Притчи. Большая книга. Мудрость всех времен и народов - Коллектив авторов

Судьба скупого

Жил когда-то в славном городе Басра очень скупой человек. В этой своей скупости он не имел себе равных. Всю жизнь он копил динары. Когда золота и серебра у него скопилось очень много, он зарыл их глубоко в землю, и хотя клад его был очень богатым, жажду к накопительству он не утратил, и, продолжая собирать свое богатство, он из все новых поступавших к нему монет делал ожерелья и носил их на шее. Когда его спрашивали, как он может постоянно носить на себе такую тяжесть, он отвечал:

— Телу моему от этого только прибывает силы, а сила тела всегда полезна для здоровья!

Однажды ему довелось торговать на берегу моря, и когда он склонился над глубокой водой, чтобы омыть лицо, он от тяжести висевших на нем монет упал в набежавшие волны. Эти волны оттащили его от берега, а тяжелый груз монет увлек его ко дну прежде, чем люди нашли канат и собрались его спасать, и там у драгоценных жемчужин он нашел свою смерть, а висевшие на нем динары стали еще одним тайным кладом, на этот раз — подводным.

Пробуждение

В одной далекой стране жил некогда неприкаянный нищий. День и ночь он предавался курению зелья — смеси гашиша и белены. На вид этот нищий был весьма благообразен и подобен старцу-подвижнику, живущему в пустыне и проводящему время в благочестивых обращениях к Богу. В действительности же суть его жизни была в его любимой отраве, накурившись которой он впадал в бред, порождавший в его одурманенном мозгу самые невероятные мечты. И вот однажды, добыв себе солидный запас этой любимой «пищи», он блаженствовал в одиночестве в каких-то заброшенных людьми руинах. Удобно устроившись на рухнувших теплых мраморных плитах, он с каждой затяжкой все глубже и глубже погружался в мир своих скрытых помыслов. Наконец он увидел себя в заповедном лесу, где было все, о чем он мог только мечтать. В этом лесу возвышается его собственный величественный и прочный замок, стены которого расписаны самим Мани, величайшим художником всех времен. Сам же он сидит на троне царя царей, и рядом с ним возлежит красавица. Время свое он проводит в веселье, постоянно ощущая свою мощь и величие, и красавица щедро дарит ему свои ласки, а он — беспечален и счастлив, не замечая, что в действительности он лежит в одиночестве среди мрачных развалин. Как раз в это время эти же руины пожелал обойти скорпион, считавший себя их единственным хозяином, и в тот момент, когда нищего в его воображении целовала ласкавшая его красавица, в его губы вонзил свое жало скорпион. В один миг исчезли как сон и розы, и замок, и трон, и нежная краса. Осталась только боль пробуждения. Кричавший от боли нищий понял бессмысленность миров и мечтаний, порожденных дурманом, слишком поздно.

Не в богатстве счастье

Некогда жил в Египте богатый и знатный вельможа. Всем, что необходимо для житейских услад, обладал он в изобилии. Его дворец был схож с райской обителью, а его невольницы ни в чем не уступали райским девам. Но это богатство не согревало его душу. Все доступные ему блага вызывали в нем отвращение, и жил он среди них в муке, будто бы он, как Иосиф Прекрасный, томился в темнице разлуки.

— Открой нам тайны своей печали, — не раз просили его друзья. — Ведь ты имеешь все, о чем только может мечтать человек! О чем же ты скорбишь?

И однажды он ответил им:

— Для человека праведного весь этот мир — как тюрьма, потому что от его взора скрыты многие тайны жизни. Цель же праведного человека преодолеть путь, ведущий к этим тайнам, и обрести Истину. И пока я в разлуке с Истиной, даже райские кущи покажутся мне тюрьмой, и не будет конца моей печали.

Пища павлина

Суфийский мудрец был спрошен своим учеником о поведении одного дервиша:

— Почему он, когда был жив, так ревностно защищал свою репутацию? Ведь мудрецы безразличны к тому, что касается их личного блага.

— Он вёл себя так потому, — ответил суфий, — что хотел установить ход мысли: «Эти люди знают, как себя защитить. Лучше с ними не связываться!».

— Но ему-то зачем такая репутация, если на самом деле он был смиренным человеком?

— Чтобы в будущем уберечь от гнёта других. И именно так всё и случилось: многие беззащитные люди были ограждены от нападок разного рода притеснителей и агрессивных мыслителей, так как эти последние опасались, что, если, не имея веских оснований, они начнут их преследовать, те могут внезапно проявить силу и решимость, подобно тому дервишу, о котором ты спросил.

— И поскольку он не мог объяснить своего поведения без того, чтобы раскрылся его план, люди предположили, что он суетный, своенравный и агрессивный человек. Так, что ли?

— Совершенно верно. Но у него не было выбора. Ему открылась возможность принести пользу тем, кто придёт после него, и он должен был воспользоваться этой возможностью независимо от того, осудят его за это или нет, поймут его или нет.

Избегай легковесно судить о жизни и высказываниях суфия. Вопрос этот настолько глубок, что понять его могут только те, кто уже пришёл к цели. Запомни поговорку: «Не рассуждай о пище павлина, если у тебя желудок буйвола».

Не сможешь забыть

Однажды Латиф Вор устроил засаду на командира королевской гвардии, схватил его и доставил в пещеру.

— Я скажу тебе такое, что ты не сможешь забыть, как бы ни старался, — заявил он разъярённому офицеру.

Латиф заставил пленника снять всю одежду. Затем привязал его к ослу, усадив задом наперёд.

— Сделать из меня посмешище ты можешь, — выкрикнул офицер, — но ты никогда не заставишь меня думать о том, о чем я не желаю думать!

— Да ведь ты ещё не слышал фразы, которую я заставлю тебя запомнить, — усмехнулся Латиф. — Теперь,