Искра Хаоса - Тим Офий

Драко просто сидел и прикидывался ветошью, ведь ему было интересней узнать побольше и ничего не упустить, чем как-то участвовать в разговоре.

— Только отдельные фрагменты. Он, кстати, называет тебя странным словом «попаданка» и, кажется, в курсе твоих способностей.

— Он тоже может видеть чужие статусы? — появление ещё одного игрока ставило под угрозу её, Гермионы, исключительность.

— Нет, этот паренёк сожалел, что не может оценить, насколько моя сила магии превышает его.

— Хм, значит, как маг он не очень силён…

— Моё секо легко пробило его щит. Ты увидела что-нибудь интересное в его статусе? — Гарри очень интересовал этот вопрос, так как Магия повела себя странно, столкнувшись с этим парнем.

— На самом деле нет. Только выскочило предупреждение, что можно лишиться способностей, если использовать оценку. Я решила не рисковать. Успела заметить только пометку «условно» рядом с именем.

В купе повисло молчание. Каждый задумался о чём-то своём.

— Гермиона, как думаешь, что имел ввиду Джон, называя тебя попаданкой? — до этого молча анализирующий информацию Малфой, неожиданно для Гермионы, задал вопрос.

— Я могу вам довериться?

— Конечно, — первым ответил Гарри.

— Если не доверяешь, то и не говори, — немного надменно заявил Драко.

— Дело в том, что это тело не совсем моё. Просто однажды я очнулась в этом теле, сохранив память прошлой жизни.

— Ты — это ты, Гермиона, не переживай по этому поводу, — чутко ответил Гарри.

— Звучит страшновато. А, вдруг, завтра кто-нибудь другой очнётся в моём теле. Гермиона, не подскажешь, как ты защищаешь своё тело от других попаданцев?

— Извини, Драко, я не знаю. Не думаю, что что-то подобное случится, так что не загоняйся по этому поводу.

— Хорошо, — ответил Драко.

Блондин, на секунду задумавшись, начал рыться в своём багаже. Наконец, он достал оттуда магловские блокнот и ручку, положил их на столик, и записал несколько слов.

— Кстати, Драко, а ты, со своей стороны не хочешь ни в чём признаться? — поинтересовался Гарри.

— А что, он думал что-то странное и про меня?

Драко, на всякий пожарный, укрепив ментальные щиты, усиленно начал перебирать самые стрёмные моменты своей жизни. А ну, как этот Джон знает про тот случай с яблоком?

— Да, по его словам ты… Сейчас, погоди, — Гарри применил мнемоническую технику для точного воспроизведения того странного слова, — он подумал, что ты «цундере». Не знаете, что это?

Гермиона на пару секунд зависла, а потом покатилась со смеху. Гарри же не понимал в чём дело и ждал, пока она соизволит ему объяснить.

— Драко-кун, ха-ха, признайся, я тебе хоть капельку нравлюсь?

Есть такой неприятный тип вопросов, которые очень личные, но при этом заданы в шутку. Хорошо, если человек, о котором спрашивают, совсем тебя не привлекает в романтическом отношении. Но в данном случае это было не так. Да и вопрос был задан слишком уж неожиданно для Драко.

— Ну, не то, чтобы н-не нравишься… — покраснел Драко.

С его бледной кожей такие вещи очень заметны. Гермиона начала ржать ещё сильнее.

— Хватит ржать! Силенцио! — Гермиона стала напоминать рыбу, задыхающуюся на берегу.

— Прости, — отсмеявшись, извинилась Гермиона, когда Драко снял своё заклятие.

Затем, она соизволила объяснить парням, кто такие цундере. Ей пришлось связать Драко, чтобы тот не пошёл устраивать разборки с Джоном. Гарри в это время тактично делал вид, что ему очень интересен пейзаж за окном. И только довольная рожа в отражении портила его конспирацию.

Когда Драко прекратил дёргаться, Гермиона начала приводить ему разумные аргументы, пока тот не согласился, что человека нельзя убивать только за его мысли, не высказанные вслух.

— К тому же, сам бы ты никогда не признался, как, впрочем, и я… — добавила Гермиона в конце.

— И всё равно мне не нравится этот парень, — с каким-то удовлетворением отметил Драко.

— Он тоже не спешит с нами сближаться, — отметил Гарри, — судя по всему, этот Джон просто не хочет иметь с нами никаких дел. Мы ему не интересны. Хотя Гермиону он одобрил, — всё-таки не удержался и подколол своего друга брюнет.

— Занято! Ведь так?..

***

Я с некоторой опаской возвращался в своё купе. Мне немного страшно, как отреагируют ребята на моё внезапное исчезновение.

— Джон, ты в порядке! — мне на шею бросилась Мия.

Порывшись в памяти, я сделал вывод, что для неё это не совсем нормально. Видимо, девчушка и правда переживала за своего друга.

— Да, ничего страшного, просто внезапно исчез и появился в другом купе.

— Чел, у тебя рукав в крови, — заметил парень по имени Оскар.

Прежде, чем Мия задаст вопрос, я отвечу на него заранее. А то мало ли, как она его сформулирует. Благо у меня осталось пять минут замедления времени. Что же ответить. Ладно, отвечу вот так:

— Просто я переместился в метре от пола, из-за чего слегка поцарапал руку. Мне помог парень, владеющий целительными заклинаниями, так что всё хорошо.

Постепенно, народ успокоился, так как я напирал на то, что ничего особенного не случилось.

— Слушай, Джон, — слегка ехидно задал вопрос Оскар, — а ведь это был выброс магии?

— Похоже на то, — ответил я.

— А в постель ты в свои тринадцать лет не писаешься? — слегка посмеиваясь, подколол меня этот парень.

Думаешь, поставил меня, гуру подколов собеседника, в неловкую ситуацию? Лососни тунца!

— Разве что в твою, пока ты спишь, — невозмутимо ответил я

Тут неважно, что отвечать, главное, чтобы около поставленного вопроса. Так, тема моих спонтанных проявлений магии, которые свойственны только маленьким детям, была закрыта.

Пара часов езды и поезд прибыл к станции в Хогсмиде, а моё настроение снова сползло в депрессию. И как же мне избавиться от этого противного свойства души…

3. Неистовая мощь хаоса

В Хогсмиде нас ждали кареты, которые везли фестралы. Глядя на этих околомёртвых лошадей, я почувствовал какое-то родство с этими прекрасными созданиями. Подошёл и осторожно погладил запряжённого слева. Он с удивлением повернул ко мне свою морду с пустыми