Вакагасира. Том 2 - Олег Николаевич Борисов

— Так я не одна ими занималась!

— Проставишься тем, кто помогал. Можешь подарки сделать или деньгами отдашь, сами разберетесь. Главное — думай о важном. Байки, клеймо и твоя мастерская — это серьезно. А с будущими женами я разберусь, поверь мне.

— Все, поняла. Домо аригато, что объяснили. Просто боялась вам проблему создать.

— Проблема будет, когда мою рожу на билбордах в центре Токио влепят, грозились уже. Вот тогда от идиоток отбоя не будет, это точно… Все, удачи. Пойду дальше мучаться.

Вернувшись в класс устраиваюсь на месте, разглядываю два новых листка с мешаниной цифр. Вот и обещанные задачки.

— Все нормально, Тэкеси-сан?

— Абсолютно, Абэ-сэнсей. Двух жен сразу подогнали, попросили за ними место забить. Чтобы как только официально совершеннолетие стукнет, так сразу начал гарем набирать.

— Так тебе еще четыре года до этого, — удивляется учитель.

— Тут есть тонкости. Если опекуну кто-то сильно понравится, может и после восемнадцати благословить.

— Какой ужас, — соглашается со мной Абэ-сэнсей. — Надеюсь, ты понимаешь, что тебе пока рано о подобном думать. Ты еще даже школу не закончил.

— Полностью с вами согласен. Я же еще почти девственник, у меня даже приличной групповухи не было.

Прокашлявшись, учитель достает еще несколько листов и кладет мне на стол.

— Вот, делом займись. А то один ветер в голове. Весна, я понимаю. Но математика превыше низменных инстинктов.

— Хай, Абэ-сэнсей. Когда все надоест, уйду в монастырь, буду постигать высшие сферы. Интегралы и прочий ужас.

Когда урок закончился, ко мне подруливает Широ Такаги, с которым у нас потихоньку после его дня рождения снова начали налаживаться отношения.

— Гарем? Серьезно? Колись, где ты уже успел кандидаток набрать?

— Не поверишь, Широ-сан. Исключительно по личным рекомендациям. Болит у друзей за меня сердце, стараются в хорошие руки пристроить. Надо будет в клубе грязевую ванну поставить, бои организовывать. Говорят, у гайдзинов очень популярно. Заодно кандидаток проверим в деле.

Когда спускался по ступенькам к припаркованной в углу двора машине, меня нагнала Эйко Хаяси.

— Тэкеши-сан, а про жен ты шутил? Ну, что тебе уже кандидатуры подбирают?

— Шутил, конечно. Сама подумай, зачем школьнику жениться? Я же пока никто и звать меня никак. Вот устроюсь после университета на работу, займу должность младшего ответственного за уборку кабинетов, тогда уже можно на эту тему задуматься.

— Трудно с тобой. Никогда нельзя поймать, когда говоришь серьезно.

— Серьезно?.. — Притормозив, разглядываю девушку. В целом я ее понимаю. Хотя чувства не разделяю. Мне рассказали, кто приходил в госпиталь, когда полудохлую тушку пытались реанимировать. И если с подругой все ясно, то вот зачем это милое создание навещало — вряд ли сама объяснить сможет. Грустно другое — это Тэкеши могло быть интересно в первую любовь поиграть. А у меня кроме подростковых гормонов башка-арифмометр и холодный цинизм бездонный. — Наверное, нам когда-нибудь нужно будет серьезно поговорить, Эйко-сан. Потому что выдуманный тобой образ рыцаря на белом коне с действительностью никак не совпадает. Будет очень грустно разочароваться в будущем.

— Наверное, мне самой надо решать, что делать, а что нет.

— Наверное. Но я тебе одно скажу: нет у меня жен. И долго еще не будет. Подруга есть, может позже от ворот поворот даст, придется другую искать. Но жена — это совсем другое. Это надо не просто, чтобы две души в унисон пели. Это надо, чтобы на всю жизнь. Иначе я не умею. Сейчас не готов так, не нагулялся еще…

Улыбнувшись, помахал на прощание и потопал к распахнутой двери. Честно говоря — из головы разговор практически сразу выбросил. Потому как у меня сейчас еще по плану обед, затем разбор планов на будущее издательство и вечерняя пьянка. А к ней надо еще подготовиться. Кстати, на дверях клуба вроде объявление должны вывесить, что дискотека сегодня заканчивается ровно в восемь, без каких-либо “попляшем еще”. Затем — клуб на клюшку и дым коромыслом исключительно для своих. Вроде как “Тануки Чибо” собирались подъехать, хоть в живую с их лидером познакомлюсь. И еще по два-три человека от разных банд. Под это дело весь склад пивом забили. Оттянемся.

***

Когда зашел внутрь, первым делом заглянул в комнатку на первом этаже, где мой хакер себе место оборудовал. Если Ясуо Кодзима был не в айтишном офисе, то сидел в крохотной каморке, почти у самого выхода на задний двор. В углу у него стояла огромная стойка, забитая плоскими “лезвиями” серверов, мигая лампочками. Над столом шесть огромных дисплеев, на которых постоянно крутились какие-то цифры, схемы и графики. Сбоку еще два дисплея вертикально — туда он гнал картинку с камер, установленных вокруг клуба и внутри. Любил краем глаза смотреть, что происходит в окружающем мире. Ну и шкафы, на полках которых свалены диски, флэшки, провода и прочий полезный компьютерный мусор.

— Бряк-бряк, медведь пришел. Как с моей просьбой, Ясуо-сан?

— Вон, на тумбочке. Еле успел.

— Гомен-насаи, я в последний момент успел сообразить. Может, в самом деле твою сестру попросить основные мои дела разгребать? Зашиваюсь, голова пухнет.

— Да ладно, я все понимаю. Хвосты я там подчистил, как и обещал. Так что — все тут.

Я открыл папку, аккуратно пролистал прошнурованные листы и удовлетворенно кивнул:

— Более чем. Не представляешь даже, какую штуку мы с тобой в качестве подарка забабахали. Ладно, вечером посмотрим.

— Насчет Кеико… Надеюсь, ты ее не обидишь, если к себе работать возьмешь. Она все, что у меня есть.

Я наощупь нашарил ближайший табурет и сел на него.

— Эй, Ясуо-сан, я пошутил. Ей всего тринадцать. Рано ее в такие игры впутывать. Прекрасно понимаешь, чем мы на пару занимаемся. И как мне прилететь может. Если не дай бог рядом будет, ее же на ленточки