Дорогами алхимии - Инди Видум

присутствие ментальной угрозы от Тварей Изнанки. На первом и втором уровне таких не было, но это не означало, что на следующих такие артефакты не понадобятся. Песец пренебрежительно бросил, что в контейнерах они средненькие, но дядя предпочел сменить недоделанный от создателя Песца на средненький, но проверенный тысячелетиями. Я тоже решил постоянно носить противоментальный артефакт — двойная защита лучше одинарной. Песец даже ворчать по этому поводу не стал, признал мою правоту, а вот на Олега обиделся.

Еще в контейнере оказался неприметный рюкзак с потрясающей вместимостью (благодаря магии пространства) и куча разнообразных контейнеров. Ну и всякие вспомогательные штуки для добывания полезных ресурсов, как и обещал Песец, тоже нашлись. И амуниция с креплениями для них и оружия в комплекте.

В целом мы признали, что такие контейнеры — весьма выгодное вложение.

Глава 11

На следующее утро Зырянов приехал совсем рано, буквально после завтрака, и был полностью экипирован, хотя, конечно, его экипировка с нашей и рядом не стояла. Отметил он это хмыканьем, но спрашивать ничего не стал, и на том спасибо.

Как ни странно, маршрут мы с Олегом обсудить не успели, задумались о нем, только перейдя на Изнанку. Собственно, разницы для нас никакой не было — в прошлый поход мы добрались только до реки, а больше ничего осмотреть не успели. Поэтому в моей личной карте было только два Маяка: у места прокола и у того места, где я вытащил нимфею. А уж темных неисследованных мест хватало.

— Куда идем? — деловито спросил Зырянов.

— У реки мы были. Имеет смысл пойти в другую сторону. Может, на лес наткнемся или горную гряду, — предложил дядя. — Там будет не так спокойно, как здесь, а значит, сможем разжиться чем-нибудь новеньким.

Я тоже посчитал, что к реке без контейнера для Изнаночной рыбалки лучше не соваться, если, конечно, я не собираюсь и дальше прокачивать Целительство экзотической рыбной ловлей на живца. Оно так качается быстро, но немного экстремально, чего Зырянов не поймет.

Зырянов посмотрел направо, налево, обернулся: но везде был один и тот же пейзаж, без намека на что-то новое. Но ведь прилетали откуда-то бархатницы?

— Куда идем? — повторил он вопрос. — Если местность неизвестна, далеко лучше не углубляться. Час в одну сторону, час — на возвращение, и достаточно.

Я прикинул, откуда примерно вылетели тогда бархатницы, и предложил:

— Налево, немного наискосок. Если за час дойдем до реки, то еще там посмотрим.

В принципе, от запаса травок, которые я нашел на берегу, я бы не отказался. Они уходили только так и, в отличие от шкур изнаночных тварей, надолго в стазисном ларе не задерживались.

— Принято, — согласился Зырянов.

Двигались мы медленно, потому что время от времени я отвлекался на сбор ингредиентов для алхимии, наполняя потихоньку контейнеры. Наше движение больше всего напоминало прогулку, причем, если Олег и Зырянов двигались медленно и строго в одном направлении, то я, как щенок на выгуле, носился кругами, собирая нужные и ценные ингредиенты и используя все доступные мне заклинания по поиску.

Расслабились мы конкретно, поэтому я даже задним числом удивился, что успел среагировать, когда на меня вылетела змея, и снести ей голову. Причем вылетела она сквозь мою ногу, из норы, на которую я наступил и которую заметил уже потом. В ноге появилась дыра диаметром сантиметров в пять, из которой полила кровь, а я смотрел то на нее, то на валяющуюся рядом змею, и в голове всплывали странные мысли. «Аспид пятнистый. Используется в алхимии, кожевничестве и садоводстве».

«В каком еще садоводстве, Песец?»

«Из туловища прекрасное удобрение для яблонь выходит. Я тебе расскажу. Но потом. Раной займись, а то рассказывать будет некому».

Мне показалось, что времени с нападения и до осмотра раны прошло много, но на деле я ее уже обрабатывал, когда Зырянов и дядя до меня добежали. Антидотом я тоже воспользовался, потому что в голове начало шуметь. Один флакон я выпил, один плеснул в рану.

— Ты как? — выдохнул дядя.

— Жить буду. Только не знаю, хватит ли регенерации, чтобы дыра в ноге заросла бесследно.

— Он еще шутит. Ногу покажи! — рявкнул дядя.

А что там было показывать? Разве что безнадежно испорченную кроссовку. На самой ноге после промывания водой стало заметно, как быстро работает мой тандем регенерация-зелье. Только тут я сообразил, что змея не выгрызала кусок из ноги, а проткнула каменной твердости шипом на носу. Добралась бы до моей головы — никакая регенерация не спасла бы. В лучшем случае получилась бы та самая кома, из которой моя сила продолжила питать Владика. А нет, не продолжила бы — дядя и Зырянов без меня отсюда бы не вышли, а значит, кома была бы короткой, как и Владиковое питание.

«Он вообще до твоей силы не дотягивается, когда ты на Изнанке, — неожиданно сказал Песец. — Поэтому, когда у него занятия начнутся, нужно будет как-то ходить с оглядкой на них, чтобы не спалиться раньше времени».

«Когда у него занятия начнутся, начнутся и у меня, мне не до походов на Изнанку будет в это время».

— Вы что, в обычной обуви? — вытаращился на нас Зырянов. — Вы ненормальные?

— Мы с артефактами, — возмутился дядя. — Кстати, почему они на физическое нападение не среагировали?

— Потому что я взял только против ментала, — повинился я. — Не подумал, что тут может быть что-то опасное, а противоментальный решил вообще не снимать.

Жутко захотелось есть, но у меня на такой случай были припасены бутерброды с рыбой, умял я их, почти не чувствуя вкуса, под непрерывное дядино ворчание, что он считал меня куда ответственней, чем я оказался.

— Ты же знаешь, мне нужно, чтобы регенерация работала на полную, — напомнил я.

— У трупа она работать не будет, — заметил Зырянов. — Друзья-товарищи, так дело не пойдет. Я к вам отношусь, как взрослым ответственным людям, а по факту нужно проверять каждый пук. Илья, в следующий раз выходишь с полным набором артефактов. Можно прикупить усиленную обувь. Или хотя бы стельки. Ссылку на них отправлю. Как бы ни казалось здесь безопасно, это Изнанка, ударить может в любой момент. Прокачкой регенерации занимайся снаружи, где ничего не будет угрожать смертью.

Змею я собрал целиком, разделывать буду потом, разве что яд сцедил, потому что он мог испортить остальное.

«Кстати, целительство у