Шесть цифр - Vladarg Delsat

В этот день на территории Британии было особенно дождливо. Что-то почувствовавшие маги озадаченно косились на хмурое, будто с угрозой глядевшее на них небо. Молнии, сорвавшиеся с почерневших туч, били по манорам и Хогвартсу, а над тучами, вне видимости магов торжествующим белым светом наливалась Печать Соломона, готовясь запечатать Магию на Островах. Вот еще одна молния ударила прямо в землю, рассыпался прахом прямо во время речи Лорд Волдеморт, принялись исчезать домовики и заскрипел Хогвартс. Имеющий право требовать маг пришел покарать покусившихся на детей народа, которых он принимал своими. И Магия подтвердила это право.

Мучившие полукровку слизеринцы вдруг оказались на руинах, причем магии будто бы уже не было. Лежавшая без сознания девушка, с которой собирались совершить непотребство, привлекла внимание других учеников и поборникам «чистой крови» пришло время платить. Побоище было зафиксировано пролетавшим неподалеку полицейским вертолетом, вызвавшим поддержку. Теперь бывшим магам предстояло находить общий язык с ненавидимыми или «магглами» ибо они и сами таковыми стали.

Коэн удовлетворенно опустил руки. Поднявшие руку на дитя его народа, были наказаны.

Глава 14

Появление Луны дало дополнительный стимул к восстановлению. Именно забота о девушке дарила осознание своей нужности не только, как близкого человека, потому что мисс Лавгуд вцепилась и в Гарри, и в Гермиону. Беловолосая девушка чувствовала в обоих что-то близкое ей, возможно, это было опытом того, через что прошли молодые люди, но больше всего Луне нравилось, когда ее обнимала и гладила Гермиона.

Появление могущественного мага в посольстве Гарри пропустил, только почувствовав затем что-то вроде радости освобождения, как будто встретил кого-то знакомого, но не осознал этого. Наложение Печати не задело территорию посольство, хотя все трое молодых людей за свою магию и не держались. Им было достаточно ощущения тишины и безопасности.

Мисс Лавгуд все порывалась начать есть с пола, но Гермиона медленно перебарывала это желание, кормя Луну с ложечки, а Гарри с тоской думал о том, сколько же бед принесли проклятые эсэс.

— Давай еще ложечку скушаем? — уговаривал Гарри захандрившую Луну.

— А что со мной будет? — тихо спросила девушка. — Я же… У меня никого нет.

— Будешь мне сестренкой, — хором произнесли Гермиона и ее жених. Потом переглянулись и засмеялись, а Луна просто переводила взгляд с одного на другого, не в силах поверить в услышанное.

— Вы… Вы так шутите? — удивилась не ожидавшая подобного мисс Лавгуд.

— Нет, маленькая, — обняла ее Гермиона. Прижав к себе Луну, девушка с очень короткими волосами погладила ее по голове, отчего мисс Лавгуд тихо заплакала.

В это время дверь открылась, в комнату заглянул Зеев, улыбнувшись сидевшим в обнимку подросткам. Этот день был непростым, ибо в посольство пришел тот, кто считался умершим от старости. Оказавшись могущественным магом, Коэн объяснил, почему поступил именно так и зачем ожил, а потом попросил привести к нему настрадавшихся детей.

— Гарри, Гермиона, Луна, пойдемте со мной, — негромко попросил раввин. — С вами хотят поговорить.

— Хорошо, — кивнул юноша, расцепляясь с девочками и поднимаясь с кровати. — Только Лунушку нашу оденем.

— Я подожду за дверью, — понятливо кивнул Зеев.

— Гарри, не отворачивайся, — попросила Луна. — Мне нечего уже стесняться…

Было в этой фразе столько от лагеря, что Гермиона, не сдержавшись, всхлипнула, но потом просто молча протянула Гарри расческу. Длинные, настолько белые, что в них терялась седина, волосы Луны нуждались в расчесывании. Гарри отлично с этим справлялся, отчего луна просто закрывала глаза, вызывая у Гермионы тихую надежду на то, что когда-нибудь жених также бережно будет расчесывать и ее.

Пока Гарри приводил в порядок волосы беловолосую девушку, Гермиона помогала той переодеться. За время, прошедшее с момента похищения, а может не только поэтому, но луна совершенно оказалась непривычной к белью, которое на нее приходилось надевать. Гарри не очень понимал, как это возможно, ведь после лагеря это было так прекрасно, но, видимо, они не все знали о названной сестре.

Довольно быстро справившись с переодеванием, Гермиона взяла Луну за руку, на что та улыбнулась. Ходить, держась за руки, мисс Лавгуд очень нравилось. Она будто чувствовала себя намного уверенней, ощущая ладонь своей названной уже сестры.

— Гарри, мы готовы! — сообщила Гермиона то, что юноша уже видел и сам. Улыбнувшись, он пригласил девушек на выход.

— Готовы? Хорошо, — кивнул Зеев, ведя за собой подростков. — Ничего не бойтесь, — привычно предупредил он.

Раввин думал о том, как изменилась его жизнь с тех пор, когда он встретил этих детей. Задумавшись о том, что испытания Всевышнего могут быть очень разными, мужчина шел по коридорам посольства. Зачем Коэну нужно встретиться с детьми, Зеев предполагал, не зря же ингеле стал таким именно под влиянием этого мага. Правда, что забыл могущественный маг в концлагере, раввин даже представить себе не мог. Далеко не обо всем он был информирован.

Наконец, все четверо достигли большого конференц-зала, в котором обнаружилось с десяток человек. Первыми вошли девушки, за ними двигался и юноша. Коэн, разговаривавший с консулом, внезапно прервал разговор, медленно повернувшись в сторону вошедших. И тут… Гарри увидел этого человека.

— Леви? — будто не веря себе, спросил юноша. — Леви, это ты? Леви! — закричал он, со всех ног бросаясь к магу.

— Здравствуй, ингеле, — поймал Гарри Леви Коэн. — Ты совсем не изменился…

— Леви… Живой… — глядя на эту сцену, Гермиона и Луна начали всхлипывать.

— Леви спас Гарри в лагере и помог спасти меня, — тихо объяснила беловолосой сестре она. — Но он такой молодой…

— Я маг, дети, — вздохнул Коэн, подходя к девушкам. Он внимательно посмотрел на Луну, нахмурился и положил руку на голову беловолосой девушки.

— Что-то не так? — поинтересовался Гарри.

— Тепло… — прошептала мисс Лавгуд.

— Именем Соломона повелеваю тебе принять свой истинный вид! — громыхнул голос мага, в следующий момент Гермиона вскрикнула — образ стек с Луны, будто смытый потоком воды, а девушка изменилась, став почти копией названной сестры.

— Что это? — удивилась Гермиона.

— Твоя сестра, — коротко ответил Леви, разглядывая получившуюся девушку. — Твоя