Челнок Предтеч - Валерий Кобозев

— Без тебя с этим разберусь — ответил я. — Смотри — погода портится, лучше бы тебе переждать непогоду.

— У нас что — палатка есть? — хмыкнул Генка и вышел из воды. — Тычки с утра проверишь, налимов засолишь. Вот соль — он выставил пакет с солью на бревно.

— Ну давай, двигай, а то я к тебе спиной тоже не хочу поворачиваться, у тебя от золота крышу снесло — ответил я ему.

— Ну бывай — сказал Генка, закидывая рюкзак на плечи и двинулся на восток к мосту.

— Бывай — ответил я и задумчиво посмотрел ему вслед.

Вот и кончилась моя безмятежная юность, такие события заставили меня повзрослеть. Когда друг неожиданно стал врагом из-за куска золота. Вдруг весь мир перевернулся! Раньше все люди вокруг были все белые и пушистые, а стали сейчас для меня реальными волками. Не ожидал этого от своего приятеля детства. Понял неожиданно, что я Генку совсем не знаю, очень поверхностно с ним знаком. Да похоже, что я так всех людей, с которыми знаком, также очень поверхностно знаю. В душе саднило, горько было это осознавать. Сколько еще таких «Генок» вокруг меня обитает. А я, как маленький щенок, ко всем ластился. Придурок молодой! Зло брало за свою наивность.

Но жизнь продолжается, надо учиться на своих ошибках и больше никогда не доверяться никому. Я развел костер побольше, выпотрошил щуку, просолил, посыпал перчиком. Потом разрезал на куски и как шашлык насадил на прутики, воткнув их вертикально вокруг костра. Регулярно поворачивал их, найдя себе занятие, чтобы не взвыть от тоски — такой психологический удар для меня был на грани потери сознания. Не то, чтобы мы с Генкой были друзья не разлей вода, мы были обычными пацанами с простыми интересами. А тут такое случилось — врагом меня назвал без всякого повода. В общем настроение не было никакого. За этим не заметил, как погода начала резко портиться. Блин, дурак, надо было перенести лагерь на сопку — вода поднимется и все сметет с этого острова. Когда рыба зажарилась, не стал терять время и перенес свои вещи на площадку у подножия сопки, метров на пять возвышающуюся над водой. Было видно, что оползни из каменной породы тут регулярно сходили, сколы породы на сопке показывали на это, как и каменная осыпь ведущая к воде. Поэтому я, хорошо подумав, ушел оттуда в ложбину с западной стороны сопки, нашел там подходящую площадку и начал собирать костер и примитивный шалаш — это просто укрытие, крыша, сделанная из веток стланика. Навалил я веток стланика и на землю для своего ложа — чтобы теплее было спать. Развел костер — притащил веток и бревен лиственницы с острова — метров пятьдесят до него было. Подул холодный ветер, раздувая костер, я его сделал сбоку по ветру, чтобы не спалить свой шалаш. Но если ветер сменится, то мне конец — подумал я, устраиваясь на ужин своей добытой щукой. Она оказалось очень вкусной, запил ее чаем и начал укладываться спать. Со мной была почти плащ-палатка — старый материн плащ из прорезиненной ткани — такие давно не носили, болонья была в моде. Ей я и укрылся, улегся спать после ужина — делать было нечего, даже не с кем было словом перекинуться. Надо было переждать непогоду и возвращаться домой — приключений на свою задницу я уже получил достаточно.

Я заснул тяжелым сном, мне снились разные кошмары, и проснулся я от холода, дрожал весь. Встал — костер погас, залило его дождем. Блин, что же делать? Дрожь была такая, что зубы стучали. Моя одежда промокла от сырости, а тут еще начался дождь со снегом, до этого он просто лил. Температура резко упала — пар изо рта шел при дыхании. Я понял, что если я не разожгу костер, то я просто замерзну. А как его разжечь, если все вокруг мокрое?

Часа три я пытался так и этак разжечь огонь, но порывы ветра с дождем и снегом гасили его. Я попытался разжечь костер термитной шашкой — она ярко горела, согревая меня, костер загорелся, но только десять минут мне удалось погреться и дождь со снегом затушили его. Я нашел плоский булыжник, поставил его в своем шалашике, зажег там другую термитную шашку, камень раскалился до красна и лопнул, но остывая он согревал меня. Так я сжег все десять шашек, согреваясь ими на короткое время. Мой шалаш был цел, я забрался в него, укутавшись в плащ, дрожа от холода. Но я с этим ничего не мог поделать — непогода не позволяла мне разжечь большой огонь.

Глава 2

Оползень

Тут раздался грохот, который просто оглушил меня. Я выскочил из своего укрытия — оказалось, что сошел оползень с сопки, где я хотел свой лагерь сделать, но побоялся. Порадовался своей осторожности. Пошел к реке, взглянул на скалу, где он сошел. Слоеная порода устилала путь до воды, но я увидел самое для себя интересное — в скале открылась пещера! Я в ней смогу переждать непогоду! Пусть она будет даже небольшой, но явно будет больше и надежнее моего шалашика! Недолго думая, я дрожащими руками собрал свои вещи, подхватил с собой кучу веток стланика для подстилки и двинулся туда — метров сто было до этой площадки. Осторожно ступая по плоским камням отслоившейся породы, усеявшей все вокруг пещеры, я подошел к пещере, таща за собой ветки стланика. Зайдя в пещеру, я достал фонарик и включил его — мы с Генкой собирались ночью рыбачить, приманивая рыбу светом — в какой-то книжке прочитали про такой способ рыбалки. Луч света высветил сухое пространство, и это было для меня сейчас главным.

Я прошел в пещеру, стуча зубами от холода — там все-таки было можно спрятаться от дождя и снега. Я постарался забраться подальше вглубь пещеры, там было теплее, мне пришлось пройти метров тридцать — пещера оказалась достаточно глубокой и расширялась в глубине. В конце пещеры я увидел какую-то дверь, чему я сильно удивился — видимо все-таки тут когда-то бывали люди. Я попытался открыть эту дверь, больше похожую на автомобильную или самолетную, дернув за ручку, утопленную в корпусе, и мне это удалось. В лицо пахнуло теплом, зажегся неяркий свет, я побыстрее зашел в помещение и закрыл дверь за собой — я был