Путь стоика. Сохранить спокойствие, твердость характера и благоразумие перед лицом испытаний - Уильям Б. Ирвин

Он также сообщил, что полиция собирается меня допросить, что мне будет предоставлен переводчик и что я должен быть не просто вежливым, а очень и очень вежливым.

В процессе выслушивания историй людей я пытался оценить, насколько хорошо они справляются с последствиями своего затруднительного положения. Как и следовало ожидать, многие были разгневаны и преисполнены чувства вины, но другие, казалось, вполне оправились.

Допрашивающий меня полицейский выглядел бы устрашающе даже без пистолета на бедре. Через переводчика я рассказал ему свою историю и объяснил, что меня пригласил министр культуры Франции на мероприятие в Лувре. Я даже показал ему выгравированное приглашение, которое, как мне казалось, было моим ключом от ворот Парижа. Он мельком взглянул на него и презрительно фыркнул, пробурчав, что это «всего лишь лист бумаги».

Затем он попросил меня подписать семь разных документов, написанных по-французски. У меня довольно плохой французский, поэтому я попросил переводчика мне их перевести. Она ответила, что это просто «обычные документы» и что мне следует их подписать. Так что я их подписал, исходя из теории, что готовность подписывать документы является нормой международной вежливости.

Полицейский забрал подписанные документы, чтобы проконсультироваться с вышестоящим начальством. Минут через десять он вернулся с хмурым видом. Я ожидал худшего, но он объявил, что я получил разрешение на въезд во Францию, но мне нужно как можно скорее получить новый паспорт. Я предполагаю, что, поскольку у меня было «ничего не значившее» приглашение в Лувр, его босс решил, что выдворение меня из страны потенциально чревато более серьезными проблемами, чем если они меня впустят, и поэтому он меня впустил.

Моей жене не разрешили находиться со мной во время допроса. Впоследствии я рассказал ей, что произошло, и показал копии подписанных мною документов. Ее французский намного лучше моего, и, просмотрев их, она заметила, что я поступил мудро, выбрав депортацию самолетом, а не кораблем, если бы они сочли необходимым меня депортировать. Я совершенно не подозревал, что сделал подобный выбор!

Я прибыл в Париж в субботу, а это значит, что мне пришлось ждать до понедельника, чтобы подать заявление на временный паспорт в посольстве США. В тот день мы с женой пришли туда и обнаружили, что оно закрыто на празднование Дня президента США. «Неудача за неудачей, – подумал я. – Гениально!»

Мы вернулись на следующее утро и заняли место в сформировавшейся очереди – очереди, которая была вдвое длиннее, чем обычно, вследствие того что посольство накануне было закрыто (это можно назвать неудачей, вызванной неудачей внутри неудачи; стоические боги явно работали над этим не покладая рук!). В этой очереди были люди, у которых, как и у меня, были проблемы с паспортом. В то время я занимался исследованием для этой книги. Мне пришло в голову, что это прекрасная возможность увидеть, как люди справляются с неприятностями, поэтому, пока моя жена занимала место в очереди, я ходил вокруг, опрашивая других людей, как они здесь оказались.

У каждого были свои злоключения. Некоторые потеряли паспорт или его у них украли, в то время как другие оставались во Франции так долго, что срок их паспорта истек. В процессе выслушивания историй людей я пытался оценить, насколько хорошо они справляются с последствиями своего затруднительного положения. Как и следовало ожидать, многие были разгневаны и преисполнены чувства вины, но другие, казалось, вполне оправились.

Я получил новый паспорт, и в тот же день мы сели в самолет, чтобы лететь домой. Казалось, что стоическое испытание завершено, поэтому я поставил оценку своему поведению. Поскольку я оформил этот эпизод в рамку испытания, я пережил совсем немного разочарования и никакого гнева. Мое эмоциональное состояние лучше всего можно было описать как смесь восхищения (что же стоические боги будут делать дальше?) и веселья от причудливых перипетий сюжета. На многие из них я ответил (ну чем же еще?), конечно, смехом.

Именно в этот момент меня осенило: поскольку я сделал своей практикой реагировать на удары судьбы при помощи стратегии стоического испытания, я превратился из человека, считающего житейские трудности просто неудачным аспектом жизни, в человека, одновременно изучающего и ценящего их. Другими словами, я стал знатоком злоключений и пришел к выводу, что только что пережитый мною эпизод в контексте жизненных неурядиц является эквивалентом лучшего французского шампанского.

Я снял шляпу перед стоическими богами за их изобретательность в разработке такого испытания. Отличным ходом было то, что даже пилот пришел, чтобы со мной поговорить, так же, как и закрытие посольства в тот день, когда мне это было нужно! А еще я поблагодарил богов за их подарок в виде подобного испытания. Мало того что это была возможность показать, на что я как стоик способен, они также вручили мне на серебряном блюде историю злоключений, которую я могу рассказывать, и довольно неплохую, не так ли?

Именно в этот момент меня осенило: поскольку я сделал своей практикой реагировать на удары судьбы при помощи стратегии стоического испытания, я превратился из человека, считающего житейские трудности просто неудачным аспектом жизни, в человека, одновременно изучающего и ценящего их. Другими словами, я стал знатоком злоключений и пришел к выводу, что только что пережитый мною эпизод в контексте жизненных неурядиц является эквивалентом лучшего французского шампанского.

Дополнительная литература

На страницах этой книги я сосредоточил свое внимание не на истории и принципах стоической философии, а на конкретной стоической технике: использовании стратегии стоического испытания для преодоления жизненных невзгод. Тем, кто хочет узнать о стоицизме больше, рекомендуется прочитать мою книгу «Радость жизни. Философия стоицизма для XXI века»[16], в которой я представляю философов-стоиков и объясняю, как мы можем применить их принципы в собственной жизни. Тем, кто хочет глубже понять философию стоиков, следует взглянуть на превосходную книгу Массимо Пильюччи «Как быть стоиком. Античная философия и современная жизнь»[17]. И не следует забывать, что эссе Сенеки – см. ссылки в разделе «Примечания» в конце этой книги – одновременно доступны и глубокомысленны.

Благодарности

Я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы поблагодарить Государственный университет Райтов[18] за то, что они пошли на сокращение моей преподавательской нагрузки, что облегчило написание этой книги. Я также хотел бы поблагодарить Джайлза Андерсона за то, что он приютил эту книгу, и Куин