Горничная Тархана - Злата Романова

после той вечеринки не видела, его держали отдельно. Потом меня освободили и под конвоем проводили в аэропорт, где мужчина по имени Александр купил мне эту одежду, потому что на мне было платье с той вечеринки, а оно довольно открытое, и мы вместе с ним прилетели в Москву. Мне велели забыть о существовании Вити и вообще о своей поездке в Дубай, и жить, как жила, если не хочу неприятностей. А я их не хочу! Если бы знала, что Витя так изменился, в жизни бы с ним не сошлась!

– Главное, что теперь все хорошо, – вздыхаю я.

– Кстати, а как ты узнала, что я сегодня прилечу? – спрашивает мама. – Мой телефон, да и все вещи остались там. Только документы вернули и все. Я хотела позвонить тебе из аэропорта, но не знаю наизусть твой новый номер. Зря ты поменяла старый.

– Мам, это наш хозяин, Тархан Артурович, помог привезти тебя домой, – признаюсь я. – У него есть какие-то связи и я попросила его о помощи.

– Да ты что?! – удивляется мама. – И он помог? Правда?

– Да, помог, – не хочу говорить ей о его условиях. – Он в душе хороший человек, хоть и выглядит суровым.

– Ну ничего себе! – недоверчиво качает головой мама. – Никогда бы не подумала. Это ведь не пустяковое дело, да и потратился, наверное. Он будет удерживать твою зарплату за это?

– Да, но не всю, только часть, – продолжаю я лгать. – Буду работать у него, пока не расплачусь.

– Ох, Алька… – начинает плакать мама. – Не повезло тебе с дурой-матерью, прости меня! Я снова села в лужу, жизнь меня ничему не учит!

– Ничего, ма, – успокаиваю ее. – Все наладится, вот увидишь. Ты только не ведись больше на всяких Вить, обещающих золотые горы. Деньги ведь не главное, главное, чтобы человек был хороший, порядочный.

Мама не возражает, продолжает плакать и сокрушаться, но я почему-то уверена, что никогда она не начнет довольствоваться малым, продолжая искать принца на дорогой тачке. Жизнь и правда ничему ее не учит, она продолжает делать одну ошибку за другой, и каждый раз я чувствую обиду на нее за это, но стоит увидеть ее несчастные глаза, как любовь затмевает все. Да, она безответственная, и больше похожа на моего ребенка, чем я на ее, но ведь она все равно моя мама и она меня любит ничуть не меньше, чем я ее. Главное, чтобы она была жива и здорова, а с остальным… Я как-нибудь разберусь, как всегда.

Глава 19

Хозяин приказал ждать в его постели, и наверняка, он хочет, чтобы я была голой, но мне не хватает смелости снять с себя все. После возвращения от мамы, я объясняю коллегам, что у нее все хорошо, и только после того, как все расходятся по своим комнатам на ночь, принимаю душ, сушу волосы и снова надев униформу, крадусь в спальню Тархана Артуровича. Его еще нет дома, он не приезжает раньше полуночи, так что я надеюсь, что и сегодня будет так же. Снимаю с себя все и аккуратно вешаю на стул, оставаясь в трусиках и лифчике, а потом скольжу под одеяло на кровати, которую заправляла этим утром, стараясь не думать, что на этой же самой кровати хозяин трахался со своей женой.

Меня потряхивает от нервозности и страха. Я жду, как заключенный свою казнь, не в силах отвлечься даже на телефон, который сердито бросаю на прикроватную тумбочку, и когда слышу, как открывается дверь в спальню, застываю, не дыша. Хозяин проходит в комнату, но даже не смотрит в сторону кровати, направляясь прямиком в ванную, словно не заметив меня. Когда он исчезает за дверью, легче не становится. Это недолгая отсрочка, он скоро выйдет. Слышится шум воды в душевой и я должна радоваться, что он решил искупаться перед сексом, но такое мне и в голову не приходило, потому что я могу думать лишь о том, сделает ли он мне больно и будет ли унижать.

Когда дверь снова открывается, хозяин выходит совершенно голый, даже без полотенца, и у меня дыхание застревает в горле, когда я вижу огромный, твердый член, торчащий из того места, которое лучше бы мне не разглядывать. Я крепко зажмуриваюсь, но мне и тех двух секунд хватило, чтобы увидеть, что именно меня ждет. Черт, ну почему он везде такой большой, разве это справедливо?! Я же ходить не смогу завтра, если вообще выберусь из этой передряги целой и без разрывов.

Так, не паниковать! Нельзя себя накручивать, это всего лишь мужчина, обычный мужчина. Если другие женщины с ним спали, то и я смогу.

– О чем ты так напряженно думаешь? – слышится смешок прямо у моего уха и я испуганно открываю глаза, удивляясь, как не заметила его приближения.

Хозяин сидит на краю кровати, упершись одной рукой рядом с моей головой и наклонившись очень близко к моему лицу, что только и виднеется из-под одеяла, в которое я укуталась по самую шею. Его дыхание касается моих губ, он наклоняется все ближе и ближе, словно собирается поцеловать, его борода уже щекочет мою кожу, но Тархан Артурович не целует меня, нет. Он замирает в миллиметре от моих губ и смотрит мне прямо в глаза, словно ждет чего-то, но, когда я продолжаю лежать неподвижно, с разочарованным вздохом отстраняется, садясь прямо и прекращая угрожающе нависать надо мной.

– К черту одеяло, покажи мне себя! – срывает с меня единственную защиту мужчина, откидывая его прямо на пол.

Я скукоживаюсь под его жадным взглядом, чувствуя себя голой, хотя белье прикрывает все, что нужно. Тархан Артурович не церемонится со мной. Накрывает ладонями грудь, стаскивая лифчик вниз, из-за чего она выскакивает наружу, прямо в его ладони, которые мнут нежную плоть безо всякой осторожности, но словно вспомнив о чем-то, он резко выпускает ее и переворачивает меня на живот. Со слезами ужаса на глазах, я цепляюсь за простыни, когда он грубо сдергивает с меня лифчик, а потом сдирает трусики. Крепко зажмурившись, жду насилия, но раздев меня, Тархан Артурович словно успокаивается. Его руки почти с нежностью оглаживают мою спину и ягодицы, спускаясь ниже, чтобы исследовать форму ног до самых ступней.

– Красивая, – следует комментарий, брошенный между делом.

Я дрожу, продолжая сжимать простыню в кулаках, но его крупные ладони накрывают мои и заставляют разжать пальцы. Хозяин снова переворачивает меня, нависая сверху, и жадно целует в губы. Я инстинктивно напрягаюсь, но огромным усилием