Бьёрн Магнуссон - Добрый Волдеморт

Они появились в каком-то городе, но Бьёрн тут же понял, что это Марсель, увидев вдалеке башню форта Сен-Жан.

— Куда дальше? — он нетерпеливо дёрнул Кричера за ухо.

— Этот дом! — испуганно заверещал домовик и ткнул пальцем в аккуратный особняк, возле которого они появились.

— Иди за мной, — зло приказал Бьёрн и коснулся рукой богато изукрашенной двери особняка. Его глаза сверкнули чёрным, а узорчатое полотно осыпалось жирным пеплом. На какое-то мгновение вокруг дома дрогнула голубая сфера, но потом из-под земли раздался звук разбитого стекла и всё стихло. Они прошли по коридору, и Бьёрн нетерпеливо спросил:

― Ты чувствуешь Вегу, эльф? Где она?

― Там, господин! ― выкрикнул Кричер, ощутив холодные щупальца магии на горле, и быстро засеменил вперёд.

Войдя в гостиную, они увидели трёх молодых людей, которые пили вино и весело болтали. Те сначала изумлённо уставились на незнакомого эльфа, а потом заметили мрачного как туча Магнуссона. Бьёрн быстро оглядел компанию и узнал одного из парней. В центре стола сидел его противник по турниру, белокурый чемпион Шармбатона ― Шарль Дюруа.

― Putain de merde? ― начал подниматься с кресла второй парень, видимо, хозяин дома. ― Ты как сюда вошёл, клошар? Ты кто вообще такой?

Третий волшебник презрительно рассмеялся на слова приятеля и с брезгливым любопытством осмотрел Магнуссона сквозь бокал. Тот в ответ выставил вперёд открытую ладонь. Дюруа попытался что-то сказать, но Бьёрн уже сжал кулак.

Неожиданно для всех голова французского чемпиона лопнула, как перезрелая тыква, забрызгав приятелей кровью и осколками. Тело Дюруа опрокинуло стул, забилось в посмертной судороге, стуча ногами по полу.

— Как курица! — Кричер сжался в ужасе от хлынувшей во все стороны злой магии.

Заляпанный кровью хозяин дома вскрикнул и выхватил палочку. Бьёрн перевёл на него взгляд и молча отбил сгусток «Экспеллиармуса» той же рукой. Ответный удар был быстрым словно бросок змеи.

— «Секо!» — и отрубленный кусок валится на пол с мерзким чавкающим звуком. Хозяин дома с ужасом смотрит на лежащую под ногами руку, визгливо кричит и падает лицом в лужу крови. По дороге цепляет стол и тот опрокидывается с печальным звоном бокалов.

― Чего ждёшь, Кричер? ― Бьёрн, раздувая ноздри, посмотрел на замершего в ступоре домовика. ― Быстро принеси сюда Вегу. Ты же чувствуешь, защита дома больше не работает?

Эльф исчез и тут же вернулся, левитируя перед собой тело девушки. Бьёрн перевёл мрачный взгляд на последнего француза, который истерично дёргал застрявшую в кобуре палочку.

— Не убивай, сволочь! — заорал парень, глядя, как Магнуссон вновь поднимает руку.

― Что с ней? Говори! ― прорычал Бьёрн, с трудом сдерживая желание разорвать француза на части.

— Мы ничего не делали, клянусь магией! — завопил волшебник. — Это всё Людовик, он придумал похитить мадмуазель Блэк!

Магнуссон поднял палочку и холодно произнёс: — «Легилименс!»

После чего небрежно вырвал нужные воспоминания из головы жертвы. Волшебник заорал так, будто ему плеснули в лицо кислотой. Бьёрн раздражённо два раза сжал кулак, ломая французу руки. Тот грохнулся на пол и завизжал как свинья, глядя, как осколки кости пробили кожу.

Магнуссон больше не обращал на него внимания. Он торопливо разбирал воспоминания волшебника в страхе, что девушке успели причинить вред. Жертвой ментальной магии был однокурсник Блэк по имени Жан Кавалье. Его однорукого товарища звали Людовик Резон. Они с Дюруа учились на год старше. История похищения Веги заставила Бьёрна разозлиться ещё сильнее. Резон решил соблазнить её, но девушка с презрением отвергла его ухаживания. Тогда старшекурсник пригрозил, что ещё до конца года, она сама прыгнет в его постель. В школе они не могли ничего сделать, а на каникулах девушку забрала мать. Поэтому трое приятелей ждали, когда наступит удобный момент.

Они подстерегли Вегу сразу после портального перехода, и пока Кавелье забалтывал девушку, Дюруа вырубил её заклинанием. Пользуясь чарами отвлечения внимания, они вытащили её из здания и погрузили на заднее сиденье машины. У Резонов был особняк в Марселе, сюда трое друзей и решили отвезти девушку. Планировалось накачать её «Амортенцией», чтобы она сама запрыгнула на всех троих.

Правда, найти надёжное зелье заранее не удалось, поэтому Вегу напоили напитком «Живой смерти» и держали в таком состоянии, в ожидание пока нанятый зельевар не сварит мощное любовное зелье. К счастью, как-то навредить ей они просто не успели.

Бьёрн прекратил потрошить разум Кавелье и очень нехорошо посмотрел на француза.

— Значит, вы собирались изнасиловать её втроём, да? А «амортенцией» планировали накачать, чтобы она влюбилась в вас без ума и была послушной шлюхой? Девушка из рода Блэк? Вы совсем идиоты? — пространство в комнате стало угрожающе потрескивать. Кавалье безмолвно хрипел, распятый в воздухе. Вокруг Бьёрна скачками разрасталось чёрное облако магии.

— Стой, злой волшебник! Ты сейчас навредишь маленькой Блэк! — отчаянно завопил Кричер, чувствуя, как пространство покрывается инеем.

Обуздав бушующую магию, Бьёрн передумал убивать французов сейчас, а решил использовать в очередном ритуале усиления. Взмахнув палочкой, он превратил всех троих в маленькие металлические фигурки, а потом перевёл холодный взгляд медвежьих глаз на задрожавшего домовика.

― Я ничего не расскажу! ― заметался Кричер, чувствуя на горле прохладные щупальца магии. ― Пощадите, господин!

― Ладно… ты верен Блэкам, эльф, ― преобразившиеся медвежьи глаза Магнуссона с мрачным интересом рассматривали испуганного домовика. Тот обречённо замер, чувствуя, как на горле сомкнулись тиски