Наследие Мортены - М. Борзых

— Ты там не уснула? — ехидно поинтересовалась княжна.

— Нет, — отвлеклась я от созерцания девушки. — Рассказывай.

— Просмотрела я твои вчерашние приключения, и первый царапнувший моё сознание момент — это неправильное восприятие местными тотема. Вернее, Баламат назвала его духом рода, но описание вполне совпадает с нашими тотемами. Судя по эмоциям, местные двуипостасные его боятся, а так быть не должно.

Тотем — это вместилище всех когда-то живших духов рода. Часть из них очищается и перерождается в новых двуипостасных, часть остаётся внутри и влияет на жизнь клана и его членов.

Духи могут благословлять, принимать клятвы, способны помочь с принятием решения и даже обучать молодняк. Они вообще очень многое могут, но всегда есть жирное «но».

Для общения с ними в роду должен быть Видящий или Слышащий. Тот, кто способен заглянуть за материальную грань миров и понять. Рождаются они очень редко, поэтому параллельно в правящих родах обучали базовым техникам взаимодействия с тотемами. Там тоже есть свои тонкости, но получить вполне понятный утвердительный или отрицательный ответ можно. Реально и конкретных действий допроситься, но там уже сложнее и опаснее для жизни. Меня мама обучала тайком, и я даже опробовала кое-что на отцовском тотеме… Но всё закончилось не очень хорошо.

Княжна прервалась, последние фразы звучали всё тише, голос становился грустнее и печальней.

— Это как-то связано с твоим заточением? — рискнула уточнить. Последовал тяжёлый вздох.

— И да, и нет. Заточение — это скорее результат. Когда всю жизнь родители готовят тебя для использования в своих целях… А ты об этом догадываешься спустя пару тысяч лет после «смерти»… Открытие так себе.

Я решила не настаивать на подробностях. Правду говорят, что все наши психологические проблемы родом из детства, а самые глубокие травмы оставляют именно родители.

— Так что там с тотемом? — вернула разговор в безопасное русло.

— А вот это и надо выяснить. Пока могу предположить, что у них очень давно не было в роду Видящих или Слышащих. Клан разгневал своих предков, поэтому у тотема такая мрачная аура, — девушка неопределённо пожала плечами.

— Ну, вот если чисто теоретически… — я замолчала, подбирая слова, — совсем теоретически… Чем грозит клану прогневить своих духов?

— Да хоть теоретически, хоть практически, вымиранием это грозит, — буркнула Рогнеда и уже громче добавила, — всё меньше душ будут отправляться на перерождение, остальные будут либо накапливаться в тотеме, либо развоплощаться. Запас душ тоже не безграничен, всё реже будут рождаться двуипостасные и всё чаще люди. И так, пока не исчезнут вовсе.

— То есть, ты хочешь сказать, что те тотемы, которые ты чувствовала как «мёртвые», это братские могилы кланов двуипостасных? — поражённо уточнила у княжны.

— Примерно так, — подтвердила Рогнеда. — Я вообще удивлена, что здесь хотя бы пара тотемов подают признаки жизни через столько тысячелетий.

— Так, погоди. А чем тогда забвение души внутри тотема отличается от заточения внутри гарнитура?

Девушка грустно улыбнулась, прежде чем ответить.

— Там ты не будешь одинок, это, во-первых. А, во-вторых, есть вероятность вернуть тотем к жизни.

Мы замолчали, каждая думая о своём. На ум пришла ассоциация тотема с искусственным интеллектом, управляющим развитием рода. Вот только операторы, способные войти в контакт с ИИ, рождались очень редко. Вот и результат.

Без мудрого ИИ двуипостасные рано или поздно выходили на дорожку деградации и самоуничтожения, как собственно и люди. Выходит, ирбисы и медведи ещё дольше всех продержались.

Пока я размышляла над превратностями судьбы, не заметила, как уснула. Проснулась от резкого удара и металлического скрежета. Внедорожник подбросило в воздух и кувыркало, аппаратура вылетала из ниш. Свет мигал. На правой стороне явственно проступали вмятины, похожие на следы гигантской лапы. Если бы я не пристегнулась, то обязательно свернула себе шею. А так во время переворотов я даже звука не проронила, глядя на всё широко раскрытыми от испуга глазами.

Оборотни тем временем стали превращаться, но кувыркающийся автомобиль не особо способствовал обороту. Бэрила в кошачьей ипостаси кидало по салону из стороны в сторону. Врачи наши оказались вовсе и не ирбисами, а лисами и песцами. Те умудрились вцепиться зубами в ремни безопасности и болтались на них. Проще всего было Баару. Он был пристёгнут ремнями к кушетке.

Автомобиль, наконец, остановился в положении вверх дном, чтобы вновь ощутить удар, но уже сверху. Кто-то очень большой и сильный пытался к нам прорваться.

* * *

Баабыр с интересом наблюдал за Евгенией. Спокойная, собранная, не устраивает истерик по поводу его звериной ипостаси. Не поощряет ирбиса, но и не шарахается от него. Звериная ипостась забавлялась, оказывая девушке знаки внимания и строя ей умилительные мордахи.

Евгения спокойно уснула, заблаговременно пристегнувшись ремнями безопасности в кресле.

«Умница. С твоим травматизмом лучше не искушать судьбу», — мысленно улыбнулся ирбис.

Внедорожник мягко скользил по снегу. Движение почти не ощущалось. Ехать предстояло часов шесть, всё-таки скорость в лесу была низкой. Резиденция деда Сураха затерялась глубоко в лесах посреди Олёкминского заповедника. Дед предпочитал жить в Старом городище, местности вокруг обелиска. Судя по результатам раскопок, профинансированных Сурахом Хааннаахом, оборотни жили там тысячелетиями. Но чем мрачнее становилась аура обелиска, тем меньше оборотней выдерживало её близость. Со временем резиденция ирбисов отстроилась в удалении от обелиска. Отец не пожалел средств для обустройства нового дома по современным стандартам.

Решение отправиться в старую резиденцию Хааннаахов объяснялось ещё и тем, что очень немногие рискнут туда явиться. Несмотря на надвигающуюся метель, переезд не отменили. Ирбисы привычны к таким вывертам погоды, а Евгения метель даже не заметит внутри вездехода. Очень хотелось вернуться в человеческую ипостась и пообщаться с девушкой, но врачи настоятельно советовали находиться в зверином облике. Регенерация у человека значительно ниже, чем у оборотня, а последняя рана всё не хотела затягиваться.

«Жаль, ментально пообщаться не выйдет. Способность работает только с оборотнями. Придётся ждать, пока голос восстановится».

Ураган эмоций из ярости, боли, обиды и злости Баабыр почувствовал за пару секунд до нападения. Резкие удары, скрежет метала, и далеко не лёгкий вездеход кувыркается по снегу, словно детская игрушка.

Бэрил обернулся мгновенно, и вот уже тело ирбиса бьётся о стены кабины. Остановка