Киберворы - Натали Р.

— Алиса заблокировала сигналы от рецепторов, — объяснил брат. — Ни к чему мучиться, если можно этого избежать.

— Она что, киборг? — Карина округлила глаза. — А почему не присылает запрос на связь?

Алик грустно усмехнулся.

— Видишь ли, Алиса не любит общения. Но если ты пошлёшь ей свой пакет данных, она, возможно, ответит. А может, и не захочет.

Ответ всё же пришёл — с большой задержкой, когда Алик ушёл, а Кошка с медичкой сели пить кофе на кухне и кормить маленького Котю. Карина уже думала, что Алиса не пожелала отвечать. А самой Кэре захотелось бы отвечать чужой настырной девчонке, будь она на её месте? Ой-ёй! Кэра вспомнила, как огрызнулась на беспокойство Алика: «Да что со мной может случиться? Я киборг!» Вот такое может случиться, любуйся. Даже с DEXом. Каково жить на свете совершенной машине убийства, превращённой в беспомощную калеку? Кэра всхлипнула.

— Ты почему плачешь? — удивлённо спросила Алиса, которая до сих пор отмалчивалась, игнорируя прямые вопросы. — Разве тебе плохо? У тебя все системы в норме.

Кэра шмыгнула носом.

— Мне плохо, потому что тебя жалко. — И отщипнула ей ещё один квадратик шоколада. — Это с тобой киберворы сделали?

Алиса снова замолчала надолго. Но в конце концов ответила:

— Нет. Только пробили голову и сломали руку.

«Только»! Кэра передёрнулась.

— Остальное — не они. Но тоже люди. Другие. — По белой щеке снова поползла слеза, и Алиса прошептала: — Я боюсь людей. Особенно XY. Все они — жестокие и коварные твари.

Брови Кэры изумлённо поползли вверх:

— А Алик? Он же человек.

Мокрые серые глаза посмотрели на неё с недоумением.

— Ты его сестра, и так плохо его знаешь? Алик спас меня… не в первый раз уже. Он заботится обо мне. Нет, он — не из этих. Просто у него процессора нет.

Алик приходил ещё раз, вечером, когда легли сумерки — привёз Алисины протезы и помог их подсоединить. Она закуталась в пожертвованный Кошкой халат и намотала на голову полотенце, полностью скрыв волосы, к сожалению Кэры, втихую любовавшейся длиннющей серебристой косой — вот бы такую отрастить! Сходила в ванную, выпила кофе на кухне, и Алик снова велел ложиться: мол, во сне регенерация идёт лучше. Сунул ей под бок рысика, чтобы спокойнее спалось. Алиса осторожно прижала к себе зверька протезом, устраиваясь под одеялом, и пробормотала, засыпая:

— Алик, а твоя сестра говорила, будто ты человек. Вот глупая!

Алик постоял, поправил одеяло и опять ушёл.

— Куда он снова? — Карина, оставив ещё одну шоколадку на столике рядом с Алисой, перебралась в комнату к Кошке, переодевающей ребёнка ко сну. — Он же всю прошлую ночь не спал!

— И позапрошлую, — промурлыкала Кошка, склонившись над Котей. — И эту не будет. Работа такая.

— Ты за него совсем не волнуешься?

— Волнуюсь, конечно. Но я в него верю.

— Ты представляешь, эта Алиса верит, что он киборг! — посетовала Карина.

— Мне порой тоже так кажется.

Кэра опустила сонного Котеньку в гравилюльку, и та плавно закачалась. Малыш закрыл глазки, сладко засопел. Карина погладила его по коротким чёрным волосикам.

— Почему вы зовёте его Котей?

— А как? — улыбнулась Кошка. — Не Гладиолусом же.

— Глад, — попробовала на язык Кэра. — Гладик. — И ещё раз погладила.

Кошка тихонько фыркнула.

— Нам тоже спать пора. — За окном стремительно темнело. — Ложись-ка в комнате, где Алиса. Вдруг ей что-то понадобится? А я с Котей… с Гладиком. — Она засмеялась.

За окном скрипнула калитка, по ступеням крыльца простучали шаги, и негромко клацнул дверной замок: умный дом узнал пришедшего.

— Алик! — Кошка плавно поднялась и шагнула в коридор. — Наверное, забыл что-то.

Это был не Алик. Порог уверенно переступила высокая гибкая женщина в чёрном комбинезоне, очень на него похожая, только ярко-рыжие волосы зачёсаны назад и стянуты в короткий, будто купированный хвостик. И глаза в полумраке коридора светятся красным.

— Ты кто? — спросила Кошка растерянно.

— Родня. — Гостья щёлкнула выключателем, погасила подсветку глаз и рассмеялась, показав маленькие острые клычки.

3. Лиса. Шапочка

Кормосмесь действовала не хуже кофе — с той только разницей, что кофе куда более вкусный, но эффект от него не такой длительный. Утром, перетаскав раненых драконов за город, прямо как встарь, Алик всё ещё чувствовал себя бодрым и не голодным. Однако мышцы к интенсивной работе несколько суток подряд оказались не готовы и дико болели. Из-за этого хотелось поскорее домой и лечь, но Алик понимал: если не снять напряжение, встать он потом сможет не скоро и передвигаться будет с трудом и скрипом, как старый дед. А завтра — смена, он же обещал майору отработать вместо выходного. И по дороге к дому Алик завернул в массажный салон.

И столкнулся с выходящим от массажиста довольным Танком.

— А-а, DEX, и ты тут, — протянул он расслабленно. — Давно пора.

Удивил так удивил.

— Танк, зачем тебе массаж? — Алик поднял бровь. — У вас ведь тонус мышц регулируется имплантами.

Танк фыркнул.

— А зачем тебе секс? — Алик чуть не подавился. — Ты ведь не собираешься стать многодетным отцом.

— Так того… Приятно же, не?

— Вот и с массажем так, — назидательно произнёс майор. — Приятно. А ты, стало быть, мышцы перегрузил?

— Что, незаметно? — буркнул Алик.

— Человек, — проговорил Танк. Не издевательски, как у него бывает, а сочувственно. — Иди уж, разминайся. И это, спасибо. Без тебя было бы ещё сложнее.

Редкие «спасибо» грубоватого вояки Алик ценил. Наехать, обругать, поддеть язвительно — у Танка считается за нормальную манеру общения. А благодарить и извиняться — это не его.

— Как там Алиса? — спросил он.

Алик попытался пожать плечами, но плечи не хотели двигаться и болели. Тогда он просто сказал:

— Не знаю, я же с вами был.

Танк с Алисой не пересекались совсем никак. Знали о существовании друг друга, вот и всё. Да и то, Танк про Алису знал, а она про него — не факт, слишком уж замкнута она в своём странном мирке и мало кого туда пускает. Сухой циничный майор точно не был тем, кому она доверилась бы, хоть он и не человек. Но Танк совсем недавно потерял друга, и Алик знал, как больно ему было бы, случись