Мы на плечи взвалили - Владарг Дельсат

Часть 17

Пока Гермиона решала проблему «обнять родителей, не отходя от Гарри», к Стасу подлетела сова со свежей газетой. Заинтересовавшись, товарищ капитан вчитался. Новости были ожидаемыми, особенно учитывая все произошедшее, поэтому Стас решил отвлечь Гермиону:

— Мио! — позвал он, входя в канал связи, чтобы быть услышанным всеми. — Блэк, оказывается, в тюрьме не сидел, несмотря на то, что находился в розыске. Интересно?

— Ожидаемо, — ответила бледная девочка.

— Здесь Зая, мы что-то подобное предполагали, когда не нашли крысу, помнишь? — отреагировала Ленка.

— На допросе он сознался, что убил Лили Поттер по приказу, — продолжил Стас. — По чьему — ответить не смог, его обет убил. Так что у меня одним кровником меньше.

— Это значит, что темный лорд твою маму не убивал, — сделала простой вывод Гермиона, обняв Стаса. — Но как же тогда он прошел под Фиделиус?

— Это если Фиделиус был, — резонно заметил Стас. — То, что у нас директор нам не друг, по-моему, и так понятно.

— Здесь Вяз, — послышался голос Виктора. — Тогда нужно ждать ответных ходов от директора.

— Судя по газете, директор очень сильно занят, — хмыкнул товарищ капитан. — И это нам на руку. Скоро Рождество… сами понимаете. У вас новости есть?

— Есть у нас новости, есть, — каким-то очень усталым голосом ответил товарищ лейтенант. — Придем — расскажем.

— Значит, это другой мир? — поняла Гермиона, становившаяся рядом со Стасом нормальной думающей девочкой, а не дрожащим организмом.

— Значит, — кивнул Стас. — Давай с твоими поговорим, — напомнил он ей и, повернувшись к Грейнджерам, попросил: — Расскажите, пожалуйста, что произошло.

— Мы пришли, — задумчиво начал мистер Грейнджер. — Сидели, пили чай, тут в дом ввалились какие-то странные, начали избивать, нацепили наручники, и дальше я не помню.

— Они меня… Хотели меня… Но сказали, что по дороге… — проговорила сильно дрожащая миссис Грейнджер. — Потому что все равно нам не долго.

— То есть собирались убить, как только в их руках оказалась бы Гермиона, — сделал вывод товарищ капитан. — Интересно, зачем она им… Кроме того, похоже, отпускать ее живой в их планы не входило. Ничего не понимаю.

— Сейчас мы вернемся, поймешь, — прозвучало в канале связи. Голос Ленки был каким-то многообещающим и очень злым.

— Настолько плохо? — спросил Стас.

— Было бы куда хуже, — вздохнула девочка. — Еще и откуда-то течет в Хогвартсе. Но причину исчезновения магглокровок мы нашли.

Гермиона смотрела на маму, которую прижимал к себе папа, но почему-то опасалась подойти к ним. Поняв, что родителей похитили для того, чтобы выманить ее, девочка вмиг вообразила себе: родители ее сейчас возненавидят из-за пережитого, ведь это она виновата. В груди потяжелело, закружилась голова, Гермиона задрожала, что сразу же почувствовал Стас, прижавший девочку к себе.

— Ну что опять? — тихо спросил он Гермиону. — Что случилось?

— Они… они… возненавидят… из-за меня… — девочке было трудно дышать и говорить, голова кружилась все сильнее. Товарищ капитан развернулся, укладывая Гермиону на диван. К нему метнулся мистер Грейнджер, но девочка что-то пискнула и потеряла сознание.

— Просыпайся, — похлопал Гермиону по щекам Стас. — Вообразила, что вы ее теперь возненавидите.

— Ох, ребенок, — вздохнул мистер Грейнджер, глядя на то, как мальчик выдает какое-то явно волшебное лекарство дочери, в глазах которой буквально огнем горят ужас и паника. — А вот это уже плохо, — проговорил он, увидев разливающийся цианоз. — Подложи ей пару подушек под голову.

Подложив подушки и попросив мистера Грейнджера отойти чуть в сторону, Стас добился прекращения слезоразлива и практического исчезновения синевы. Но стоило Гермионе начать нормально дышать, она попросила позвать папу. И вот когда девочка что-то сказала своему отцу, Стас увидел, что «волосы дыбом» действительно встречаются в природе. Мужчина был шокирован, что-то объяснял ребенку, отчего та отвернулась и снова расплакалась.

— Она попросила ее побить, чтобы пошла кровь, — объяснил мистер Грейнджер. — Чтобы мы ее простили, но она-то тут при чем?

— И вы ей прямо сказали «нет»? — понял товарищ капитан.

— Ну а как иначе? — удивился мистер Грейнджер.

— А Гермиона решила, что шанса на прощение нет и вам просто противно, — покачал Стас головой, отправившись успокаивать девочку, рядом с которой уже сидела Луна, а мистер Грейнджер от такой интерпретации застыл на месте, беспомощно взглянув на миссис Грейнджер.

* * *

Похитителей будили по одному, в целях эффективности допроса. Молли предложила приложить пыточным, но Ленка вспомнила, что за него бывают неприятности, а неприятностей маме она не хотела, поэтому просто кивнула Вите. Лейтенант Рязанцев допрашивать умел, но, разумеется, не любил, поэтому, попросив у мамы Молли несколько игл, приступил. Через минут десять водитель микроавтобуса, плача от боли, рассказывал все, что от него требовали, но многого он не знал.

— Я возил только взрослых по адресу… А потом забирал мешки. Да, разумеется, я покажу, где они… Вот он старший…

— Мама, выруби этого, — устало попросил Витя пораженную быстротой допроса Молли. — Займемся старшим.

— То есть, родителей они убивали, — заключила Ленка. — При этом ссылаются на секретную службу, но документы у них всех странные, хоть и однотипные.

— У одного удостоверение контрразведки, но фальшак, — заметил Виктор. — Есть некоторые признаки…

— Но не маги, — проговорила девочка, аккуратно записывавшая показания. — Получается, лаборатории?

— Лаборатории не могут висеть в воздухе, — ответил товарищ лейтенант. — Давай следующего… Как же я этого не люблю, слов нет.

— Угу, — кивнула девочка, палочкой перемещая следующее тело. — Хорошо, что магия все жучки убила.

— Это точно, — кивнул офицер. — Ну, начали, Эннервейт.

«Старший» знал намного больше, правда, делиться не хотел, поэтому получил все, что знал и умел Витя, а потом даже больше. Молли смотрела на происходящее большими круглыми глазами, отлично понимая, что при таких методах допроса сломается кто угодно. Тут она вспомнила об Веритасеруме, рассказав о нем Ленке, что сразу же загорелась идеей, попросив маму принести, если есть.

К сожалению, Веритасерум, похоже, предназначался только для магов, потому что один из неопрошенных, обозначенных водителем как «силовое прикрытие», от трех капель затрясся и испустил дух. Ленка пожала плечами.

— Значит, не получится, — произнесла она. — Продолжай, Вяз.

Забывшись, девочка проговорила эти слова по-русски, причем допрашиваемый явно понял, что это за язык. Его глаза наполнились ужасом, он весь задрожал, а волосы начали седеть.

— Я все скажу! Все скажу! — закричал доселе державшийся мужчина, названный «старшим». — Отродья доставляются в исследовательский комплекс!

— А родители? — поинтересовалась Ленка.

— Родителей утилизируют, отродья все равно довольно быстро следуют за ними, — уже тише проговорил «старший».

— Почему вы так называете детей? — спросила девочка.

— Они не дети, это отродья дьявола, и мы должны знать, как они устроены! — закричал мужчина.

— Фанатики, — заключил Виктор. — Инквизиция какая-нибудь, что ли?

— Слишком все как-то… — проговорила Ленка. — Но фанатиков надо учитывать, это ты прав.

— Где находится центр? Какая там охрана? Сколько взрослых, сколько детей?

Допрос шел дальше, труднее всего было Молли Уизли, которая желала сейчас разобрать этих магглов на запчасти. Выяснилось, откуда узнавали о таких детях. «Старший» не знал конкретных личностей, но видел сову, принесшую что-то в лапах, а это, в свою очередь, могло означать и вмешательство мира Магии.

— Как ты думаешь, маг просто сливает информацию или же… — задумчиво поинтересовалась Ленка.

— А какая разница? — удивился Виктор, считавший, что и в том, и в другом случае мага нужно утилизировать.

— А разница… разница в персоналиях, — объяснила разведчица. — Если просто сливает, то может быть кто угодно, а вот если руководит — то круг подозреваемых намного меньше. Ладно, утилизируй этих и пошли к остальным, будем думать.

— А русского-то он как испугался, — хмыкнул товарищ лейтенант. — Тоже надо учесть.

* * *

Гермионе дали зелье «сна без сновидений», потому что к таким новостям она была точно не готова. Мистер Грейнджер посмотрел на супругу и кивнул, отчего мама и дочь теперь спали