Запретный предел - Андрей Вячеславович Шевченко

нас или от хиваши. Но кто поручится, что через пару недель они останутся на месте, а не ударят нам в спину, когда мы начнём осаду Тирогиса? На первый взгляд ничего страшного в этом нет — мы легко отобьёмся. Но мы окажемся отрезанными от линий снабжения. А голодный солдат — плохой солдат. Наша армия будет зависеть от тилисцев, с которыми я, честно говоря, даже сортир рядом не вырыл бы. Опять же, восточный Ситгар ни нами, ни тилисцами пока не захвачен — оттуда могут прибыть войска и ополчение. Осаду они, конечно, не снимут — сил не хватит, но неприятности доставят. Нам, а не тилисцам. Если сложить всё вместе, получится картина, где мы будем терять силы, а король Энмунд — наоборот. А с уничтожением Ситгара, Мироттия останется единственным соперником Тилиса, и неплохо бы подумать о том, что будет через год-другой.

Король Ниал слушал генерала, а сам искоса поглядывал на высших военачальников — как они реагируют. Маршал Торон смотрел на Юнка с сочувствием, словно уже прощался с ним, а маршал Энквист, презрительно выпятив нижнюю губу, то и дело порывался сказать что-то резкое.

— Если Вашему Величеству хочется знать моё мнение, то вот оно. Мы должны осадить Эмтрис и отослать обратно мобильную часть армии — лёгкую и среднюю кавалерию, чтобы нейтрализовать угрозу хиваши. А к Тирогису можно отправить, скажем, немного пехоты, десяток инженеров, пару магов и всех церковников во главе с архиепископом Бронкурским — пусть они изображают осаду Тирогиса, а основная работа ляжет на тилисцев. Если же возникнет необходимость, мы за пару дней сможет перебросить основные силы под Тирогис. Но безоглядно рваться к ситгарской столице, рискуя получить удар в спину, нельзя.

Генерал Юнк закончил и склонил голову, думая, что гнев короля сейчас обрушится на него. Да и остальные — и военные, и придворные застыли, ожидая, что скажет Ниал.

— Теперь понятно, почему вы молчали, господин генерал, — едко сказал маршал Энквист. — Вы говорите не как солдат, а как прожжённый маркитант.

Лицо Юнка побагровело от гнева.

— Я говорю так, потому что знаю об армии всё, в отличие от некоторых, которые видят её только из шатра и не понятия не имеют, сколько солдату положено каши в день. Вы, господин маршал, никогда не пробовали сесть у солдатского костра и сожрать то, что едят рядовые пехотинцы? Попробуйте, тогда, возможно, при планировании операций вы будете учитывать, что людям нужно хотя бы иногда есть и пить.

— Вы забываетесь, Юнк! — возвысил голос Энквист.

— А я поддерживаю генерала, — вдруг поднялся маршал Торон. — Может, я бы высказался не столь категорично, но в основном он прав.

— Довольно, — негромко сказал король Ниал. — Маршал Энквист, я вижу, что вы устали сверх меры. Поезжайте в своё имение и отдыхайте, пока ваши полководческие таланты вновь не понадобятся Мироттии.

— Ваше Величество, я совершенно не устал! — возопил маршал, столь позорно отправленный в ссылку прямо с театра боевых действий, но король лишь холодно на него взглянул и повернулся к Юнку.

— Господин генерал, в моём штабе открылась вакансия. Будьте добры занять её и совместно с маршалом Тороном разработайте детальный план наших действий. Завтра утром я желаю его видеть. Все свободны.

Королевский шатёр опустел. Ниал склонился над картой. Да, Юнк прав. Как ни печально, но придётся дробить армию — часть войск отсылать обратно для борьбы с хивашскими тысячами.

— Всё-таки, молодец Юловар, — хмыкнул Ниал. — Хотя это ему и не сильно помогло, но он грамотно сумел ввести в игру хиваши. Ну, что ж, пусть Энмунд берёт Тирогис, а я займусь обустройством своих новых земель.

* * *

Эрстан выблевал остатки завтрака прямо на пол Тронного зала, но никто из присутствующих даже не поморщился. Слуги быстро убрали возникшее недоразумение, а сам архимаг ещё долго раскачивался с закрытыми глазами, словно намереваясь повторить процедуру очистки организма.

— Почему так долго? — шёпотом спросил недавно подошедший Адельядо у мастера Мернаэля.

— Эрстан говорит, что ястребы очень независимы и своенравны, — так же шёпотом ответил тот, — и связь с Руадо в их голове часто теряется. В этот раз он потерял птицу, едва та взлетела над Тирогисом.

— Может, дело вовсе не в ястребах? Может, это наши заклятые друзья из тилисской Академии нашли способ противодействия?

— Кто знает? — развёл руками Мернаэль. — Но ведь с жаворонками и совами у него таких трудностей не возникало.

— Есть контакт, — наконец изрёк Эрстан. — Тилисцы уже миновали перекрёсток Трёх Дубов. Это разведчики — около полусотни верховых. Они въезжают в деревушку… я не знаю названия. Тилисцы жгут дома и постройки. Я вижу, они вытаскивают из погреба крестьян. Мужчину и мальчика убивают, жену и двух дочерей… М-мрази! — лицо Эрстана побелело и даже заострилось, а губы превратились в тонкую линию. — Они насилуют их, даже младшую девочку. И смеются.

Королева, слушавшая о том, что происходит сейчас в нескольких десятках лиг от неё, побледнела, а её синие глаза превратились в две льдины. Господин Луавиль с тревогой смотрел на неё, ожидая взрыва эмоций, но Линда сумела удержаться. В противоположность королеве на лицах обоих маршалов и генерала Куберта никакого волнения не было заметно. Возможно потому, что во время войны описываемое архимагом происходило повсеместно, как с одной, так и с другой стороны. Женщины врага — это часть добычи солдат, и ни один разумный военачальник не отменит этот приз, если не хочет бунта и неповиновения.

— Оказывается, с ними был церковник. Он слез с лошади и пинками отгоняет насильников от жертв, — продолжал Эрстан.

Архиепископ Одборгский, пришедший вместе с гроссмейстером, облегчённо вздохнул, но, услышав следующие слова архимага, стал белее снега.

— Он вспарывает животы женщин ножом и ругается на кавалеристов. Те садятся на коней. Разведчики едут дальше. Вдали вижу армию Тилиса. Сейчас я попробую… нет, слишком далеко. Я опять потерял контакт.

Эрстан открыл глаза и устало вздохнул. Слуги помогли ему подняться на ноги.

— Простите, Ваше Величество, у меня нет больше сил.

— Спасибо, господин маг, — безжизненным голосом сказала Линда. — Увиденное вами лишний раз доказывает, что пощады никому из нас ждать не приходится. Господа маршалы, я желаю знать, как обстоят дела с защитой крепостных стен.

— Ваше Величество, Тирогис готов к осаде, — сказал маршал Брунри.

— Я неточно выразилась. Я хочу лично осмотреть всё.

— Но зачем, Ваше Величество? Стены Тирогиса крепки, в стрелковых башнях скорпионы готовы к стрельбе, а маги активировали защитные заклятья у ворот.

— Я хочу увидеть солдат и поговорить с ними. Лейтенант Настон, найдите мне кольчугу подходящего размера и шлем. Кэй, — Линда повернулась к служанкам, — ты