Дайсё-ян. Книга первая. - Лер

«Всё просто! За стеной – бассейн. Тонны солёной воды!»

От осознания сего факта становится неуютно, и я озвучиваю свои тревоги Марии. Та, выслушав меня, смеётся.

– Там не бассейн, а механизмы подъёма фальшпола бассейна и насосы. Резервуар, в который перекачивается вода из бассейна, находится над головой. – девушка указывает пальцем на потолок. – Обратил внимание на колонны в студии? Это – не декорация, а дополнительные опоры. Из–за того, что, центральное помещение самое большое на этаже, потребовалось укреплять потолок. Но, не волнуйся. Запас прочности конструкции такой, что выдержит десятикратную нагрузку. – успокаивает меня Маша.

«Ну да, осознание сего факта, о прочности конструкции, никак не повлияет на мои, проводимые в студии, изыскания. Может, синтезатор к себе в комнату перенести?» – продолжаю я тревожиться на пустом месте – «Ладно, Маша, как–то работает там, и ничего, не боится потопа. А что, в бассейне ещё и пол поднимается? Круто!»

Мария заканчивает хвастаться крутизной своего дома, и мы поднимаемся на родной, квартирный этаж. Расходимся по комнатам.

– Встречаемся через полчаса у лифта. – назначает мне «свидание» девушка и скрывается за своей дверью.

«С такими темпами мы уже опоздали!» – вздыхаю я.

Едем по городу в роскошном, длиннющем «Ролс–Ройсе». Модель, чем–то похожа на выпускавшуюся в нашем мире с 1997 по 1999 «Silver Spur Division», только, более современного дизайна. За счёт смещения заднего ряда сидений назад, в ущерб багажнику, инженерам удалось разместить ещё один – обратный – ряд сидений.

Лимузин поджидает нас с Машей в гараже, в который мы спускаемся на лифте.

Ждать девушку не пришлось. Маша выходит из своей комнаты, практически одновременно со мной, держа у уха трубку сотового телефона и с кем–то разговаривая:

– Саша, они не смогут настолько быстро найти нового поставщика. Ты же понимаешь, не те объёмы [……]

– Нет. Мы не намерены отказываться от сотрудничества. Во всяком случае, до того момента, пока нам не укажут на дверь [……]

– А тебе об этом кто–нибудь сообщал? [……]

– Ну, вот и сидим на попе ровно. Всё, извини. Мне надо идти [……]

– И тебе пока! Целую!

Смотрю на девушку, которая в этот момент, с задумчивым видом, убирает телефон в сумочку. На ней, уже традиционное, короткое, белое платье, а на ногах лодочки, на невысоком каблуке. Распущенные волосы огненно–рыжим ореолом окутывают её грациозную фигурку.

«Красота – страшная сила» – думаю я, засмотревшись на Машу. – «А моя, как–то не спешит проявляться. Что там ГуаньИнь обещала?» – напрягаю я память – «Буду красив, молод, здоров и буду всем нравиться? Хм… Пока, получается только всех бесить. Бесполезный для меня скилл» – делаю я умозаключение. – «Надо было деньгами брать, они точно всем нравятся»

Я же, не изменяю себе, и надеваю джинсовый костюм, который приходится практически в пору. Штаны, футболка, куртка. На ноги кеды, на голову бейсболка, которая обнаруживается в тех скудных запасах одежды, которые мне выделила скупая хозяйка дома.

«Ещё бы подстричься» – размышляю я, пытаясь совладать с отросшими, почти до плеч, волосами. – «И в блонд опять покраситься! ЮнМи этот цвет очень идёт»

– Ну что, ты готов? – обращается ко мне Маша, убрав телефон, и разглядывая мой прикид.

– Ага. – отвечаю ей. – Всегда готов.

Ждать лифт не приходится, тот уже на этаже. Входим, Маша, как всегда, голосом, отдаёт Карлу распоряжение спустить нас в гараж.

В гараже, вопреки моим ожиданиям, оказывается очень светло и пёстро. Все стены в граффити, изображающих городские пейзажи. Очень стильно смотрится. Рядком стоят припаркованные машины. Насчитываю восемь штук. Большие и маленькие. Они все накрыты брезентовыми чехлами и разглядеть их марки не представляется возможным.

«А жаль» – печалюсь я – «Если, всё это принадлежит Маше, можно было бы узнать о ней чуточку больше. Например, о её пристрастиях»

Играть в угадалки, к сожалению, времени нет. Мы подходим к ожидающей нас машине, и вышколенный водитель открывает перед, идущей впереди Марией, левую пассажирскую дверь. Забираемся в салон. Маша садится лицом, по ходу движения, а я, легкомысленно, сажусь напротив неё. Разглядываю интерьер.

В таких машинах бывать мне ещё не приходилось. У ДжуВона, конечно, породистый Феррари, но если подходить с позиции статусности – Ролс–Ройс выглядит куда круче. А здесь – целый лимузин. Наверняка, штучная партия ручной сборки. Светлый, кожаный салон, вставки из лакированного дерева, хромированные ручки, люк над головой. – «Шоб я так жил!» Между пассажирским салоном и водителем – выдвижная перегородка. Нажал кнопку и ты в собственной капсуле, вне мира с его суетой. Идеальная шумоизоляция только способствует погружению.

Мария сдвигается по сиденью вперёд и откидывает небольшой подлокотник–столик, по центру моего ряда сидений. За подлокотником скрывается дверца, которую девушка, также, тянет вниз, открывая. Заглядываю внутрь – бар! Миниатюрный, на пару бутылок вина и четыре бокала.

Маша достаёт из его недр початую бутылку белого вина, какой–то неизвестной мне марки. Открывает и наливает светлую, прозрачную жидкость в извлечённый, следом за бутылкой, бокал. Ставит полный бокал на подстаканник, в подлокотнике своего кресла, а закупоренный сосуд отправляет обратно, на его место.

Смотрю, как «повелительница Эфира», с задумчивым видом потягивает вино, периодически перекатывая в пальцах ножку бокала. Глотаю слюну.

«Вот жеж, зараза! Знает, что мне сейчас нельзя, перед обследованием, и издевается!»

Поворачиваю голову, и чтобы отвлечься, смотрю в окно. На одном из домов, красного кирпича, замечаю табличку, белым по зелёному «Madison av».

«Это мы «Гарлем» проезжаем, что ли?» – неожиданно вспоминаю я некоторые подробности топонимики Нью–Йорка. – «Куда–то на север едем?» Не угадываю. После моста через реку «Гарлем», водитель поворачивает направо и выруливает на «I–87».

Краем глаза замечаю какое–то движение на пассажирском сиденье, на котором устроилась Маша. Поворачиваю голову, и наблюдаю, как девушка, скинув свои туфли забирается на кресло с ногами, подогнув их в коленях. И, вроде ничего в этом нет особенного, если бы не пара обстоятельств. Во–первых, на ней слишком короткое, для подобных манёвров, платье. Хоть, она, на этот раз и удосужилась надеть нижнее бельё, и вроде бы, все в рамках разумного, но…, во–вторых, разглядывать её с открывающегося мне ракурса, сидя напротив, кажется слишком откровенным занятием.

Девушка замечает мои тщетные попытки не «сломать» глаза, когда я, изо всех сил, пытаюсь не смотреть в её сторону, и произносит:

– Серёж, если хочешь смотреть – смотри. Не