Отпрыск рода Орловых. Том 4 - Dominik Wismurt

Это что, он решил нас запугать?

Не выйдет. Сами с усами.

— Сначала еще доказать нужно, что мы прячем некроманта.

— Докажем, уж будьте уверены. А вы чего встали? Я же сказал осмотреть дом! — рявкнул главный нюхач на коллег, и те ломанулись к лестнице, но так и застыли на середине пути.

— Добрый День, господа, — послышался сверху властный голос.

Даже я вздрогнул от неожиданности и вскинул голову, тут же устремив взгляд на стоящую у спуска женщину.

Подольская Стелла Яковлевна собственной персоной величественно начала спускаться вниз, глядя прямо на представителей законопорядка.

Я, честно говоря, даже открыл рот, не в состоянии сдержать удивление. Каким образом у нее получилось встать на ноги? Как женщина вообще смогла подняться с постели, не говоря уже про все остальное?

Даже не представляю, чего ей стоило подобное представление, и сколько сил потребовалось, чтобы не выдать свою слабость.

Заметил, как подрагивала ее рука, которой женщина держалась за перила и как побелели пальцы от крепкой хватки на мореном дубе.

Малюков с Василием инстинктивно попятились назад.

— Артемий, не ожидала тебя увидеть, — обратилась проректор к главному в паре нюхачей, — Опять химер ловишь?

«Волевая женщина. Даже голос не дрогнул», — восхитился я.

— Стелла, ты здесь какими судьбами? — в голосе нюхача сквозила растерянность, мужчина сглотнул и напряженно уставился на Подольскую.

— В гости приехала. Шел бы ты отсюда, Темушка, нечего приличных людей под плаху подводить.

— Так, зомби… Сама понимаешь, вызов… Протокол обязывает.

— Засунь свой протокол куда подальше или подотрись им, — рявкнула Подольская, — Сказала же, тут некромантов нет! Могу присягнуть, если потребуется. Не веришь? — в голосе Стеллы Яковлевны прозвучала сталь.

Артемий почесал затылок и усмехнулся.

— Ну, нет — так нет. Малюков, уходим.

— Что? Как вы можете? Это все он! Он виноват! Арестуйте его! — завопил Василий, указывая на меня.

— Хватит! — рявкнула Стелла, — Я не потерплю подобного отношения к моим друзьям, — Лукьянов, забирай этого идиота, иначе я за себя не отвечаю, — взгляд женщины не сулил ничего хорошего.

Даже я передернулся. Да ну нах, спорить с такой женщиной себе дороже.

Нюхач видимо решил также, поэтому подтолкнул служивого в спину, направив в сторону двери.

Я бы еще пинок дал для ускорения, жаль, что нельзя.

Перед самым выходом Артемий обернулся, и внимательно посмотрев на Подольскую, нахмурился, словно о чем-то вспомнил, а затем хлопнул себя по лбу и изумленно вытаращил глаза.

— Стелла, где твое кресло? Ты снова ходишь?

— А-ха-ха, только заметил?

— Да как-то… Ох… Что-то я… Очень рад за тебя, — наконец выговорил он слаженную фразу.

— Тема, давай не сейчас. Позвони мне через пару дней. Есть информация.

Нюхач посерьезнел и утвердительно кивнул.

— Сделаю. Ты… Это… Береги себя.

— Обязательно. Ты тоже не лезь на рожон.

Как только за Артемием и его коллегами закрылась дверь, Стелла начала съезжать по перилам.

Я предполагал нечто подобное, поэтому сразу оказался рядом с женщиной, успев подхватить на руки.

Долго она продержалась. Я не переставал удивляться, как она сумела подняться с постели и встать на ноги, не говоря уже о ходьбе и удержании себя в вертикальном положении столь длительное время.

— Макс, чем могу помочь? — поинтересовался Антон Ивлеев.

— Съезди за Рабашским, если не сложно. Чувствую, половина лечения, которое вчера провели — насмарку. Нельзя ей было вставать.

— Понял. Уже еду.

— Олеся, Надежда, — обратился к женщинам, — Если появится Саврасов, пусть ждет в моем кабинете, у меня к нему накопилось очень много вопросов.

— Сделаем.

— Где мальчишки?

— С Шурой.

— Надеюсь, она догадалась вывести их через черный ход. Найдите их. Сергея тоже в мой кабинет. Будет в меня серьезный разговор с этими двумя, если воспитатель и воспитанник ничего не поняли с первого раза, придется повторить. Не хотят по-хорошему, будет по-плохому.

Удивительно, но Стелла очнулась еще до того, как я успел донести ее до постели.

— Максим?

— Лежите, — проворчал я, не зная, то ли отругать женщину за своеволие, то ли поблагодарить за спасение.

А ведь она реально сегодня нас спасла. Если бы не присутствие Подольской, боюсь предположить, чем все закончилось.

— Спасибо вам, Стелла Яковлевна, — произнес я, поправляя одеяло.

— Не стоит. Это я должна вас благодарить. Вы проделали невероятное. Я впервые за очень долгое время сумела встать на ноги, — на глазах женщины выступили слезы, — Максим, ты не представляешь, что это для меня значит, — Подольская сбивалась с «вы» на «ты». Не в силах определиться.

— Можно не выкать, не в академии, но вставать все же не стоило, как-нибудь сами бы справились. Половину наших с Семеном Семеновичем трудов в унитаз смыли, — покачав головой и пуская диагност, проворчал я, — Рано вам еще бегать. Постельный режим и никакого своеволия.

— Суровый, — усмехнулась Покровская, — Как прогнозы? — поинтересовалась женщина после того, как я закончил обследование.

— Положительные. Не переживайте, сказал же — вылечим, значит так и будет.

Стелла Яковлевна искреннее улыбнулась. Если при нашем предыдущем разговоре она была полна скептицизма, то теперь не сомневалась ни капли в моих словах.

— Максим, — нахмурилась женщина, словно вспомнила что-то неприятное, — Последнее, что я помню, это как пыталась остановить Илью, а потом полный провал. Что произошло в парке после того, как я потеряла сознание?

— Оо-оо, это было феерично, — ответил с улыбкой, внутренне отпуская напряжение, ведь точно не знал, что именно запомнила проректор о нашем бое с «бессмертным».

Я подозрительно посмотрел на Подольскую.

Точно не помнит?

На первый взгляд, после столкновения с ублюдком, женщина находилась в беспамятстве, но чем Смерть не шутит, вдруг смогла прийти в себя на какое-то время и увидеть происходящее.

А посмотреть было на что…

Особенно на то, как мое тело рассыпалось прахом, а затем вновь собиралось вместе; да и практически отрубленная голова Ильи Генриховича, за считанные секунды приросшая на место — не тема для обсуждения, во всяком случае в данный момент.

Конечно, можно было бы все свалить на галлюцинации в результате истощения организма и полученную травму головы, но вряд ли Подольская купилась бы на подобную чушь — слишком умна.

Прежде чем