Запасной - Гарри Сассекский

Планы на свадьбу снова изменились.

Задержка за задержкой — если вы внимательно прислушаетесь, то услышите разносящиеся по дворцовой территории крики и стоны отчаяния. Трудно сказать, кому они принадлежат: организатору свадьбы или Камилле (или па).

Помимо чувства жалости к ним, я не мог не думать, что какая-то сила во Вселенной (мамочка?) скорее мешала, чем помогала их союзу. Может быть, Вселенная откладывает то, что она не одобряет?

Когда свадьба наконец состоялась — без бабули, которая решила не присутствовать, — это стало почти катарсисом для всех, даже для меня. Стоя у алтаря, я в основном держал голову опущенной, глядя в пол, как во время похорон мамочки, но несколько раз украдкой бросал взгляды на жениха и невесту и каждый раз думал: Повезло вам.

А также: Прощайте.

Я без сомнений знал, что этот брак отнимет у нас па. Не в каком-то реальном смысле, не каким-либо преднамеренным или злонамеренным образом, но тем не менее — отнимет. Он входил в новое, замкнутое, плотно изолированное пространство. Я предсказывал, что мы с Вилли будем реже видеться с па, и это оставило у меня смешанные чувства. Мне не нравилось терять второго родителя, и у меня были сложные чувства по поводу приобретения приёмного родителя, которая, как я полагал, недавно принесла меня в жертву на алтарь своего личного пиара. Но я видел улыбку па, и с этим было трудно спорить, и ещё труднее отрицать причину: Камилла. Мне много всего хотелось, но я был удивлён, обнаружив на их свадьбе, что одна из вещей, которых я хотел больше всего, по-прежнему — чтобы отец был счастлив.

Забавно, но я даже хотел, чтобы Камилла была счастлива.

Может быть, не такая она будет опасная, если будет счастлива?

Есть опубликованные сообщения о том, что мы с Вилли тайком вышли из церкви и повесили на их машину таблички "МОЛОДОЖЁНЫ". Это были не мы. Я мог повесить табличку: "БУДЬТЕ СЧАСТЛИВЫ". Если бы тогда подумал об этом.

Я помню, как смотрел, как они отъезжают, и думал: они счастливы. Они действительно счастливы.

Чёрт, я бы хотел, чтобы все мы были счастливы.

49

ПРИМЕРНО В ЭТО ЖЕ ВРЕМЯ, незадолго до свадьбы или, возможно, сразу после, мы с Вилли отправились тренироваться в Британскую специальную лодочную службу. Это не было официальной тренировкой. Просто немного мальчиков и игрушек, как мы это называли. В основном это была забава, хотя она и выросла из давней и торжественной традиции.

Наша семья всегда поддерживала тесные связи с британскими военными. Иногда это означало официальный визит, иногда обычный обед. Иногда это означало приватную беседу с теми, кто вернулся с войн. Но иногда это означало участие в строгих упражнениях. Ничто так не проявляло уважения к военным, как то, что они делали или пытались делать.

Такие учения всегда держались в секрете от прессы. Военные предпочитали именно это, и, видит бог, члены королевской семьи тоже.

Именно мамочка взяла нас с Вилли на первые военные учения — в “дом смерти” в Херефордшире. Нас троих поместили в комнату, велев не двигаться. Затем в комнате стало темно. Взвод вышиб дверь ногой. Они бросали светошумовые гранаты, напугав нас до чёртиков, что и было их целью. Они хотели научить нас, как реагировать, “если когда-нибудь” наши жизни окажутся в опасности.

Если когда-нибудь? Мы только рассмеялись. Вы видели нашу почту?

Но этот день с Вилли был другим. Больше физухи, больше активности. Меньше обучения, больше адреналина. Мы промчались через Пул-Харбор на скоростных катерах, “атаковали” фрегат, вскарабкались по его вантовым лестницам, стреляя из 9-мм MP5, заряженных пейнтбольными патронами. В одном упражнении мы сбежали по металлической лестнице в трюм фрегата. Кто-то выключил свет, я полагаю, чтобы было интереснее. В кромешной темноте, в четырёх шагах от подножия, я упал левым коленом на болт, торчащий из пола.

Ослепляющая боль.

Мне удалось встать, продолжить движение, закончить упражнение. Но в конце упражнения мы спрыгнули с вертолетной площадки лодки в воду, и оказалось, что моё колено не работает. Вся нога не работала. Когда я вышел из воды и снял гидрокостюм, Вилли посмотрел вниз и побледнел.

Из моего колена хлестала кровь.

Парамедики прибыли через несколько минут.

Несколько недель спустя дворец объявил, что моё вступление в армию отложено. На неопределённое время.

Репортёры потребовали объяснить, почему.

Из дворца сообщили: Принц Гарри поранил колено, играя в регби.

После чтения газет нога заледенела и приподнялась, я запрокинул голову и рассмеялся. Я не мог не насладиться маленькой частицей самодовольного ликования, когда газеты, в кои-то веки, невольно напечатали ложь обо мне.

Однако вскоре они отомстили. Они начали продвигать историю о том, что я боялся идти в армию, отлынивал, используя фальшивую травму колена как способ оттянуть время.

Они сказали, что я был трусом.

50

У ОДНОГО ИЗ ДРУЗЕЙ ВИЛЛИ была вечеринка по случаю дня рождения. В сельской местности недалеко от Глостершира. Это была не просто вечеринка по случаю дня рождения, это была костюмированная вечеринка с кринжовой тематикой. Туземцы и колонизаторы. Гости должны были одеваться соответствующим образом.

Январь 2005 года.

Я не любил костюмированные вечеринки. И особенно терпеть не мог тематические. На последний день рождения Вилли, или позапрошлый, он устроил костюмированную вечеринку на тему: "Из Африки". Я находил это раздражающим и сбивающим с толку. Каждый раз, когда я отправлялся в Африку, я надевал шорты и футболку, может быть, кикои. Это подойдёт, Вилли? Но это было во много раз хуже.

У меня в гардеробе не было ни одного предмета местной или колониальной одежды. Я жил с па и Камиллой несколько дней в Сент-Джеймсе, несколько дней в Хайгроуве, я не разбирал чемоданы, так что мне было плевать на одежду. Большую часть дней я выглядел так, будто одевался в очень тёмной комнате с беспорядком. Поэтому костюмированная вечеринка с определённой тематикой была моим кошмаром.

Пропустить её? Нельзя.

Вилли, однако, настоял на своём. Мы найдём тебе что-нибудь из одежды, Гарольд.

Его новая подружка обещала помочь.

Мне понравилась его новая подружка. Она была беззаботной, милой, доброй. Она провела год во Флоренции, разбиралась в фотографии, искусстве. И одежде. Она любила одежду.

Ее звали Кейт. Я забыл, какую туземную или колониальную вещь она надела на ту вечеринку, но