Лучший подарок - Александра Никогосян

— Спасибо! Спасибо, Боже, какая красота!

Часы показывали без пяти двенадцать, скоро в домах послышатся выстрелы открываемых бутылок с шампанским, все начнут кричать что-то совершенно бессмысленное и одинаковое… А дед Мороз будет стоять один и ловить губами снежинки.

Вскоре снег ровным слоем лежал на земле, покрывая грязь и слякоть. Снежный покров сделал город нарядным и праздничным. А деду стало до боли обидно, что не с кем ему разделить эту волшебную ночь и полюбоваться танцем снежинок в свете разноцветных гирлянд.

— Скажи, что ты хочешь? — вдруг услышал он за спиной.

Дед обернулся. Ангел. Тоже, наверное, по заказу к кому-нибудь ходил. Красивый костюм у него, не то что у деда Мороза. Двадцать раз зашитая шубейка, лохматая нечесаная борода… А, впрочем, какая разница?

— Что я хочу? — переспросил дед Мороз актера в костюме Ангела. — Вроде бы сегодня я должен раздавать подарки… Ну да ладно… Одиноко мне, понимаешь, крылатый? Всегда было одиноко, а сегодня и вовсе… Красоту и радость надо с кем-нибудь делить, правда? Иначе зачем все?…

Ладно, заболтался я тут с тобой. А ведь не май месяц. Пойду домой.

Дед представил одинокую холодную однушку, в которой его никто не ждет… И неожиданно заплакал. Нет, он не был пьяным. Он давно протрезвел. Просто… Просто… Мужчины иногда тоже плачут.

Ангел зачем-то пошел рядом. А дед Мороз заметил, что за ним оставалась цепочка следов на свежевыпавшем снегу. А за Ангелом… Ничего!

Наверное, он все-таки немного пьян. А Ангел остановился и сказал:

— Послушай, дед, подожди меня тут. Недолго. Я вернусь за тобой.

***

В новогоднюю ночь девушка всегда оставалась в общежитии одна. Все разъезжались по родным и друзьям, а ей ехать было некуда. Она детдомовский ребенок, давно привыкший к душевному одиночеству. И к тому, что никому, никому на целом белом свете, она не нужна.

Но ведь праздник! Не сидеть же ей целую ночь у телевизора?

— Пойду, — решила девушка, — Пойду прогуляюсь хотя бы до площади. Там такая красивая елка!

Она быстренько переоделась из уютного домашнего костюма в джинсы и теплый свитер, накинула курточку, и выбежала из общежития.

В лицо немедленно сыпануло колючими снежинками, ветер был злой и холодный.

«Была бы у меня мама… Или хоть бабушка. Мы сейчас сидели бы за столом, пахло бы пирогами, салатом «оливье», и что там еще готовят на Новый Год?

Господи, как я устала быть одна. Всегда одна. Даже если подружки рядом — мне все равно чего-то не хватает. Может, я ненормальная?»

На этой мысли девушка остановилась и задумалась, глядя на сверкающую огоньками витрину какого-то магазина.

«Нет, я нормальная. Только очень одинокая.»

Отойдя от светящейся витрины, она направилась на площадь, к огромной сияющей елке, украшенной шарами разного цвета. Это было так сказочно и красиво!

Девушка вытянула из кармана дешевенький телефон и попробовала сфотографироваться на фоне елки. Длины руки не хватало, в кадр влезало только ее расстроенное лицо и половинка большого синего шара. Ну разве это фото? И попросить некого. Прохожих не было совсем — вот-вот пробьет двенадцать, все сидят по домам… Девушка спрятала телефон и утерла варежкой слезинки, которые вдруг градом покатились из глаз. А когда, вдоволь наплакавшись, она подняла взгляд, то увидела перед собой… Ангела!

«Артист, — тут же подумала она. — Интересно, почему он один?»

А «артист» внимательно взглянул в ее глаза и тихо спросил:

— Почему ты плачешь?

— Я не плачу… Хотя… Ты все равно видел, правда? Мне очень грустно и одиноко. Вот так. Особенно сегодня. — девушка неожиданно разговорилась. — Я всегда была одна. Всегда! Не потому что я плохая! Нет! — она снова расплакалась. — Я хорошая! Но невезучая…

— Это поправимо, — улыбнулся Ангел. — Подождешь здесь? Минут десять? Не холодно тебе?

— Подожду. А зачем?

— Я схожу за твоим новогодним подарком.

Девушка с удивлением смотрела вслед «артисту», невольно отмечая про себя, что следов «артист» не оставляет. Ей вдруг стало очень страшно. А вдруг это правда Ангел? А она тут разнылась, как дурочка…

***

Ангел вернулся к деду Морозу и позвал за собой. Дед, уже начавший замерзать и подпрыгивать, с радостью пошел за Ангелом. Потому что — какая разница?

Они дошли до трамвайной остановки. Ангел остановился и сказал:

— Ну вот. Тебя здесь ждут.

Дед покрутил головой и никого не увидел.

А я, узнав Ангела, встала с дощечки и пошла к нему навстречу. Откуда-то появилась надежда. Робкая, крохотная… Готовая спрятаться и раствориться в любой момент. Уж слишком часто я получала пинки и тычки. Мне не хотелось больше боли. И еще — я устала бояться.

Осторожно вильнув хвостом, я ткнулась холодным носом в ладонь Ангела.

Человек, пришедший с Ангелом, увидел меня и вдруг обрадовался:

— О какая! Большая! Ты чья, красавица? Ничья? Ну, тогда пойдем со мной, собака! Будешь Снежка. Согласна?

Я замахала хвостом, что есть сил. Я была согласна на все! Только бы не быть одной! Гордо вышагивая рядом со своим человеком, я благодарно поглядывала на Ангела.

Через пять минут мы подошли к площади, на которой красовалась величавая елка. Она переливалась огнями, снежинки танцевали вокруг, и все было похоже на сказку. Хотя я, как собака, в сказках разбираюсь не очень.

Возле елки терпеливо стояла и кого-то ждала невысокая худенькая девушка в легкой курточке.

«Наверное, ей тоже холодно, — с жалостью подумала я. Могла бы — шубейку свою ей бы отдала»

А Ангел подвел нас с моим новым хозяином, дедом Морозом, прямиком к девушке.

— Вот, — сказал он девушке, — Это твой новогодний подарок. — и указал крылом на деда Мороза. — Ты больше не будешь одна.

— Сфотографируй ее на фоне елочки, — сказал он деду Морозу. — С этой девушкой ты никогда не будешь одиноким.

— Смотри, Снежка, — сказал он мне. — Это твои новые хозяева. Ты больше не будешь голодать.

Девушка, как во сне, протянула деду Морозу телефон.

Дед Мороз, как во сне, стягивал с себя бороду и колпак, превращаясь в молодого симпатичного парня.

А я, как во сне, стояла у их ног, виляла хвостом, и мне больше не было холодно.

Ангел улыбался, глядя, как девушка и парень смотрят друг другу в глаза, не отрываясь.

Он сам взял телефон, и сфотографировал нас всех троих на фоне переливающейся огнями красавицы елки. Снежинки падали нам на головы, усаживались на ресницах, но нам было все равно. Нам было хорошо. Мы улыбались, глядя друг