Письма. По роману М.Булгакова «Мастер и Маргарита» и мюзиклу от Makers Lab - Настя Ващенко

Он многое угадывает, но дальнейшее он не мог и представить.

Бегемот в изумлении раскрывает рот, когда приникшие друг к другу, вдруг отстраняются и начинают медленно двигаться. В тишине, под воображаемую музыку, Дьявол и Маргарита танцуют вальс, медленный и нежный. Повинуясь прихоти Воланда мелодия, играющая в сознании, вдруг подхватывается проходящим мимо мальчишкой с футляром для скрипки за спиной. Он достаёт инструмент и начинает играть так, как не играл никогда.

Маргарита улыбается, услышав скрипку. Её улыбка зажигает взгляд Мессира радостью.

В обшарпанной квартире двое танцуют вальс. Бегемот, обернувшись в чёрного кота, смахивает слезу лапой.

Яркой кистью. Пара и свита

Яркое солнце с боем прорывалось в спальню Мессира. Впрочем, без особого успеха, — лишь один лучик достиг цели, просочившись сквозь щель портьер острой стрелой.

Эта стрела опускалась на пол и рассекала тёмный паркет на ровные половинки. Срез горел золотым светом. Маргарита задумчиво смотрела на победу чужого нахальства, и улыбалась. Тихие переговоры за дверью. Чуть свистящие вздохи спящего Воланда рядом. Музей вокруг.

Марго уже не раз замечала, что, хотя обстановка квартиры и указывает на величие хозяина, отдаёт церемониальным холодом галерей и приёмных залов.

— Так и должно быть, Королева, — разводил руками Фагот, и принимался рассказывать остроумные истории из жизни королевских дворов. Марго соглашалась. И всё же…

И всё же, как-то утром она принесла от торговых рядов у вокзала цветы. Нежные, сиреневого оттенка тюльпанчики с медовой каймой, купленные у какой-то бабушки, пахли садом и теплом. Воланд, увидев букет в своей спальне, усмехнулся и поднял брови в своей излюбленной манере, но не возразил. В конце концов, это теперь и её спальня тоже.

Маргарита осторожно встала с кровати, и слегка пошатываясь, подошла к полоске света. Солнечный луч скользнул в протянутую ладонь и замер. Свет отразился в зелёных глазах.

Мессир, проснувшись, не стал прерывать её занятий и молча наблюдал за королевской глупостью.

****

К обеду Марго и Воланд вышли к свите. Гелла присела в поклоне перед Мессиром и продолжила накрывать на стол, не отвечая на приветствие Маргариты. Фагот закружил пришедших в вихре новых историй и шуток, Азазелло улыбнулся уголком рта и наблюдал за происходящим. Бегемота нигде не было.

После обеда шут пришёл, держа в руках большую папку. Он с поклоном отдал её Сатане и присел к столу, возмущаясь чужому равнодушию к его персоне. Марго рассмеялась и лично положила Бегемоту на тарелку оставшуюся еду. Довольный шут, снова обернувшийся котом, принялся за еду.

— Да, он хорош… — пробормотал Мессир, рассматривая содержимое папки.

— О чём ты? — королева подсела ближе к Воланду, чтобы лучше видеть. Мессир с полуулыбкой протянул ей папку, — один художник способен один раз увидеть, чтобы разглядеть душу и нарисовать её такой, какая она есть.

Рисунки были настолько живые и яркие, как будто это рисовал не человек, а Жар-Птица. До безумия волшебные и правдивые одновременно.

Вот Бегемот в облике худого парнишки в шутовском наряде и с кошачьим хвостом, рассматривает витрины. По глазам видно, что ещё чуть-чуть и пакость будет сделана.

Вот Фагот, идёт за кем-то с насмешливой улыбкой. В одной руке у него трещотка, а в другой наполовину сломанный меч.

Азазелло, в доспехах ультрамаринового оттенка, стоит на руинах дома.

Гелла. Огненные волосы в высокой причёске, обвита лентами жёлтой и зелёной краски, глаза сверкают болотной зеленью.

Мессир Воланд в ободранной тунике. Под ногами ночь, но вокруг расцветают яркие краски, исходящие от его левой руки, в которой женская корона.

И наконец, Маргарита видит себя в тот день, когда она ходила за тюльпанами. Её удивляет отсутствие тёмных оттенков, как будто художник забыл о том, что есть на свете цвет темнее светло-коричневого. На плечах у неё красный плащ, который стелется за ней по асфальту, а на плаще вырастают розы, лилии и орхидеи. Тюльпаны горят медовым и сиреневым оттенками.

Ещё один рисунок, где она спящая. По лицу цветные блики, будто Марго уснула у витражного окна. Волосы сиренево-синие с красноватыми пёрышками. Картина обрамлена чёрными листьями, — странная прихоть, единственные тёмные детали в общей композиции.

Последняя картина тоже с королевой. Волосы убраны за спину, лицо печально- задумчивое. На груди змеится трещина, подсвеченная светом молнии.

— Он слишком гениален, — мрачнеет Мессир и отбирает у неё рисунки.

Дорогое веселье. Бегемот

Бегемот не очень любит принимать свой смертный облик. Он напоминает коту о яркой и такой больной человеческой жизни. Поэтому Бегемот, обратившись в хрупкого, подвижного юнца, никогда не смотрел в зеркало. Там было прошлое.

Величие серых стен замков и соборов. Крикливое оживление рынков, на которых он выступал и где не раз бывал бит за слишком едкие, но правдивые номера, отражающие суть любого, кого он брался изображать: от простолюдина до сеньора. Над шутками смеялись со страхом, раздражением или удивлением в глазах.

Богатство и напыщенность королевских залов. Цепкие взгляды вельмож и служителей Церкви. Там он играл на грани страха и отчаяния — в любой момент Бегемота могли не просто ударить, но потащить на пытки, казнить, сжечь. Казнь через усекновение головы лицедеям не полагалась.

И всё же…он любил то, чем занимался. Любил кривляться и шутить, любил срывать маски с окружающих и был честен в своём смехе, потому что смеялся и над собой, над своей ролью бесстрашного мальчишки, который выступает и не думает о холодном дыхании и пронзительных взглядах церковников, которые вмиг осудят, если…

Если слишком талантлив. Слишком откровенен.

К нему шли за весельем и исцеляющим смехом. И худенький шут в ярком наряде и с вышитым на манжете чёрным котом — его талисманом, охотно давал людям то, за чем они приходили, получая в ответ гроши и презрительные взгляды случайных всадников, проезжавших мимо.

Тем не менее, развлечься хотели все: короли и герцоги, бароны и лорды. Но никто не хотел отвечать перед Церковью.

И однажды юноша с котом на манжете выступил в последний раз перед вопящей толпой, танцуя от боли на раскалённых вязанках сена.

Бегемот трясёт головой, чтобы отделаться от видений прошлого и вновь превращается в чёрного кота. Бегемот…Том де Геб. Лучший шут, которого когда-либо носила земля.

Тяжёлый воздух. Воланд и Марго

Марго улыбается, хотя дышать с каждым днём всё труднее. Она не показывает вида, но Мессир и свита замечают