Вакагасира. Том 2 - Олег Николаевич Борисов

— Одну минуту, господин. Форму надену.

Вот так на пару и прогулялись. Не ставя дурацкие рекорды, просто кружок через несколько кварталов сделали, затем к себе вернулись, за катанами в комнаты сходили. И начали заниматься на заднем дворе — каждый своим комплексом. Через час в душ — и завтракать. Когда к половине девятого вниз сползла заспанная Тошико Ямада, у нас на плите уже тихо шкворчало и соблазнительно пахло. Набивший брюхо Бата нагло разгуливал по барной стойке, за что ему в другое время попало бы на орехи от Макото. Невообразимо важный Нобору Окамото восседал на стульчике и читал спортивный журнал. Местные водители поголовно фанаты спорта.

— Вы чего? Спят еще все, — удивилась девушка.

— Кто всем мешает? Пусть спят. Гости разъехались, не стали с ночевой оставаться. Половина банды тоже разбежалась. Остались самые стойкие… Чай будешь? И варенье вон, в вазочке стоит.

К девяти потихоньку вдоль стойки сгреблись все, кто в клубе ночевал. Макото неодобрительно покосился на рыжую мохнатую жопу, которая предусмотрительно перебралась подальше, но не стал возмущаться. Вместо этого навалил себе две миски: в одну яичницу с обжаренной колбасой, в другую салат из морепродуктов. Умяв все это, накапал безразмерную бадью кофе и поинтересовался:

— Кто сегодня с волонтерами?

— По домам престарелых Жина-сан, ей помогает Изаму-сан и парни из борекудан. Там на листочке написано, кто будет. Девочки-контролеры к десяти подойдут. К пожарникам Чихару-сан хотела заехать, у нее там кто-то из знакомых нашелся, хотят что-то попутно обсудить. На завтра я буду за старшую, у нас прогулка в парке, — ответила Тошико Ямада.

Поднимаю руку:

— На воскресенье мне Жину-сан оставь. Будем насчет фестиваля хвосты подбивать. Вроде все, что нужно согласовали, теперь перепроверить на сто раз, на неделе скататься на стадион, вживую посмотреть. И начнем закупать все необходимое. Шарики, ленты, чтобы участки разгораживать, палочки металлические. Потом бумажки из префектуры получить, по соседям еще раз созвониться, чтобы свое не замылили. Короче — будем играть в бухгалтеров.

— Могу я посидеть.

— Лучше ты в парк съезди, выглядишь, как привидение. Отдохни хоть чуть-чуть. И не съем я твою протеже, нормально мы с ней ладим…

Достав телефон, Изаму Исикава прочитал сообщение и посмотрел в мою сторону:

— Тэкеши-сан, нужный человек через десять минут будет.

— Отлично, на диване тогда посидим, еще чай погоняем. Я хоть остатки музыки из головы вытряхну. А то сплошной бум-бум где-то засел и бултыхается.

Утащив из-под носа Чихару последний кусочек торта, “Малыш” Эндо спросил:

— А чего с нами к бабушкам не едешь? Вроде авралов пока нет.

— Это у тебя почти нет, не считая того, что еще двадцать мотороллеров обещал за сегодня до ума довести. У меня же важное дело, я буду галстук выгуливать.

— Как это? — не понял дежурный клоун босодзоку.

— Это когда ты надеваешь новый, еще даже не распечатанный из целлофана галстук и топаешь на улицу. Здравствуй сосед, позволь представить тебе галстук. Галстук, познакомься с соседом…

Оставив балабола в задумчивости, беру кружку с горячим чаем и топаю поближе к игровым приставкам. На тех диванах я еще не сидел. Конечно — они одинаковые, но хочется на каждом отметиться. Совладелец я клуба или кто?

***

Приятель Изаму Исикава походил на него как брат. Такой же молчаливый, спокойный, уверенный в себе. Только возрастом постарше, где под двадцать восемь.

— Кеничи Такаки. Бывший гонщик клуба Хатори.

— Почему бывший, если не секрет?

— Женился, дочь родилась. Не мог столько времени спорту уделять.

— А по основной профессии кто?

— Механиком в порту был, сейчас на складе чернорабочим. Утренние смены, удобно. К шести закончил — могу из садика малышку забрать и дома весь вечер.

— И сколько дочери лет?

— Четыре недавно исполнилось.

Почесав затылок, объясняю, почему это для меня важно.

— Значит, через два года в школу… Проблема у нас маленькая выходит. Иногда тебя будут выдергивать по вечерам, если у руководства разные деловые мероприятия и водитель нужен. Надеюсь — будет очень редко, но все равно. Рабочий день фиксирован, с восьми до пяти, час на обед. Большую часть времени будешь в офисе дремать — пока еще народу в двух конторах не так много и в основном на рабочих местах сидят. В пять попрощался — и домой.

— Нормально.

— Водишь как на улицах? Опыт гонщика хорошо, всякое в жизни бывает. Но мне надо — чтобы аккуратно и без нервов людей из точки А в точку Б доставил.

— Хорошо вожу. Никогда не лихачил.

— Тогда можно оформляться и с понедельника выходить. За выходные посмотри, какая машина больше подойдет. Не нужно что-то супер-представительского класса, что-то обычное. Седан какой-нибудь. Минивэн в клубе есть, для конторы такой же автобус позже подберу, когда разрастемся. Зарплата двести тысяч в месяц, за переработки — отдельно. Медстраховку оплачиваем полностью, отпуск три недели рабочих, лучше все три сразу не брать.

Кивает. Я же развожу руками:

— Я знаю, что те же таксисты раза в два больше наколачивают, но пока ставка такая.

— Знаю, как они заколачивают и как здоровье гробят. Не пошел туда — это ни семью не видеть и дома не бывать.

— Как скажешь… Где-то через год, когда разрастаться начнем, подвешу на тебя еще погоны начальника всех водителей. Добирать однозначно будем. Тогда и плюшек станет побольше… Кстати, насчет садика. У меня знакомые хорошие в госпитале Йокомаши Нанбу. И там есть круглосуточный сад, для детей работников. Можно попытаться малышку туда устроить. Из плюсов — если даже вы с женой где задержитесь, девочку никто теребить не станет. У них там комнаты есть, некоторые прямо в них и ночуют. Еще — несколько нянечек и дежурный врач. Если кто засопливил или вообще приболел — тут же смотрят. В случае необходимости в детское отделение укладывают. И среди персонала много абэноши. Поэтому до неприятностей не доводят, врачуют как следует.

— Сколько это будет стоить?

— Тебе, как члену