Алтарь Отечества. Альманах. Том II - Альманах Российский колокол

Начало этих рассказов всегда сопровождалось определённым ритуалом, который мой дед очень любил.

А начинался он следующим образом: восседая посреди комнаты, за столом, как Генералиссимус за трибуной, дед ждал появления воина-фронтовика, коим и был ваш покорный слуга, в лице трёх – или четырёхгодовалого ребёнка, одетого в колготы со вздутыми (как у всех детей) коленками и сползшими носками, которые ужасно мешали «строевой подготовке» воина. Поверх колгот, как приличествует офицерскому составу Армии, на мне были надеты шорты с лямками крест-накрест (портупея), утянутые солдатским ремнём. Поправляя огромную фуражку, воин-фронтовик начинал движение колонны Парада Победы из соседней комнаты. По-детски чеканя шаг, гулко, при этом, топая пятками, парадная колонна продвигалась в комнату, где её встречал Главнокомандующий. Приставив ногу и повернувшись через плечо (тогда не важно было, через какое) я начинал свой доклад, приставив ладонь для приветствия «под козырек»:

– Товарищ Главнокомандующий, парадная колонна в честь Дня Победы над фашистскими захватчиками построена.

– Откуда такой служивый?

– Со 2-го Беларусского фронта.

– Колонна к проведению парада готова?

– Так точно!

– Начинайте!

Я поворачивался к воображаемой колонне и командовал:

– Ровняяяяйсь! Смииирна! С парадной песней и прохождением по площади, шааагоооом марш!

Начиная маршировать, я обходил вокруг стола, становясь пред восторженные очи деда и наблюдателей парада (в лице моей бабушки) и, продолжая прохождение маршем на месте, начинал чеканить любимую песню моего деда, от которой у него текли слёзы умиления:

Враги сожгли родную хату,

Сгубили всю его семью.

Куда идти теперь солдату,

Кому нести печаль свою?..

Обычно на втором куплете у него уже текли нескрываемые слёзы. Он меня обнимал и рассказывал что-нибудь из военной жизни, выпивая при этом свои «фронтовые 100 грамм». Вот так, с детства, я начал проникаться патриотизмом, восхищаясь подвигами нашего народа. И сколько бы я ни жил, такое вычеркнуть из памяти нельзя. Это должно передаваться из уст в уста, из поколения в поколение. Потомки должны помнить и Свято чтить тех, кто прошёл дорогами Великой Отечественной войны, даруя им светлые дни мира и счастливой жизни.

Скорбь

Всем погибшим, отдавшим долг Родине, – посвящается.

Ты ярко жил и нёс огонь в душе,

Как Прометей, друзьям тепло даруя,

Но жизнь сошла с пути на вираже,

И увела, закатами чаруя…

Безмолвие сковавшее уста,

Не ослепит улыбкой больше нежной,

И поселилась в доме пустота,

Грудь надрывая болью безутешной.

Льёт слёзы мама и молчит отец,

Моменты жизни в памяти листает,

Им не унять печаль своих сердец,

А тихий плач лишь боль приумножает.

Скорбит жена, скорбят твои друзья,

Но как в строю, всегда ты рядом с нами,

И знай, гордится Родина твоя,

Тобой, как мать гордится сыновьями.

Ведь ты ей верность твердую хранил,

И крепкой правдой клятвы не нарушил,

А это значит, что не зря ты жил,

Свой храм души предательством не рушил.

Былое не вернуть уже назад,

За «горькой» память светлую почтим:

«Спокойно спи, мужчина, друг и брат,

Не забываем… Помним и скорбим…».

С днём Победы

Ярко солнце, лучами играя,

Распустило сирени цвет.

День Победы – девятое мая,

Озаряя, встречает рассвет.

Славя подвиги нашей Отчизны,

Чтить и помнить всегда мы должны

Тех, кто жил под молитвою тризны,

Проходя по дорогам войны.

Как косою народ косила,

Тьмой навеки смыкая глаза.

И накрытых под братской могилой,

Омывает лазури слеза.

Ради нас свои жизни отдали,

Ну, а те, кто остался в живых,

Шаг за шагом к Победе шагали,

За родных и за близких своих.

Перед вами колени преклоним.

Кроет время виски сединой.

Подвиг ваш не забыт… И мы помним

Тех, кто мир подарил и покой.

Я сказать не могу по-другому —

За счастливый, безоблачный свет —

Ветераны – мир вашему дому!!!

И живите ещё много лет!..

Спецназу Гру посвящается

Сегодня тост звучит надрывом.

Налито «боевых сто грамм»,

И память кличет сиротливо,

Ребят ушедших к небесам…

Под блеском гильз и звоном стали,

С крутым обрывом на меже,

На крыльях белых ввысь взлетали,

В бою, на спорном рубеже.

Противник по зелёнке рыщет,

Но стойко держится спецназ,

Визгливо рядом трассер свищет,

«Назад – ни шагу!» – дан приказ.

Лучи закатные роняя

Запечатлело время миг,

Как в звуках боя утопая,

Последний позывной затих.

И журавлиной белой стаей

Они поднялись на крыло.

За смогом пороха растаяв,

Их души в вечность унесло.

Почтим минутою молчанья

Их память светлую, друзья!

Живут… Живут воспоминанья,

Их подвиг совершён не зря…

И пусть враги Отчизны нашей,

Ведут искусную игру,

Но берегут покой на страже

Ребята из спецназа ГРУ…

Ольга Вячеславовна Гулинкина

Весь дом, в котором я росла, тикал, звенел, куковал…

Мой дед, КИБИТКИН Василий Федорович 1913 года рождения появился на свет в посёлке Вяземка Тамбовской области. Его отец был портным, мать – домохозяйкой.

Ушёл на фронт сразу после прохождения срочной службы в 1941 году. В это время он уже был женат на моей бабушке – Кибиткиной Ларисе Тихоновне.

У них родились дочь и сын (в 1942 году) – мой отец.

Закончил войну мой дед в 1947 году после возвращения советских войск из Европы. Служил в артиллерии в звании офицера. Получил несколько ранений