Энцо Феррари. Биография - Брок Йейтс

с Августом Дюзенбергом, уже не имевшим на тот момент отношения к семейной фирме. Он был младшим братом блестящего Фреда Дюзенберга, который в прошлом августе погиб за рулем одного из собственных великолепных родстеров, спускаясь с горы Лигоньер неподалеку от Джонстауна, штат Пенсильвания. В машину Тросси, оснащенную кузовом monoposto, был установлен мотор с одинарным верхним распределительным валом, базовой основой которого была силовая установка, стоявшая в ранней (1920–1927 гг.) легковой модели «Duesenberg», «Model A». Эта затея успехом не увенчалась, так как машина поучаствовала лишь в одной гонке, но позже в том сезоне она сыграет роль в трагедии, которая потрясет всю Италию.

Марио Тадини, становившийся своего рода специалистом по таким второразрядным соревнованиям, выиграл в начале сезона подъем в горы в Ла-Тюрби на Французской Ривьере, но первым серьезным выходом Scuderia стала, как обычно, Mille Miglia. Нуволари и его верный оруженосец Децимо Компаньони одержали легкую победу после того, как у Бордзаккини, управлявшего «сестринской» «8C-2300», случилась поломка мотора. Команда также выиграла заезды в 2 и 1,5-литровых классах.

Но пределы возможностей устаревавших «Alfa 8C» были видны невооруженным глазом. Две недели спустя Ferrari выставила четыре машины на престижный Гран-при Монако, восхитительную гонку, которая и по сей день проводится по извилистым улицам княжеского города, словно сошедшего со страниц яркой книжки с картинками. Варци прибыл туда с безупречно подготовленной «Bugatti Type 51», в то время как его мучитель Нуволари вел за собой «Scuderia» на своей 2,6-литровой, чрезмерно перетруженной «8C Monza». Дуэль между двумя гениями под палящими лучами средиземноморского солнца растянулась на 99 кругов и более чем на три часа времени. Лидерство переходило из рук в руки бесчисленное количество раз, и на последний круг Нуволари вышел, отставая от Варци на один корпус. Но меньше чем за полтора километра до клетчатого флага старая «Alfa», наконец, сломалась, и Варци одержал победу. Бордзаккини частично спас репутацию Scuderia, финишировав вторым, но сигнал был очевиден. Пока «P3» и дальше будут без дела стоять в гаражах Портелло, даже великий Нуволари не сможет сдержать натиск более современных, более мощных «Bugatti» и «Maserati» на предстоящих этапах Гран-при.

После тройного подиума Scuderia в Алессандрии — Нуволари, Тросси и Бривио заняли там 1–3-е места, не встретив особого сопротивления со стороны соперников — команда отправилась на другой берег моря, которое в те времена итальянцы весьма претенциозно именовали «Mare Nostrum» (Наше море). На великолепной, недавно перестроенной трассе Меллаха неподалеку от Триполи, в протекторате Ливии, была запланирована крупная гонка. Эта фантастическая дорожная трасса длиной в 13,1 км, окружавшая жаркий пустынный оазис Таджура, что в нескольких километрах от средиземноморского побережья, вскоре обретет репутацию самого быстрого естественного трека в мире. Скорость, приближавшаяся к цифре 322 километра в час, была обычным делом на прямых участках трассы.

Но в 1933 году высокие скорости едва ли были главной новостью из Триполи. То, что там произошло, можно считать одним из самых безумных эпизодов в истории международного автоспорта и этюдом высокой комедии, который до сих пор часто замалчивается в официальных исторических книгах. Джованни Канестрини был в то время редактором «Gazzetta dello Sport» и имел репутацию самого знаменитого автоспортивного журналиста страны. Именно он придумал схему общенациональной лотереи — «Лотерею Миллионов», как ее называли — выстроенную вокруг предстоящего на новой трассе Гран-при Триполи. Идею тепло принял Итало Бальбо, новый губернатор колонии и человек, ответственный за возведение трека «Меллаха» с его гигантской главной трибуной, укрытой консольной крышей, его ухоженными садами и акрами благоустроенной территории с тесаными камнями. Итало Бальбо был, пожалуй, самой харизматичной личностью в когорте соратников Муссолини. Бывший в Первую мировую войну авиатором, он участвовал в организации Марша на Рим и получил от дуче награду в виде назначения на пост маршала авиации в бурно развивавшихся итальянских военно-воздушных силах. К началу 1930-х годов правительство ежегодно снабжало ведомство Бальбо более чем 1250 современными истребителями и бомбардировщиками. В июле 1933 года он во главе эскадрильи из двадцати четырех гидросамолетов пересек Атлантический океан, прибыв в Чикаго на Всемирную выставку, и стяжал себе статус героя нации. Но Муссолини, неразумно опасавшийся людей, способных бросить вызов его лидерскому положению, быстро сослал Бальбо в ливийскую колонию губернатором, что вызвало раздражение у бывшего маршала авиации, проворчавшего: «Как только он замечает, что на нас светит слишком много света, он тут же его выключает». Бальбо был в первых рядах энтузиастов автоспорта, что и побудило его возвести неподалеку от Триполи гоночную трассу «Меллаха». Всегда трезво оценивавший положение Италии на политической карте мира, он отлично понимал, что его страна — лишенная природных ресурсов и мощной индустриальной базы — не сможет участвовать в большой войне. Энцо Феррари вспоминал, как однажды спросил у Бальбо, собирается ли Италия идти войной на Великие державы. «А чем будем воевать, арахисом?» — отвечал ему тот.

У Канестрини и его идеи с лотереей был другой горячий сторонник в лице Аугусто Турати, секретаря фашистской партии и еще одного поклонника автоспорта. Его план был прост: по всей стране будут продаваться билеты ценой 12 лир, а на саму гонку в Триполи попадут тридцать финалистов лотереи. Там у каждого из них будет билет с именем одного из участвующих гонщиков, и держатель билета с именем пилота-победителя гонки гарантированно получит приз примерно в 500 тысяч долларов. Но Канестрини ненавидел игры с такими неравными шансами на успех. Утверждается, что он связался с держателем билета с именем Акилле Варци — продавцом лесоматериалов по имени Энрико Ривио — и предложил ему план. (Другие утверждают, что это Ривио вышел на связь с Канестрини, но это неважно, результат был одинаков.) Если Варци будет гарантирована победа, они вместе с Ривио оставят половину суммы себе, а остальные деньги распределят между несколькими заинтересованными участниками гонки — конкретно речь шла о Варци, Канестрини и всех претендентах на победу, в числе которых были Нуволари, Бордзаккини, Джузеппе Кампари (выступавший в составе Maserati) и Луи Широн, пилот-ас из Монте-Карло.

Сделка устроилась. «Договорняк» должен был сработать идеально. В начале гонки будет имитация борьбы, а потом Варци вырвется на своей «Bugatti» в лидеры и понесется к большому денежному кушу. Предположительно Варци выбрали по двум причинам. Первая: его «Type 51» была мощной машиной, имевшей все шансы на победу, с «договорняком» или без него. Вторая: победа французской машины должна была помочь организаторам схемы избежать подозрений со стороны Бальбо, который ничего не знал об их договоренности.

НУЖНО ПОЛАГАТЬ, ЧТО ЭНЦО ФЕРРАРИ БЫЛ В ЧИСЛЕ УЧАСТНИКОВ ЗАГОВОРА ИЛИ, ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, БЫЛ ПОСВЯЩЕН В НЕГО — УЧИТЫВАЯ ТОТ ФАКТ, ЧТО В НЕМ УЧАСТВОВАЛИ ВСЕ ЕГО ГОНЩИКИ, — НО НИКАКИХ ФАКТИЧЕСКИХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ЭТОГО НЕТ.

Зато известно, что один