Великие Дома Империи - Ян Анатольевич Бадевский

Так или иначе, домоморф генерировал некие поля, удерживающие эту ересь от распада. И собирал из протоматерии буквально всё, что нас окружало. Минус в том, что предметы, созданные Бродягой, распадались за его пределами. То есть, за стенами нашего жилища. А ещё, насколько я понял, Бродяга имел ограниченный запас этой ценной субстанции.

Честно говоря, «протоматерия» — даже близко не энергия.

Если верить названию.

Но сейчас важнее другое.

— И что придётся подвинуть? — осторожно уточнил я.

— Холл, — не раздумывая, начал резать по живому Бродяга. — Часть кухни. А вообще, рекомендую полностью убрать обеденный зал.

— У нас есть обеденный зал? — я удивлённо воззрился на морфистку.

— Ээээ… — девушка смущённо прикусила губу. — Федя предложил, я согласилась.

— Чем плохая идея? — вскинулся толстяк.

— Мы подумали, — торопливо заговорила Джан, — что надо соответствовать. У нас тут как бы аристократическая усадьба. Фамильный особняк и всё такое. Уважающий себя Род должен иметь обеденный зал для приёма гостей и торжественных званых обедов.

— Всё, как у людей, — важно добавил Федя.

— Так, я ничего не имею против банкетов и обеденного зала, — поспешил я успокоить своих соседей, — но сейчас мы столкнулись с проблемой. Надо впихнуть невпихуемое. То есть, выкроить место под парочку мехов.

— Эх, — лицо Феди стало грустным. — А я знаете что скажу? Обеденный зал — сердце усадьбы.

— Хорошо сказал, — одобрила девушка.

Я закатил глаза.

И отдал непопулярный приказ:

— Бродяга, убирай нафиг столовую.

* * *

Я, разумеется, не забыл про своё обещание записать Федю в школу Макаренко. Вот только с администрацией школы договориться получилось не сразу. Проблема в том, что с клановыми аристо там не работали. Для детей из благородных фамилий Дома Эфы предназначена гимназия — это первое, что я услышал. И дело не в каких-то предубеждениях. Просто ни один клан не потерпит попытки «перехватывать» у него одарённых детей.

Мне пришлось долго объяснять, что Федя не аристократ, а обычный паренёк с жетоном самостоятельности. Который мы, к слову, оформили. Вот только оружейник формально работал на меня, а я состоял в клане. Пришлось запрашивать разрешение в администрации Эфы по официальному каналу. Ирония судьбы заключалась в том, что согласованием занимался чиновник, которого прислали в гимназию в день моего перевода на заочное обучение. И этого мужика я реально достал. Точку в споре поставил звонок герцогини Вороновой.

С первого сентября Федя основательно отстал от школьной программы. А это означало, что ему придётся в сжатые сроки освоить целые разделы базовых предметов и написать контрольные срезы, по итогам которых он будет допущен к обучению.

И тогда я расстегнул кошелёк.

Рассчитался за второе полугодие и оплатил интенсивные четырёхнедельные курсы с толпой репетиторов из числа местных учителей. Эта команда должна была подготовить моего оружейника к срезам. В итоге образовательные шестерёнки завертелись, и Фёдор был вынужден прервать затянувшиеся каникулы.

Из нашего посёлка в школу курсировал автобус.

Что интересно, кроме Феди забирали всего двух учеников. Худенького парнишку в здоровенных очках и девочку-южанку, которая не могла устоять на месте. Пока мы ждали автобус на остановке, Федя хмуро смотрел вдаль и жевал украденный из холодильника бутерброд. На противоположном краю платформы переминался с ноги на ногу очкастый паренёк. В этот момент нас и накрыло ураганом.

— О, привет! — прямо из воздуха материализовалась смуглая худышка лет семи. Визуально — втрое меньше Феди. — Я тебя раньше не видела! И вас тоже! Гамарджоба!

Я едва успел кивнуть в ответ.

— Твой портфель? Ухтышка! Это Капитан Москва, правда ведь? Ничего себе! А ты новенький, да? В нашей школе будешь учиться?

Федя открыл рот, чтобы вставить хоть слово, но девочку было не остановить.

— А вы недавно поселились в долине? Говорят, у вас домоморф…

— Кто говорит? — ввернул я.

— Да все говорят! — отмахнулась девочка. — Папа и мама, тётя Саломе, и наши соседи, Рокоссовские… Да все-все-все, я вам точно говорю! Я Мгелика, а тебя как зовут!

— Федя, — буркнул оружейник.

— Привет, Мгелика! — раздался голос очкастого паренька.

— О, Вася, давай к нам! — девочка заметила свежего персонажа этого спектакля. — У нас новенький, представляешь?

— Я… — открыл рот Фёдор.

К нам подтянулся Вася.

— А фамилия твоя как? — прищурилась девочка. — Я из Кахиани, у меня папа финансист!

— Здорово, — успел выдавить обычно говорливый Фёдор.

— Храмцов, — вставил я. — Его фамилия — Храмцов.

— А, понятно! — обрадовалась девочка. — Тоже неблагородный, да? Все благородные в клановой гимназии учатся! Там одни драчуны, я их не люблю!

Федя покосился на меня с ехидной усмешкой.

— А Вася у нас будущий хиропрактик, — добавила Мгелика. — Антипов. У него крутые предки, они частную клинику открыли, но они не клановые. Правда, Вася?

— Правда, — смущённо ответил очкарик.

— А я уже прыгать умею! — похвасталась Мгелика. — Видел, как телепортнулась? Два месяца назад получила первый ранг!

На последних словах Вася погрустнел.

Значит, «нулёвочка».

— Я оружейник, — признался Федя.

— Ухтышечка! — восхитилась Мгелика. Похоже, это её любимое слово. — Вытаскиваешь всякие штуки из воздуха, да? Ножи и мечи? А разве можно так? Ну, без лицензии…

— Он в клане, — я не стал скрывать очевидных вещей. — В моём Роду.

Девочка открыла рот, чтобы засыпать нас очередными вопросами, но в этот момент к остановке подъехал автобус. Я с облегчением спровадил надоедливых мальцов и, улыбаясь, зашагал в сторону усадьбы. Похоже, Федя не пропадёт. Не успел порог школы переступить, а уже обзавёлся друзьями. Мне, кстати, ребята понравились.

Посмотрев на часы, а по совместительству мыслекарту, я понял, что день только начинается, а работы по горло. Я уже договорился с охранниками на КПП, чтобы выдали пропуска строителям из утверждённого списка. Правила безопасности настолько ужесточились в последнее время, что каждого кандидата нужно было согласовывать чуть ли не с Барским. Процесс занял два дня, но сегодня представители Плотниковых въедут на территорию Красной Поляны без приключений.

Сейчас без пяти девять.

Я хорошо выспался, побегал по промороженному насквозь берегу озера, поупражнялся со своими стальными друзьями, помедитировал, принял душ и сытно позавтракал. Хорошо бы заняться изучением местности,