Бастард рода Неллеров. Книга 3 - Серг Усов

Агния там меня сегодня к вечеру ждёт, я ей весточку накануне послал.

Возвращаемся другим путём, не тем, что приехали в Гутово. Надо всё увидеть своими глазами, а оливковых рощ я ещё не оценивал. В отличие от винограда или фруктов, которые, что в натуральном виде, что в переработанном, идут большей частью на продажу, оливки мы выращиваем лишь для собственных нужд. Здесь почва немного для них не подходящая, хотя совсем рядом, в баронстве Корманс, том, что вассально подчинено напрямую герцогине Неллерской минуя графа Готлинского, эти деревья наоборот приносят основной доход. Природа-мать она такая, непредсказуемая.

Просто, узнал сколько времени и сил убивается моими работниками на уход за оливками. У местных, привыкших к натуральному хозяйству, есть неизбывная тяга по максимуму обеспечивать себя всем своим, а я вот думаю, может вырубить эту обузу ко всем чертям, засадить хоть тем же виноградом, маслины же покупать у соседа, так будет выгодней. Война? Войны заканчиваются, жизнь вечна.

Через милю, сделав крюк сквозь тенистую дубраву — моим воякам в их доспехах немного полегчало — выехали к оливковым посадкам. Первый раз здесь. Что сказать? Наши деревца действительно жиже баронских, даже на мой неискушённый взгляд. Да, решено, идею с заменой этих насаждений на фруктовые сады стану просчитывать уже в ближайшее время. Не лично, есть у меня кому.

Вообще, одно из главных достоинств любого руководителя — это умение передоверять исполнение своих обязанностей подчинённым и не лезть исполнять их работу. Ну, когда есть такая возможность.

Сразу за рощами, росшими по обе стороны от дороги на холмах, вижу обнесённые высоким тыном строения — рабские бараки и административные здания. Невольников уже пригнали на обед — тут их кормят горячими блюдами, весьма щадящие условия рабства — и они сидели на лавках за длинными, сколоченными из древесных материалов столами.

Дальше виднеется ветряная мельница, такая же как в фильме про Дон Кихота. Она работает, ведь мука нам нужна, хотя, знаю, семью свою мельник уже перевёз в обитель, а сам с работниками остался. Приготовлен фургон-длинномер. Как только вблизи появится неприятель, так механизмы мельницы снимут, погрузят и спрячут от врага за стенами. Кстати, механизмы, по словам брата Георга, здесь из железа. Оно дороже бронзы, но надёжней.

У нас есть ещё одна мельница, водяная, расположенная на самой границе моих владений у реки Стремянка, как раз в той стороне, откуда ожидается появление войска виргийцев, так что, там уже работы по помолу прекратили и начали эвакуироваться. Одно разорение.

— Скажите, чтобы возвращался. — оборачиваюсь к гвардейцам, попарно едущими за мной, сам я двигаюсь рядом с опекуном. — А то добегается до того, что удар хватит. — имею в виду старшего надзирателя, грузного пожилого мужчину с плетью в руке, устремившегося от строений ко мне с докладом. — Вон, морда уже цвета вишни.

Солдаты рассмеялись, а ехавший замыкающим Николас притормозил и прокричал надзирателю моё распоряжение.

К мельнице тоже сворачивать не стали. Зачем людей от работы отвлекать? Да и есть хочется жуть как, проголодался на свежем-то воздухе, нагулял аппетит, а молодой организм изнурять диетой не следует. Пусть рахит мне не грозит, но издеваться над собой тоже не вижу смысла.

Ускоряемся и через четверть часа въезжаем под арку ворот обители.

Меня дожидаются на обед все мои помощники, включая преднастоятеля. Планирую отсутствовать дней пять, поэтому, есть, что обсудить и какие задачи поставить. Ещё хочу до отъезда, потратить немного времени и омолодить лейтенанта Макса, а то не очень хорошо получается, наставник выкладывается ради меня полностью, а я по сути ничем добрым ему не отплатил до сих пор.

Наше застольное совещание организованное в церковном флигеле, затянулось по вине брата Симона, ударившегося в стенания и плач по поводу вороха проблем, возникших при переезде лечебницы из предместья на первый этаж гостиного здания, того, что находится внутри обители. Гвардейцев и кавалеристов там переселили этажом выше.

Наевшись до отвала, раздав указания заместителям и оставив целителя ругаться управляющим, я пригласил за собой брата Макса с милордом Карлом и покинул совещание.

На моего вассала невозможно было смотреть. В ожидании скорой встречи с прекрасной маркизой тот сиял так, что слепило глаза. Поговорить с ним на тему его отношений с моей сестрой я так и не решился. Есть темы, подобные тонкому льду, ступать на который надо очень осторожно.

— Вы хотите, чтобы я тоже с вами поехал? — поинтересовался лейтенант, когда мы вышли из флигеля и направились к общежитию.

— Нет, наставник. Двух десятков воинов — гвардейцев и кавалеристов — во главе с милордом Монским вполне хватит, чтобы обеспечить мою безопасность. Даже с избытком. Тебя позвал, чтобы отплатить за то, что ты для меня сделал, делаешь и, надеюсь, продолжишь делать.

Сохраняю интригу до самого конца. Лишь когда мы пришли ко мне в покои, где Юлька уже всё приготовила к отъезду, обрадовал брата Макса тем, что скину с его плеч груз прожитых лет, хоть и частично.

Есть люди, и таковых, увы, не мало, которые любят делать гадости даже в том случае, когда им с того нет никакой выгоды, я же всегда находился на другой стороне спектра. Если имелась возможность без ущерба для себя, своих родных и близких кому-либо помочь, то почему бы этого не сделать? Таким я был в прошлом, таким остался и сейчас. Испытываю настоящее удовольствие, глядя на помолодевшего наставника.

— Да ладно. — скромничаю в ответ на слова благодарности брата Макса. — Всё, что могу. А сейчас извини, нам надо поспешить в дорогу. Оставляю охрану монастыря в твоих надёжных руках. Никто, кроме тебя. Сергий! — кричу секретарю через дверь. — Не забудь рисунки!

На этот раз я решил взять парня с собой. Заслужил своим отношением к порученным делам и верностью моей особе.

Выехали в третьем часу дня. У меня реально сердце кровью обливалось, когда проезжали мимо предместья, глядя на то, как мы сами разоряем своё хозяйство. Ну, да, два раза переехать, всё равно что один раз погореть. А мы и оба переезда осуществим туда-назад, когда побьём и прогоним врагов, в чём стараюсь не сомневаться, и, кажется, пожара не избежать. Обитель не