Берегись, Ангел! - Иоланта Палла

Район, конечно, не плохой, но и не богатый. Мажориков я там не замечала до сегодняшнего дня. Господи, мой мозг разрывался от мыслей.

Хоть одному я могла найти объяснение.

Поведению Аристова.

Если отец привык цинично совать людям деньги чуть ли не в зубы, то и сынок не далеко ушел от него. Стоило подумать об этой семейке, как я вспомнила, что не поставила телефон заряжаться, а ведь мне должен был написать или позвонить Петр Иванович, хотя…

А как он позвонит, если номер мой не знает? И я не додумалась сказать, что звонила ему. Как-то не до этого было…

Моментально выбралась из ванны и на цыпочках юркнула в комнату, где дрожащими руками включила телефон и ждала сообщения. Только через минуты две сама написала СМС, указав, что это мой номер.

Пока ждала ответа, искусала все губы и ручку, сидя над учебниками. Информация совершенно не откладывалась в голове, и я на мгновение опустила веки. Только организм решил иначе. Я уснула с тревожными мыслями.

Мне снился Дан, Петр Иванович, Александр Алексеевич и такси, двигающееся по темному городу. Все смешалось в какой-то кошмар, и я проснулась от того, что Олежка тряс меня за плечо.

— Лик, мы проспали. — Три роковых слова, которые заставили меня встрепенуться и быстро посмотреть на часы.

Половина восьмого…

Я заметалась по комнате, кидая Олеже одежду и сама натягивая на себя форму. Нужно было в короткие сроки собраться и отвести брата в садик, а самой бежать на остановку, иначе я пропущу автобус.

Братишка старался изо всех сил и даже мне помог, собрав учебники в рюкзак. К счастью, я успела влететь в салон, когда транспорт уже трогался. Сердце колотилось словно бешеное, и я еле восстановила дыхание.

Только тут я заглянула в телефон и увидела сообщение от Петра Ивановича.

Тяжелых травм, кроме сотрясения, нет. Ушибы, гематомы, царапины. Отец забрал его домой. Завтра позвоню.

Несколько раз перечитала сообщение и спокойно выдохнула. Хоть в этом отлегло.

Возле школы меня встретил Макс. Выглядел он помятым. Создавалось впечатление, что тоже не особо хорошо спал.

— Представляешь, проспала и даже будильник не слышала. Как еще Олежка проснулся. — Говорила я в столовой, уплетая за обе щеки салат, который взял мне друг.

Аппетит проснулся зверский.

— Не мудрено с таким насыщенным вечером. — Усмехнулся Круглов. — А я удивился, когда вызов от Дана увидел. Столько ведь не общались, а тут на те, приплыли. — Максим тяжело вздохнул и отложил вилку в сторону. — Слушай, Лик, не забивай себе голову вопросами об их семье, хорошо?

— Почему? — С недоумением спросила я, а Макс потер лоб пальцами.

— Александр Алексеевич дорожит репутацией и мигом закрывает рты тем, кто идет против него. Поверь, я знаю об этом, как никто другой. — Круглов нахмурился, а я внимательно смотрела на него. — Лучше встреться с одноклассником матери и все выясни. Не просто так он тебя дочерью назвал.

— Он предупредил, что сам все решит. Может, так нужно было сказать, чтобы старший Аристов от меня отстал. — Я пожала плечами, чувствуя, как внутри просыпается то самое тревожное чувство.

— Зато есть плюс в той ситуации. — С печальной улыбкой произнес Максим. — Несколько дней ты можешь жить спокойно и не ждать, что Дан снова начнет над тобой измываться, а, возможно, и вовсе сделает вид, что ты для него больше не существуешь.

— С чего ты взял?

— Ты ему, можно сказать, жизнь спасла, Лик, — Макс криво улыбнулся и откинулся на спинку стула, сложив руки на груди, — а он такого не забывает. Даже у патологических гадов есть принципы.

Глава 26

Ангелика

Нервные клетки восстанавливаются очень медленно. Я упорно себе это повторяла, пока забирала Олежу из детского сада и вела домой. Через несколько минут я встречусь с Петром Ивановичем и спрошу у него о своем отце.

Конечно, можно предположить, что он не просто так вчера назвал меня своей дочерью, но я больше склонялась к варианту с вынужденным высказыванием ради моей же пользы. Владимира не было дома, и я еле сдерживалась, чтобы не забрать братишку. Хотелось чувствовать, что он рядом, мой маленький рыцарь.

Но желания осталось лишь желанием, и мне пришлось выходить из здания и смотреть на машину Петра Ивановича. От волнения сжимала края кофты и думала, как спросить обо всем, что меня интересует.

— Здравствуй, Ангелика! — Мужчина выбрался из автомобиля и улыбался мне. — Не бойся. Садись. Тебе ведь нужно на работу? — Спросил он, а я кивнула, цепляясь за кофту еще сильнее. — Тогда я доброшу.

Я прошла к машине и села спереди, а Петр Иванович захлопнул дверку. Вчера в стрессовом состоянии я не заметила, что у него иномарка серого цвета. В салоне пахло свежестью. приятный запах, которого я вечером не ощутила.

— У тебя есть немного времени? Мы бы посидели в кафе и спокойно поговорили. — Петр Иванович завел авто и внимательно смотрел на меня.

— Да, есть около сорока минут. — Кивнула и пристегнула ремень безопасности.

— Тогда найдем что-нибудь рядом с… Где ты работаешь?

— В фитнес-центре. — Просипела я и снова принялась пальцами сминать край длинной кофты.

— Значит, рядом с фитнес-центром. — Петр Иванович ловко управлял автомобилем, а у меня на языке вертелось огромное количество вопросов, на которые я хотела получить ответы.

Мужчина не говорил и выглядел задумчивым. Мог ли он переживать так же, как и я?

Об этом можно было лишь гадать. Внешне не было ни малейшего проявления нервозности, в отличие от меня…

— Думаю, что в этом заведении можно выпить чая и перекусить. Как на это смотришь? — Петр Иванович снова улыбнулся, а я кивнула.

Никак не могла взять себя в руки. Рассуждать с Максом о том, что хорошо было бы узнать у одноклассника матери о моем отце, проще, чем видеть этого человека и не подобрать нужных слов.

— Давай, садись. Сейчас закажу нам что-нибудь вкусное. — Мужчина указал на столик у окна и пошел к девушке, которая стояла около стойки.

Я не была в этом кафе ни разу, но постоянно ходила мимо и думала, что наступит время, когда вот так сяду около окна и буду разглядывать прохожих, попивая кофе. Если бы не нервы, я бы улыбнулась и насладилась моментом, только внутренний мандраж портил не только общую картинку, но и ощущения в целом.

— Итак, — Петр Иванович устроился напротив, тяжело вздыхая и помещая руки на стол перед собой, — судя по твоему состоянию, лучше начать мне. — Он улыбнулся, но