Первый паладин - Дмитрий Кошкин

– Нет, я не об этом. Я про сегодняшнюю ночь. Ты видел, с каким лицом он резал тех жутких волков? В какой-то момент я стала бояться его даже больше чем их.

– Ну, знаешь ли, я был немного занят. Было не до разглядываний чьих-то лиц.

– В его глазах горела ярость. Нет, поначалу, он сомневался, но потом… В него будто демон вселился. И лишь с каждой смертью от его клинка, ярость на миг сменялась какой-то злобной радостью. Да и как он вообще смог уснуть после такого? У меня до сих пор коленки подрагивают. Посмотри на него, он даже кровь смывать не стал. – Кивнула в сторону человека девушка.

– Хех. До этого ты смотрела на него по-другому. – Ехидно сощурился собеседник. – Не отпирайся. Со стороны заметно, что ты неровно к нему дышишь. – Добавил он, глядя на наливающуюся румянцем девушку.

– Больно он мне нужен. – Ответила она. Но слова её прозвучали неубедительно. Будтоврала она не столько собеседнику, сколько себе.

– Да ладно. Ты всегда человеческой культурой интересовалась. А тут парень видный, силой владеющий, тебя спас уже не раз. Даже жаль, что люди и эльфы общих детей иметь не могут. – Открыто потешался эльф, ворочая угли в костре и увернувшись от полетевшей в его сторону ветки, он продолжил. – Ну а то, что спит как убитый, так это последствия истощения. Вспомни, как наши жрецы сознание теряли, когда слишком много к силе жизни обращались. Кстати, пойду подстрелю чего-нибудь, а то на них потом голод нападет… Волчий! Как бы нас не сожрал.

***

Проснулся я на рассвете, от того что меня уже начало немного знобить. Открыв глаза, я увидел Алисию и Эльсиила, меланхолично прожаривающих на костре каких-то некрупных, но упитанных пташек. Под зов своего желудка я подошел к ним и жадно набросился на протянутый мне Алисией вертел с мясом.

– Вот видишь Алисия, я был прав. Не преподнеси мы ему дар в виде этих жирных перепелок, слопал бы он нас еще быстрее, чем те волки. – Потешался Эльсиил. – Ты сейчас, Иратус, даже выглядишь примерно также.

Осмотрев себя, я понял, о чем он. Видок, конечно, у меня был еще тот. Весь в крови, жадно набросившийся на еду, я, должно быть, производил впечатление дикого варвара, а не доблестного воина света. По-хорошему, не мешало бы помыться, но я махнул рукой и продолжил трапезу, не обращая внимания на косящуюся в мою сторону Алисию. Как говорится, кого я тут любил?

Тем не менее, после трапезы Эльсиил отвел меня к ближайшему ручью, где я смог привести себя в человеческий вид.

Собрав вещи, мы продолжили свой путь. По заверению рейнджера, во второй половине дня мы должны быть на месте, если по пути опять не наткнемся на какую-нибудь нечисть.

Перед отходом я осмотрел трупы убитых волков. От них смердело серой, как и от демонов, напавших на эльфийский анклав, а также чем-то затхлым. Тела же их были изуродованы скверной, что проявлялось в неестественно отросших зубах и дефектах кожи. Видимо хранитель этих лесов действительно себя неважно чувствует, раз не может защитить свою «паству». Интересно, как произошло заражение? Может они загрызли какого-нибудь очередного заблудившегося демона и получили свою дозу скверны? Иных объяснений я не вижу.

Чем дальше мы шли, тем сложнее становился путь. Леса становились всё темнее, склоны всё круче, а тропы всё непролазнее. Глубоко же засел этот Хранитель, что, впрочем, вполне закономерно.

Со спутниками в пути мы особо не общались. Эльсиил был сосредоточен на поиске пути, но я то и дело замечал косые взгляды Алисии. Чего это она опять? Не поймешь этих женщин.

Во второй половине дня, внезапно, идти стало полегче. Стволы деревьев хоть и становились всё шире, порою достигая необъятных размеров, но расступались друг от друга на всё большее расстояние. Вообще лес в этом месте был, поистине величествен. Кроны деревьев устремлялись куда-то ввысь, образуя единое, нависающее на тобою полотно. Вот только создавалось впечатление, что лес болен. Не хватало зеленого цвета вокруг, трава была слегка пожухлая, мох сухой, да и в таком месте ожидаешь услышать пение птиц, а не давящую тишину. Которую, внезапно, разрезал свист пролетевшей стрелы, упавшей аккурат перед нашими ногами.

– Стоять! Кто идет?! – Донесся возглас откуда-то сверху.

– Вы там совсем очумели?! Своих не признаете, олухи?! – Ответил Эльсиил в строну высокого дерева, располагавшегося где-то справа от нас.

– Эльсиил?! Ты то здесь какими судьбами?

– Пришел сделать вашу работу, с которой вы уже сколько дней справиться не можете. – Недовольно сложил руки на груди эльф, глядя на спускающегося на землю эльфийского рейнджера.

Тот подошел поближе, окидывая нашу компанию недоверчивым взглядом. Заострив его на мне, он возмутился:

– Ты привел сюда человека? В священную рощу?! Что за шутки, Эльсиил? – Он вперил строгий взгляд в собеседника.

– Никаких шуток. Нас послал Элгард. – Нагло соврал Эльсиил. – А этот человек может изгнать скверну.

– Это бред. Скверну можно только выжечь… Стой, откуда ты знаешь про скверну? Мы же еще не отправляли гонца с докладом. – Смутился эльф.

– Ты недооцениваешь главу анклава, Тисиил.

– И, кстати, надо бы еще разобраться, почему по столь важным обстоятельствам не доложено главе. – Возмутилась Алисия, накинувшись на эльфийского часового. – Чем вы вообще здесь занимаетесь?

Эльф, как оказывается, по имени Тисиил, замялся:

– Я не уполномочен. Разговаривайте с Аймондом. Но человеку, в любом случае, нельзя в священную рощу.

– Ох, оглянись вокруг, Тисиил. Много ты ощущаешь здесь святости? – Резонно подметил Эльсиил. – Пошли, Иратус. Пора поговорить с самим главой корпуса рейнджеров Аймондом. – Эльсиил наигранно всплеснул руками, обходя обескураженного часового.

– Погодите! Сначала я должен о вас доложить! – Заволновался часовой, поторапливаясь за нами.

В сопровождении Тисиила мы подошли к обустроенному лагерю эльфийских рейнджеров. В тени деревьев, прикрытая какой-то импровизированной живой маскировочной сетью, располагалось подобие ставки командования, в которой нас встретил откровенно недружелюбным взглядом эльф в рейнджерском обмундировании, которое, правда, немного отличалось от других, своим более высоким качеством и меньшим износом. Его темно-русые волосы были обрамлены таким же тонким подобием тиары, как и у Элгарда, главы анклава, правда, зеленого цвета. Видимо, это какой-то знак принадлежности к руководящему составу. Его глаза были колкими, придирчивыми. Нос прямой, с