По военным дорогам отца - Василий Васильевич Блюхер

а при необходимости проделывать и новые для идущей следом пехоты. Вторая волна - решающая. Ее задача, не ввязываясь в затяжные бои, прорвать оборону противника на всю глубину вала. Ликвидация очагов сопротивления - за третьей волной. Четвертая идет дальше, взламывая Юшуньские позиции врангелевцев. И, наконец, пятая волна. Она должна быть максимально насыщена кавалерией. Ей подвижными частями и группами добивать недобитых, выходить в чистое поле Крыма.

«Накануне празднования третьей годовщины Великой пролетарской революции, - вспоминал отец в статье «Победа храбрых», - мы были готовы к штурму. К полю сражения подтягивались 15-я и 52-я дивизии. Вместе с 153-й бригадой и отдельной кавалерийской бригадой Перекопской группы они намечались для нанесения удара через Сиваш на Литовский полуостров… 152-я бригада и Огневая ударная готовились для лобовой атаки Турецкого вала.

М. В. Фрунзе приехал в штаб 51-й дивизии, расположенной в Чаплинке…

В ночь на 8 ноября, когда страна праздновала третью годовщину Октября, 15-я, 52-я дивизии и 153-я и Отдельная бригады 51-й дивизии в пронизывающем морозе, утопая в болотах Сиваша, расстреливаемые артиллерийским и пулеметным огнем, таща на себе пулеметы и орудия, двинулись в атаку на Литовский полуостров» {83}.

В боевых порядках тех, кто шел через Гнилое море, был и помвоенкома 459-го стрелкового полка Константин Телегин. В его дневнике политработника появились такие записи:

«8 ноября.

…Лам приказано двигаться уступом за правым флангом 458-го полка, т. е. непосредственно в тыл Перекопскому валу.

Полк тронулся. Впереди шел проводник. Крутой спуск [108] с берега - и вот мы на мягком, липком, местами еще покрытом водой дне Сиваша. Туман не позволяет разглядеть путь впереди. Каждый ступает осторожно.

…Часам к 11 утра небольшая горсточка храбрецов 458-го полка добралась наконец до Литовского полуострова, а на их место мы ввели 9-ю роту своего третьего батальона. Снова начали медленно продвигаться вперед, большей частью ползком. В резерве остались две роты и саперная команда. Сзади маячила на лошадях Отдельная кавбригада. Настойчиво влезали мы в подковообразную выемку, которую делает Сиваш у Перекопского вала.

…Две батареи нашей кавбригады открыли огонь. 2-й Дроздовский полк не выдержал и побежал. Около 300 солдат, 4 офицера, 12 тачанок с пулеметами были нашими первыми трофеями.

…Выйдя на берег, заняли окопы противника, выставили сторожевое охранение и получили возможность хоть немного окопаться и отдохнуть. Подсчитали силы. Из 500 наступавших бойцов (без второго батальона) осталось около 120 человек. Спасением было то, что снаряды уходили глубоко в илистое дно Сиваша и, взрываясь там, вылетали вверх узкой трубой, не причиняя того урона, какой они обычно наносят своими осколками на твердом грунте» {84}.

Совместные действия двух бригад 51-й, 15-й и 52-й стрелковых дивизий достигли цели. Врангелевцы потеряли Литовский полуостров, над их частями, занимавшими укрепления Турецкого вала, нависла угроза окружения. Однако удары по правому флангу и тылам противника не совпали по времени с лобовым, фронтальным штурмом.

Под Турецким валом на артиллерийских позициях царило молчание. Густой туман покрыл Турецкий вал. Напряжение нарастало. С Литовского полуострова неслись непрерывные запросы: «В чем дело?»

Лишь к 10.00 густая пелена тумана медленно рассеялась, и заговорили все орудия непосредственной поддержки атаки. Легкие батареи на валу были подавлены, но тяжелая и крепостная артиллерия Юшуньских позиций ощутимых потерь не понесла. Открыв ответный огонь, она превратила семикилометровое пространство перед валом в сплошное море воронок. [109]

Первая штурмовая волна смогла подняться только в полдень. Подрывники и резчики пробили достаточно проходов, но и сами при этом почти все полегли. Полки второй волны получили в поддержку пятнадцать бронемашин. Военный инженер фронта Д. М. Карбышев и начальник дивизионных бронесил И. В. Янковский предложили использовать эту технику прежде всего в инженерных целях. Каждый броневик был оснащен специально изготовленными четырехрожковыми металлическими крючьями. Пехотинцы забрасывали цепкие кошки в гущу проволочных заграждений, затем броневики давали задний ход и волокли за собой колья с колючкой. Однако и при таком нововведении штурмовые роты и батальоны 152-й, ударной бригад и 453-го полка дальше первой полосы заграждений пробиться не смогли.

С наступлением темноты атаки возобновились. Еще три часа тяжелейших боев. И снова сбой. Завязли в сорока шагах от главных укреплений врага.

В полночь командующего Перекопской группы вызвал к телеграфному аппарату Михаил Васильевич Фрунзе и передал: «Сиваш заливает водой. Наши части на Литовском полуострове могут быть отрезаны. Захватите вал во что бы то ни стало» {85}.

Блюхер вновь бросает изнуренные части на штурм. В первых цепях шли коммунисты. Они несли развернутые боевые знамена полков. Среди атакующих развевалось и знамя Московского Совета с надписью: «Уничтожь Врангеля!» Падали сраженные пулями, осколками бойцы и командиры. Под ураганным огнем врага, ослепляемые прожекторами, атакующие неустрашимо штурмовали вал. Срывались на обледенелом скате, скользили вниз, поднимались и вновь бросались вперед.

В 3.00 9 ноября 455-й и 456-й полки почти одновременно вышли на вал. Через их боевые порядки тут же проследовали полки пятой штурмовой волны - 453-й и 454-й и, не задерживаясь, устремились на юг, к Юшуньским позициям. Их атака слилась с ударами частей Литовского полуострова.

«На рассвете 9 ноября, - вспоминал отец, - штаб переходит в Армянский Базар… Измученные штурмом, понесшие потери, части 51-й дивизии без пищи и воды, с ограниченным запасом снарядов, шли для прорыва 3-й [110] и 4-й линий Юшуньских позиций, оплетенных густыми сетями из колючей проволоки. На каждый километр самой узкой части фронта там приходилось до 40 орудий разных калибров и около сотни пулеметов.

На море крейсировал флот белых; огнем тяжелых орудий он засыпал все пространство, включительно до Армянска. Остановившись на хуторе Булгакове, мы наблюдали грандиозную панораму еще не виданного по масштабу боя. Грохот артиллерийской канонады, свист и шипение снарядов в воздухе были так велики, словно мы наткнулись на стену из жерл орудий и дул пулеметов,

У нас было в два-три раза меньше орудий, чем у врангелевцев, но артиллеристы не смущались подавляющим превосходством белой артиллерии. Они храбро тащили орудия в передовых частях и прямой наводкой разбивали бетонированные пулеметные гнезда…

В ночь на 11 ноября 151-я бригада захватывает почтовую станцию Юшунь. Все резервы 51-й дивизии бросили к Юшуни, и войска Перекопской группы твердо стали на Крымский полуостров…» {86}

…В книге «Пятьдесят первая Перекопская дивизия», изданной в 1925 году, в главе под названием «Ленин и Перекоп» говорится: «Владимир Ильич Ленин придавал чрезвычайно важное значение захвату Перекопа и разгрому Врангеля. У него в кабинете была карта с нанесенными