. Видимо, с солдатами им договориться проще, чем со стражей.

Щелкнул замок, и с моих рук спали наручники. Да, я все это время сражался в них, хотя мог в любой момент разорвать. Но так имперцам будет спокойней, как мне показалось.

— Мы тебя не нашли и никогда не видели, — произнес усатый, — а ты…

— А я понятия не имею, кто тут всех жуков поубивал. Вообще меня тут не было.

— Хорошо, что мы друг друга поняли.

Не прощаясь, мы с Белой пошли обратно. Волчица при этом постоянно рычала и чихала, вот уж кому точно умывайка не понравилась.

Я оглянулся на ребят. Один носился по песку и обрабатывал тела жуков, другой помогал раненому, а капитан задумчиво смотрел мне вслед.

Если честно, на секунду мне показалось, что они отпустили меня не потому, что хотели присвоить себе все лавры за уничтожение жуков. А как будто это была надуманная причина. Повод, чтобы меня отпустить.

В любой другой ситуации человек военного ремесла попытался бы выяснить про светящуюся биту, взявшиеся из ниоткуда копья или хотя бы почему у жуков просто так лапы отлетают.

Полагаю, что они понимали, что выбора-то