Путь к свободе - Анна Одинцова

— Я пришла напомнить о долге.

Голос звучал непривычно — он казался звоном ручья, шелестом листьев, пением птиц. У людей не бывает таких голосов. Наверное, мы понимаем её лишь потому, что она хочет этого.

Девушка сделала несколько шагов навстречу. Там, где ступни касались травы, земля покрывалась цветочным ковром.

Я не удержалась и хмыкнула. При свете платье выглядит ещё интереснее: «ткань» обрисовывает изгибы фигуры и практически ничего не скрывает. Интересно, она специально вырядилась так?

В голове вертелись хороводом тысячи мыслей. Что связывает фарата с лесным духом? Старейшина рассказывал, что все духи могут менять облик, превращаясь в различных зверей или птиц. Духов леса он назвал дриадами — они недолюбливают людей, хотя почему-то охотнее остальных принимают человеческий облик.

Фарат молчал, прикусывая губу, и явно думал не о красавице перед собой. Бросил на меня беглый взгляд. Я молча плюхнулась на землю, подтянула колени к груди и ткнула в духа пальцем.

— Лучше бы тебе всё объяснить, Фрид, иначе ответы на свои вопросы я придумаю сама.

— Я объясню. Потом, — парень тяжело вздохнул, развел руками, — Сначала дела.

— Верное решение, — с улыбкой сказала девица, — В последнее время ты часто просил о помощи. Я подумала, что могу потребовать плату. Ты что-нибудь знаешь об эльфах?

— Люди истребили эльфов более трех веков назад, — сказал он и нахмурился, — Им не помогло даже бегство в подземные города. Маги спустились и туда, всех перебили, а входы засыпали.

— Неплохо, для понимания дела хватит. Итак, незадолго до своей гибели правящий дом эльфов обещал нам, духам леса, один артефакт, — дриада протянула ладонь и на ней возникла полупрозрачная иллюзия листа, украшенного переливчатыми камешками, — «Сиарвэйл» — с эльфийского на имперский дословно переводится как «живой лист». Отдать его эльфы не успели. Нам нужен этот артефакт. Ты спустишься под землю и принесешь «лист» мне.

Через связь я чувствовала эмоции Фрида — злость на себя, на дриаду, отчаяние, затем смирение.

Парень взъерошил волосы на затылке, резко выдохнул:

— Сколько у меня времени?

— На сборы? Меньше суток, — девушка улыбалась, явно довольная, что он согласился без угроз и уговоров, но поморщилась как от боли, — На юге горят леса. Маги, конечно, помогают, но они не смогут вырастить новые деревья.

Она подошла почти вплотную, потянулась и с легкой улыбкой провела кончиками пальцев по щеке фарата. Едва различимым шепотом сказала:

— Мне правда не хочется отправлять туда тебя. Но я должна. Речь идет о тысячах деревьев, о судьбах духов и людей…

Я протяжно зевнула. Долго они миловаться будут? Так все таверны закроются, и я не поем!

— Кхе-кхе, — я откашлялась, привлекая внимание, и спросила, — Фрид, можно с тобой поговорить? Без посторонних?

Мы отошли в сторону, к самой кромке поляны и я, не скрывая недовольства, поинтересовалась:

— И куда это ты собрался? Кто обещал идти со мной в Саит, а?

— Не могу отказаться, понимаешь? Я слишком часто просил о помощи и должен отплатить добром за добро.

— Помню я это «добро», — пробурчала я, — Не они загнали нас в ту деревню? Хороша помощь, ничего не скажешь.

— Может, подождешь меня в Бепасе? Недолго, пару недель. Я туда и обратно, честно!

Хотелось упереть руки в бока и продолжить ругаться, но увы, на ссоры уходит больше моих сил, чем на хорошую драку, поэтому я лишь отмахнулась, взяла его за руку и потянула за собой.

— Пойдем, обсудим детали вашего сверхважного дела.

Он с недоумением посмотрел в мои глаза, словно пытаясь понять шучу я сейчас или нет.

— Я пойду один, — сказал фарат, однако уверенности в этих словах не было.

— Ага, конечно. Вместе пойдем, так быстрее и проще. Что я, по-твоему, буду делать в малознакомом городе, да ещё и без денег? Даже если с деньгами, всё равно — я от скуки сдохну!

— Нет, — он мотнул головой, — Опасно. Моей магии мало для защиты нас обоих.

— Да. Это и мой долг. Спасались-то вместе. Так что я иду тоже.

— Вообще мне без разницы сколько вас будет, — лениво протянула дриада, — И да, Фрид, принцесса права — вам вдвоем будет безопаснее. Поверь, я знаю о чем говорю.

Как она меня назвала? Принцессой?

Я нахмурилась. Когда я успела стать такой известной? Меня теперь что, каждое дерево узнавать будет?

Зажатый с двух сторон фарат перестал спорить и послушно пошел за мной, бормоча под нос что-то о человеческой глупости и нечеловеческом упрямстве.

Девушка мило улыбнулась ему, словно пытаясь приободрить, окинула изучающим взглядом меня. В глазах мелькнуло торжество. И без слов понятно — на роль достойной соперницы я не тянула.

— Так как нам добраться туда?

— Я дам карту, по ней найдете ближайший вход, — дриада извлекла из воздуха небольшой пожелтевший рулон и отдала его Фриду.

Парень тут же развернул карту и взялся за её изучение. Спустя минуту растерянно произнес:

— Первые врата от нас в семи километрах, вторые в десяти. Пешком долго, зря время потеряем.

— Да, силы вам пригодятся… Хорошо, как будете готовы, я создам короткую тропу, дойдете до первых врат за несколько минут. И вот ещё, — дриада перебросила мне туго набитый кошель, — Не знаю, насколько вы там застрянете, поэтому купите необходимые вещи.

Я потянула завязки. Мы с фаратом тупо уставились на новенькие серебряные монеты.

Боги, здесь же сотня как минимум!

Дриада подмигнула нам.

— У духов должны быть свои секреты, ведь так?

Походу в «секретах» у духов значится минимум собственный банк. И солидный счет в нем.

— Но это…

— А ну не спорить! Артефакт, который, я надеюсь, вы принесете, бесценен, — дриада помрачнела, накрутила на палец длинную прядь, — Мы отправляли и людей, и нелюдей. В городах опасно. В коридорах полно ловушек, к тому же подземные воды сильно размыли землю, часть залов затопило, часть завалило камнями. И это я не считаю монстров…

— Кого-кого? — переспросила я.

Верить в подобное казалось абсурдом. Века там никого нет, чем они живут, монстры эти? В самом деле, не друг другом же питаются?

— Монстров, — она поежилась, — Впрочем, сама увидишь. Идите. Постарайтесь управиться с покупками до заката.

Дриада отступила в тень и исчезла, словно растворившись в зелени листьев.

Мы переглянулись.

Фрид смотрел мне в глаза. Связь передавала эмоции, однако, увы, не всегда расшифровывала их.

— Будет сложно.

Я ответила спокойно и уверенно:

— Знаю. И потому иду с тобой.

Он усмехнулся, покачал головой. Опустил взгляд на наши сцепленные руки. С минуту помолчал, затем встряхнулся: