Мастер архивов. Том 3 - Тим Волков

— Ну что, крысы, добегались?

Знакомый гундосый голос.

Из-за кучи мусора вышла фигура. Коренастый бандит. На вид — лет сорок. Лицо узкое, вытянутое, с острыми скулами и глубоко посаженными глазами. Голова — до блеска лысая.

— Это…

— Ага, — кивнул Кирюха, побледнев. — Это — Череп…

Главарь ухмыльнулся. Потом достал огромный кривой нож из-за пояса и направился к нам.

— Прямо ко мне и пожаловали! Что, к Барону в гости ходили? Сейчас я вам организую встречу с ним! На том свете!

* * *

Череп приближался медленно, смакуя момент. Кажется, он уже не сомневался в исходе этой встречи. Нож в его руке поблескивал тусклым светом, отражая серо-зеленое небо магической зоны. За его спиной, в проходе между мусорными холмами, замаячили силуэты остальных бандитов — они не вмешивались, наблюдали, перекрывая пути к отступлению.

— Камешек у вас, — проговорил Череп, останавливаясь в трех метрах. — Чую. Барон его долго прятал, но от меня не спрячешь. Отдайте по-хорошему — может, умрете быстро.

Кирюха попятился, вжался спиной в мусорную стену.

— Слушай, Череп, давай договоримся… — начал он, но главарь лишь рассмеялся — сухо, безрадостно.

— Договориться? Со мной? Поздно, крыса. Я ваши рожи еще на входе запомнил. Вы к Барону шли. Значит, за моим товаром. А мое — это мое.

Он сделал еще шаг. Нож описал в воздухе замысловатую дугу.

— Последний раз предлагаю, — Череп остановился, поигрывая ножом. — Отдаете амулет — и я вас просто убиваю. Без мучений. Честно.

— Щедро, — процедил я сквозь зубы.

— Я добрый, — оскалился Череп. — Считаю до трех. Раз…

Я лихорадочно оглянулся в поисках хоть какого-то оружия. Пустая бутылка, ржавая арматура — все, что, было сейчас полезно против ножа и пятерых бандитов. Как назло ничего толкового не находил. Вокруг лишь пластмассовые бутылки, очистки, обертки.

— Два…

— Лекс, — прошептал Кирюха. — Отдай ему. Может удастся уговорить, чтобы отпусти нас, чем…

— Три.

Череп прыгнул.

Время будто замедлилось. Я видел, как лезвие летит к моему горлу, как поблескивает металл в тусклом свете, как в глазах бандита загорается предвкушение легкой победы.

И в этот момент внутри меня что-то отозвалось.

Та самая пустота. Тот самый голод, который пробуждался в самые страшные моменты — когда на меня нападали Серые Ловцы, когда я дрался с тварью из книги, когда поглощал магического крокодила в «Сигме». Он проснулся и теперь требовал выхода.

Я не думал. Тело сработало быстрее разума — я выставил руку вперед, даже не зная, что собираюсь делать.

Нож Черепа замер в воздухе. В сантиметре от моего горла.

Главарь дернулся, попытался дожать удар, но лезвие не двигалось. Оно будто наткнулось на невидимую стену.

— Что за… — выдохнул он, и в его глазах впервые мелькнуло что-то похожее на страх.

А потом я понял.

Магия. Мусорная. Та самая, что цвела тут буйно и хаотично. Будто пыль, она въелась глубоко в кожу бандита против его воли. Как нельзя остаться чистым, постоянно пребывая на свалке, так и нельзя отгородиться против этих эманаций. И теперь мой дар чувствовал это.

Пустота внутри меня потянулась к Черепу. Не к его телу — к той чужеродной энергии, что была внутри него.

Я шагнул вперед.

Череп попятился, впервые за весь разговор.

— Ты… ты кто такой? — прохрипел он, пытаясь вырвать нож из невидимого плена.

Я не ответил. Вместо этого я позволил дару вырваться наружу.

Череп закричал.

Не человеческим криком — каким-то звериным, полным боли и ужаса. Из ладони, сжимавшей нож, потянулись светящиеся нити.

«Ко мне! Вот так!»

Череп рухнул на колени. Нож выпал из ослабевших пальцев. Его лицо исказилось гримасой агонии.

— Не… надо… — прохрипел он, протягивая ко мне руку.

Я мог его убить — я чувствовал это. Просто взять и забрать его жизнь — дар был невероятно мощный. Но не стал делать этого.

Главарь захрипел, обмяк, глаза закатились. Он не умер — просто потерял сознание, лишенный той незримой подпитки, к которой привык за годы жизни на свалке.

Череп завалился на бок. Живой, но абсолютно беспомощный.

Бандиты, стоявшие в проходе, с ужасом смотрели на происходящее. Один из них попытался выстрелить, но пуля ушла сильно в сторону — руки тряслись. Да и стрелял он, кажется, только чтобы припугнуть нас.

Я опустил руку. Ладонь слегка покалывало, внутри все гудело, как трансформаторная будка после перегрузки. Дар насытился, но теперь требовал покоя, чтобы переварить поглощенное.

— Бежим, — выдохнул Кирюха, хватая меня за руку. — Бежим, пока они в себя не пришли!

Бандиты за спиной зашевелились, кто-то закричал, кто-то принялся палить в воздух, но мы уже летели по мусорному лабиринту, не разбирая дороги, перепрыгивая через кучи хлама, продираясь сквозь ржавое железо.

— Ты… ты это видел? — закричал Кирюха на бегу. — Ты его… вырубил! Черепа! Никто не мог, а ты…

— Потом! — рявкнул я. — Сначала выберемся!

Сзади уже стихали крики, терялись в пространственных аномалиях голоса погони. Впрочем, в нормальную погоню никто из местных и не желал ввязываться — картина с распростертым на земле вожаком еще красочно стоял перед глазами.

Мы пробежали метров триста, как Кирюха вдруг замедлился, а потом и вовсе замер. Он задрал голову к небу, принюхался, как собака, и лицо его вытянулось.

— Твою мать, — выдохнул он.

— Что? — я тоже посмотрел вверх, но ничего не увидел. Только серое, пасмурное небо над свалкой.

— Не думал что сегодня будет. Недавно же было!

— Ты о чем?

— Разве не чуешь?

— Что я должен…

Я не договорил. Почувствовал. Легкое покалывание на щеках, на руках, словно воздух наполнился статическим электричеством. Волосы на затылке зашевелились.

— Это что?

— Ничего хорошего. Бежим! — заорал Кирюха и рванул в сторону остова старой машины, торчащего из мусора метрах в двадцати.

Я за ним. Мы влетели внутрь, вжались в ржавый металл, и Кирюха успел прохрипеть:

— Магический шторм! Когда энергия прорывается! Сиди тихо и не высовывайся!

Громыхнуло, словно гроза. Потом еще раз.

— Какая еще энергия?

— Мусорная. Когда накопившейся в отходах энергии становиться слишком много, она прорывается наружу. Как метан, понимаешь? Вспышки, пространственные искажения, выбросы сырой магии. Прижми