Альманах «СовременникЪ» №6(26) 2021 г. (в честь 130-летия со дня рождения Михаила Булгакова) - Альманах Российский колокол

* * *

Считавшемуся долеченным Григорию предложили выслать протезы к месту убытия или ожидать их изготовления, остановившись у знакомых или родственников в Свердловске.

Родом он был из-под Ростова. Мама – донская казачка. Отец – дагестанец, осевший в донской станице и работавший кузнецом в местном колхозе.

Все родственники погибли во время войны, и возвращаться ему было не к кому.

Пришлось поселить у нас. И это в нашей-то тесноте! Когда решали вопрос о спальных местах, Гриша, несмотря ни на что не потерявший чувства юмора, сказал, что как самый короткий может спать на столе, оградившись с двух сторон спинками стульев.

Катя спала под столом на ватном госпитальном матрасе.

Протезы были готовы к первому декабря. Две недели ушло на привыкание к ним, оформление брака Кати с Гришей и документов для отъезда в Ленинград, где, к счастью, сохранилась наша довоенная двухкомнатная квартира.

Что было потом? Была долгая и счастливая семейная жизнь двух любящих сердец, любимая работа, любимые дети, мои внук и внучка.

Они живут в новом районе, одном из тех, что называют спальными, и у меня появились трое правнуков.

После нескольких минут задумчивой тишины услышал:

– Ты не опоздаешь в столовую?

– Думаю, нет, – соврал я, посмотрев на часы.

Доктор вышла из-за стола, пригласила следующего, а я, оставшись без обеда, поспешил к своему рабочему месту.

Июнь 2020 г.

Случай в Мукачево

Мне давно хотелось в Закарпатье. И наконец повезло. Выезжать нужно было срочно, и по расписанию получалось так, что поезд в Мукачево приезжал в пятницу. А если за один день не удастся выполнить задание? Решили, что возвращаться буду по обстоятельствам: в понедельник или во вторник.

Думаю, кому приходилось ездить в командировки, тот знает, как не хочется задерживаться на выходные в чужом городе, когда не знаешь, чем себя занять. Но если в городе или в том месте, куда приехал, есть что посмотреть, то остальное уходит на второй план. Во Львове, например, пришлось задержаться даже на праздничные ноябрьские дни.

В ту поездку мне удалось поселиться в историческом центре города. Гостиница называлась «Першотравневая» и находилась на улице Першотравневой (Первомайской).

Улочка была узкая и имела одну особенность. Трамвайные пути почему-то находились рядом с пешеходными тротуарами по обеим сторонам улицы, а машины ехали посредине улицы, правда, в одном направлении.

В праздничные выходные центр города я обошёл пешком. Обнаружил две картинные галереи на одной улице. Одна была посвящена русскому художественному искусству, другая – украинскому. В украинской увидел живопись тогда мне неизвестного интересного художника Семирадского. Позже его картины видел в Харьковском художественном музее.

Побывал в музее «Арсенал» на выставке холодного оружия от древних времён до самых последних образцов. Каждый вечер ходил в католический кафедральный собор слушать орган.

В знаменитый Львовский оперный театр, к сожалению, билет купить не удалось.

О поездке во Львов вспоминал, укладываясь спать на нижней полке вагонного купе. Обычно во всех поездках приходилось забираться на верхнюю полку.

В поездах по утрам стараюсь встать пораньше, чтобы избежать нетерпеливой очереди в туалет.

Приведя себя в порядок, вышел покурить в тамбур. Поезд двигался медленнее, чем вчера, и тепловоз, казалось, неохотно тащил за собой эти, словно надоевшие ему, зелёные коробки, наполненные пассажирами. В тамбуре был ещё один курильщик.

– В туалете окно ещё опущено для проветривания?

– Да. А что?

– Советую возвратиться туда и выглянуть через него. Думаю, вам будет интересно.

Так и сделал. Я посмотрел в открытое окно, высунул голову наружу и крутил ею то в одну, то в другую сторону. Наш вагон был сразу за вагоном-рестораном в середине состава, и я видел одновременно и тепловоз, и последний вагон.

Состав выгнулся дугой, железнодорожным серпантином поднимаясь по склону горы к перевалу. И последний вагон был заметно ниже тепловоза.

«Вот и Карпаты», – подумал и продолжал бы и дальше смотреть на зелёные вершины Карпат, но в дверь нервно стучали очередники с полотенцами и мылом в руках. Чувствуя спиной раздражённые взгляды переминавшихся с ноги на ногу пассажиров, я вышел из туалета.

– Не подскажете, как называется гора, на которую поднимается поезд? – спросил у проводника, заглянув в его купе.

Проводник завтракал. Он, очевидно в раздумье, неторопливо дожевал бутерброд с колбасой, запил глотком чая из стакана в традиционном металлическом подстаканнике и только после этого, посмотрев на меня, ответил:

– Про гору не знаю, а перевал называется Верецкий.

* * *

В Мукачево поезд прибыл в удобное для меня время. Не настолько рано, чтобы не выспаться, и не так поздно, а как раз так, чтобы устроиться, принять душ, перекусить и успеть на предприятие – цель командировки.

Город небольшой. Первый встреченный мной горожанин показал, как пройти к гостинице, и я пошёл пешком. Последняя декада октября, а тепло было, как у нас в конце августа, и солнечно.

В Мукачево буйствовали осенние краски. Листья на деревьях, которых в городе было так много, что за ними скрывались даже трёх-, четырёхэтажные здания, окрашены были самыми невообразимыми оттенками жёлтого, оранжевого и багряно-красного.

Хорошо, что взял в поездку фотоаппарат, заряженный цветной позитивной плёнкой. Могут получиться отличные слайды. Решил, что задержусь в командировке до понедельника и выходные дни проведу в этом городе.

В субботу с утра гулял с фотоаппаратом по улицам. Вокруг было так красиво, что всё хотелось запечатлеть на плёнке.

Проголодавшись, зашёл в местную столовую – «едальню». В едальне ел вкусное тушёное мясо в горшочке, запечатанном пампушкой, и решил, что, пока в командировке, только в ней и буду обедать.

После обеда направился в южную часть города, где увидел на высокой горе сооружение явно крепостного типа. Пошёл в ту сторону и на дороге, поднимающейся к вершине, присоединился к небольшой, человек десять, экскурсии.

Экскурсантами были школьники старших классов, как они мне сказали, члены исторического кружка. Экскурсовод говорил на украинском языке, но я понял, что мы поднимаемся на гору Замковую к средневековому замку, который называется Паланок.

Я двигался вместе с экскурсией, не всегда понимая, о чём идёт речь. Когда отстал от них, засмотревшись через крепостную амбразуру на открывающийся вид с речкой внизу, какими-то строениями с церковью посредине на другом берегу и зелёным противоположным берегом, полого поднимавшимся к подножию горы, кто-то положил руку на моё плечо.

– Вы не местный?

– Я из Ленинграда. Приехал в командировку, да задержался на выходные.

– Очень люблю ваш город. Знаете, а вы и не догоняйте свою группу. Я