На Юго-Восток через Северо-Запад - Александр Александрович Владимиров

Я вышел из комнаты, прошел по коридору на кухню, умыть лицо. Там уже все варилось, кипело и жарилось. Анатолий сидел за столом, вальяжно раскуривая сигарету и потягивая из полулитровой банки чифирь. Надя, его жена, стояла у плиты и жарила рыбу, сильный запах которой хоть как-то перебивал стоящую от трупов крыс вонь.

–Ох, б****! – сетовал Анатолий. – Вроде сразу же убрали сдохших крыс, а все равно воняет!

Если верить рассказам Анатолия, он учился на инженера, после чего, волею судеб, четырнадцать лет мотался по колониям. Надя была уборщицей в доме молодежи. Также у окна, словно статуя, стояла тетя Нина и тоже курила. До выхода на пенсию, она была школьным учителем – история и обществознание, и очень часто рассказывала, как ездила вместе с детьми на картошку в совхоз.

–О, доброе утро, Вовка! – произнес Анатолий, увидев меня в коридоре. – А я тебя чего-то и не видал… Ты как пришел вчера днем, так и не выходил из комнаты.

–Да, просто занят был, – ответил я, подойдя к раковине. – Переводил там по работе.

–А ты уже работаешь? Ты ж еще студент!

–Ну, я беру кое-какие переводы, которые по силам. Все равно экзамены уже все сданы, сессия закрыта.

–Да-да… Нет, ну правильно, чего… Мамке с папкой жизнь облегчаешь, осознаешь цену деньгам…

–А сколько получаешь-то? – улыбнувшись, спросила Надя, переворачивая рыбу на сковородке.

–По-разному, зависит от сложности текста. Ну, вот сейчас за технический текст пять пятьсот заработал.

–Еб твою мать! – крикнул Анатолий. – Это ж такие деньги! Н**** себе! Да это, я тебе скажу, Вова, в сегодняшней ситуации в стране… Для студента, отлично!

–Правильно, Вовочка! – хриплым голосом сказала тетя Нина. – Молодец! А куда дальше?

–Ну, дальше в магистратуру…

–В Ленинград или в Москву?

–Скорее всего, в Питер.

–Ой, хорошо! А потом докторантура, диссертация…

–Посмотрим, я так далеко не заглядываю, – застенчиво улыбнувшись, ответил я.

–Посмотрим – сказал слепой, как безногий плясать будет, – задумчиво произнесла тетя Нина и пошла к себе в комнату.

Раздался звонок в дверь. Анатолий сразу встал и пошел открывать. Я двинулся за ним, ведь вино я так и не купил. Он открыл дверь, и я услышал знакомый голос, доносившийся из подъезда.

–Вову? – спросил Анатолий. – Да, здесь он. Вовка! Тут к тебе.

–Да, спасибо, уже понял по голосу.

–Закроешь тогда?

–Да, конечно.

У двери стоял мой приятель с журфака – Петя Белов. Вид у него был потрепанный.

–Привет, – начал он. – Куда-то собираешься?

–В данный момент за вином, а что такое?

–Тебе хана, Володя, и я не знаю, как тебе помочь.

–Ладно, но это не отменяет мой поход за вином, – ответил я, спускаясь на улицу.

–То есть тебе вообще плевать? – постепенно закипая, продолжал Петя. – Ты не понимаешь, что натворил?!

Выйдя из подъезда можно было более подробно рассмотреть представителя «Четвертой власти»: зашуганный вид, подергивающийся левый глаз, бледный цвет лица, сальные сосульки вместо волос на голове, ботиночки из шкуры молодого дерматина, джинсы-трубы, которые были в моде еще где-то в 2006-ом, а также потрепанная кожаная куртка и старая клетчатая рубашка.

–А что я сделал? Что нужно было ему сказать? – спросил я, достав из портсигара самокрутку.

–Ты не должен был ничего говорить! Твою ж мать… – протянул Петя, потирая лоб. – Дай-ка одну.

–Это самокрутка. Не брезгуешь? Она вся в моих слюнях.

–Иди ты в жопу! Мне надо покурить.

Я угостил его.

–«Петя, мне нужен сюжет, Петя, я тоже хочу на встречу с Дубиным»…

–Как здорово. Ты зациклился на этой фигне, и сам не замечаешь, как идешь со мной покупать вино.

–Фигне?! Ты послал губернатора области на встрече для студентов! Ты вообще в своем уме, Вова?!

–Слушай, он не нес какую-то околесицу, а представители нашего студенческого совета просто с умным видом кивали в такт его речи. С этими пустоголовыми все ясно – сделать селфи в здании администрации, наставить хештегов и написать: «Сегодня студенческий совет посетил стены областной администрации! Губернатор области Олег Дубин ответил на острые вопросы наших активистов…» – это их предел. Но почему ты ничего не спрашивал?

–Я тебе сто раз объяснял, как все устроено! Ты думаешь, лозунг моей газеты – «Мы создаем новости» – это просто так?! Да в нем отражена вся суть моей работы! Все новости поступают Дубину, и он их уже утверждает, после того как знатно поорет на нас и раздаст приказы по редактуре. Но сейчас речь идет не обо мне…

–Слушай, автобусы ходят через пень колоду, цены на проездной для студентов подняли в два раза еще полгода назад. А он заливает про то, что это временные трудности, и что русский человек – мученик, и все стерпит, а уж русский студент и подавно. Ну, вот ни мудак ли? Естественно я заржал, а потом послал его после такого.

–Да ты даже не ездишь на автобусах, у тебя, блин, машина!

–Ну, да у меня машина, но у тебя-то нет. С этими изменениями часть денег с твоей стипендии стала уходить на автобус, а мне в бар не с кем ходить. К тому же я просто хотел посидеть на встрече, посмотреть, как все проходит, но губер ваш оказался таким мудаком, и стал нести такую херню, что я уже просто не сдержался.

–Ой, хана тебе…

–Да что ты все заладил: хана, хана. Давай конкретику!

–Конкретику? – истерически засмеявшись, переспросил Петя. – Пожалуйста! Сегодня с самого утра он декана нашего института с пристрастием допрашивает, настаивает на твоем исключении.

Тут я понял, что погорячился, и что мне не нужно ни вино, ни бурбон.

–Так, – сухо произнес я, уставившись на асфальт. – То есть мне хана?

–Да! – уже срываясь на фальцет, закричал Петя. – Да! Труба, край и вилы!

–Так, – повторил я порядком пришибленный от таких новостей. – И чего мне теперь делать?

–Раньше надо было думать, – презрительно бросил Петя.

–Петь, ну ты-то хоть не будь задницей!

–Я не знаю, что тебе делать, Володя! Как-то, знаешь, не попадал в такие ситуации… – ответил Белов, сделав последнюю затяжку и швырнув окурок. – Ты можешь как-нибудь исчезнуть с радаров на время?

–Ну, вообще я послезавтра вылетаю во Францию к дяде… – ответил я. – Постой, а разве не нужно в такой ситуации идти на встречу, договариваться?

–Так, конечно, тоже можно, – бодро ответил Петя. – Но ты