Имперский Курьер. Том 6 - Вова Бо

В общем, сквозь эту брешь я подключился к Потоку запечатанного мира и полностью восстановил резервы. Должно хватить еще на пару битв. Или на одну большую.

— Еще раз, где, говоришь, священная реликвия? — уточнил я у епископа местной церквушки, дородного вампира, явно незнающего даже как пишется слово «голод».

— Я обожаю, когда в меня тыкают серебряным кинжалом, — выплюнул он мне в лицо. — Ты, великий и могучий воитель! Да будут благословлены ты и твои потомки до десятого колена!

— Ладно, ладно, раз ты настаиваешь.

Я приложил лезвие кинжала к его брюху, отчего епископ принялся благодарить меня еще яростнее. Очередной вампир-мазохист, что-то их тут развелось.

А серебряный кинжал нашелся тут же, его используют в качестве инструмента для пыток неверных. И не только его, но остальное как-то уж слишком далеко от заветов Амбера. Вот Рио бы здесь точно понравилось.

Еще мы нашли местные запасы крови, притом человеческой. В пакетах, в банках, в пробирках и даже в целых пластиковых бочках. Все подписано и промаркировано, притом на языке империи. Да и местные до пластика еще не доросли. Да и вряд ли уже дорастут.

Так что я быстро добавил в несколько канистр своей крови, чтобы получился питательный коктейль для моей боевой свиты, остальное раздали ближайшим гнездам. Так постепенно и пополнялись наши ряды.

Теперь оставалось самое сложное, найти место, откуда вампиры попадают в мой мир и разобраться, как именно они умудряются такое провернуть. Ну и все там сломать, разумеется. А до тех пор, приодеть своих в броню из гибкого металла, вооружить серебром, да хорошенько откормить.

— Фрей, — позвал я своего генерала. — Ты знаешь, где это место, о котором верещит епископ?

— Да, господин, — поклонился Фрей. — Там находится центральный собор церкви. Самое большое гнездо на континенте, а может и в мире.

— Ну кто бы сомневался, — я вонзил кинжал в сердце епископа, а затем передал оружие Фрею. — Готовь людей, то есть вампиров, набирай новичков. Опустошаем склады и выдвигаемся туда.

— У нас будет меньше голов в разы, господин.

— Зато, как показала практика, мы сильнее. А когда все напьются вдоволь, станем еще сильнее. К тому же я сам буду принимать участие. Но мне нужен кристалл и эта странная священная реликвия, остальное все забирайте себе.

— Будем готовы выдвигаться на закате, господин. Во имя Ваал.

— Да, да, его самого.

* * *

— Род Шмидтов голосует против лишения титула и земель барона Невского, — встал со своего места герцог. — Барон Невский проявил себя достойным и бесстрашным воином, готовым умереть во имя императора. Об этом свидетельствуют бойцы, сражавшиеся с ним бок о бок.

— То есть ваши же гвардейцы, — князь Рогозин позволил себе легкую усмешку. — В любом случае, малый совет принимает ваш голос. Кто-нибудь еще?

— Род Авдеевых голосует против.

— Виконт, — тяжело вздохнул Рогозин.

Он желал еще добавить «ну вы-то куда лезете?», но все же сдержался. Все-таки сейчас он был председателем и требовалось соблюдать хотя бы номинальные приличия.

— Я возглавляю свободный род, и мой голос ничуть не меньше иных здесь присутствующих, — стоял на своем виконт.

— Разумеется, разумеется, — кивнул Рогозин. — Принимается.

А сам сделал мысленную пометку, что неплохо бы разобраться, чего этот виконт так вступается за мелкого барона. А заодно посмотреть, как поставить наглого выскочку на место, а то больно уж вольно всякое отребье начало чувствовать себя на малом совете. Свой голос ставит вровень с голосами князей! Немыслимо. Пусть и формально это так.

Так… Два голоса из трехсот. Ну что ж, очевидный исход.

В этот момент по верхним этажам зала, кресла которого располагались на манер амфитеатра, шагал мужчина в простом строгом костюме без каких-либо заметных деталей. Разве что герб империи на лацкане пиджака.

— Граф Липницкий, — наклонился Александр, чтоб прошептать. — А разве сейчас судят не того человека, что спас вашу дочь. Когда та возвращалась со статуэткой из археологической экспедиции.

— Вы знаете, — граф отвлекся от игры в карты со своим старым другом. — А ведь похож. Очень даже.

— Уверен, это точно он, — произнес Александр.

— А вы, собственно… — граф обернулся, увидел лицо говорившего, заметил герб на лацкане, икнул и встал. — Род Липницких против.

— А вы что же, — произнес безопасник. — Не поддержите старого друга?

— Род Варламовых против.

И тут по залу пошла цепная реакция. Вставали представители иных родов и голосовали против. Не потому что знали что-то о каком-то там бароне Невском. Нет, просто они имели хорошие деловые, дружеские или иные связи с графскими родами и просто желали поддержать союзников. Так уж принято в малом совете, что если твоим друзьям что-то нужно, то лучше поддержать их.

Иначе кто поддержит потом тебя? Но когда голоса стихли, на табло учитывалось всего двадцать семь родов, проголосовавших против. Маловато будет.

— Род Юсуповых против, — раздался властный голос откуда-то сбоку, со стороны входа.

Все обернулись и посмотрели на странного старика, который больше походил на какого-то деревенщину, которого случайно проворонила охрана. Но голос… От него всех присутствующих бросило в дрожь.

Присмотревшись, князь Рогозин наконец узнал в старике старейшину рода Юсуповых. Только не того генерала, что видели последнее время в свете, а былого, словно помолодевшего на десяток лет Юсупова. Архимага Бури, который одним своим присутствием заставлял светлейших князей нервно опускать глаза в пол.

— Простите, — Рогозин с трудом, но все же взял себя в руке. — Протокол малого совета обязывает. Лишь представитель рода в совете может голосовать.

— Хотите сказать, — вмешался уже князь Юсупов, — что старейшина рода может говорить не от имени рода?

Рогозин мысленно усмехнулся ситуации. Забавно получилось, князь Юсупов был главным инициатором того, чтобы отобрать у Невского земли и титул. А теперь ему приходится держать лицо перед всей имперской аристократией и самому себя зарывать. Ведь если совет вдруг проголосует против, то деньги и ресурсы, которые ушли на подкуп, взятки и шантаж никто Юсуповым не вернет.

Рогозин уже поимел свою выгоду с ситуации, но упускать такой момент не собирался. Нет, он просто обязан окунуть своего давнего соперника лицом в грязь.