Чемпион - Сергей Александрович Малышонок

Следующую неделю никто нас не видел… Я, конечно, немного утрирую, но именно что немного. Девочки соскучились по мне не меньше, чем я по ним, так что были у нас и разговоры о том, как они тут и как я там, и полные нежности и страсти ночи. И дни. А потом опять ночи. Я понимал, что это было не совсем корректно по отношению к Мелиссе, чьим гостеприимством мы немного злоупотребили, да и с Каэдэ и её командой тоже как-то неловко получается, но… с другой стороны, а чего нам стесняться? Все, кому надо, и так знают всё, что надо. Но как бы ни не хотелось возвращаться к рабочим будням, делать это всё-таки было нужно. В «рабочих буднях» же первым делом значилось разобраться, что в мире творится и, соответственно, не нужна ли где группа зачистки?

Выяснил. Данжи были, но ничего действительно серьёзного, с таким можно было справиться и местными силами, не говоря уж о моих призраках. Куда больше Мелиссу напрягали имперцы и местные аристо — Тёмные Времена закончились слишком быстро, и она банально не успела «дожать» своих визави и поставить в стойло. Это, в свою очередь, могло вылиться в то, что вместо кошерного самодержавия у нас тут может случиться венецианский бардак с выборными «дожами», которых мало-мальски серьёзные люди в случае необходимости пошлют нахрен, не задумываясь. Но не жаловаться же на то, что некий паладин слишком быстро и слишком качественно всех спас? А вот слухи о том, что некий уважаемый паладин неравнодушен к Шадар и симпатизирует её жрицам — это можно, это правильно! Тем более когда означенный паладин появляется прямо на алтаре Тёмной Госпожи в виде весьма однозначном. Ага, и это после прошлых слухов, да… В общем, сдаётся мне, одна хитропопая лисичка на полную использовала подвернувшуюся возможность. И надо будет потом ей за это намять хвостик. И ушки. В остальном же — я был не в претензии.

В таком ключе прошел ещё месяц. Я отдыхал со своими избранницами, порой болтал с Каэдэ и Героинями, перешучивался с Мелиссой или «зажимал в тёмном уголке» любительницу этих самых тёмных уголков. Разумеется, не обходилось и без «работы», но… это было как-то слишком просто.

В том смысле, что все старые, многоярусные и отожравшиеся в первые месяцы Тёмных Времён данжи уже выбили — где мы с девчонками, где Каэдэ со своей группой, где остальные Призванные Герои, а где и местные ребята из сильнейших. Они ведь все тоже не дебилы и не заскриптованные персонажи игры — они между собой кооперировались с первого дня, в частности, проводя тот поисковый ритуал совместными усилиями нескольких государств, да и на передовую выдвинулись, пока Герои входят в силу, не только на континенте Миргадор. Мы даже и не пересекались-то первые месяцы именно потому, что ребята были заняты Подземельями куда более сложными, чем наши обычные тех дней в один-три яруса. А потом ко всеобщему веселью ещё моя армия бессмертных призраков подключилась, бросаясь в самые горячие точки при поддержке координаторов из эльфийских государств. В итоге всё действительно сложное к моменту моего штурма главного данжа по миру выкорчевали, а всё новое, при тотальной мобилизации и высвобождении элитных сил, редко дорастало до четырёх этажей. А четыре этажа в нынешнем состоянии я мог зачистить, просто сделав шаг за кромку голубого диска энергии на входе, после чего моё Духовное Давление в один такт уничтожало всех до самого нижнего яруса, я даже кристалл Сердца Подземелья мог раздавить, просто сконцентрировав на нём своё внимание и поток энергии.

Таким образом, после третьей итерации подобного рода «подвига» я понял, что делаю банальную глупость, и сделал то, с чего стоило начать. Я спустился на нижний этаж очередного более-менее крупного Подземелья, расплескал по стене охранявшего Сердце Подземелья Каннибала Бездны и положил руку на парящий в воздухе алый кристалл.

Восприятие затопили сотни похожих, как две капли воды, и в то же время уникальных оттенков энергии. Зародыш Осквернения нёс в себе отпечатки всех Лордов Бездны, что соблаговолили скинуться по капельке крови на порождение таких вот «семян», которые должны пройти Сеть Медуса и укорениться в мире. И хотя ни одна из тварей Бездны даже не подумала давать на общее дело больше, чем остальные, их кровь при равном количестве вложенного объёма всё равно оставалась очень разной по качеству и той силе, что содержала в себе. Теперь я всё это отчётливо чувствовал, осязал, как разницу между холодным и горячим. И всё же… пусть я и мог уже сам открыть проход в Бездну, а также выбрать метку, на которую идти, я пока ещё не опьянел от собственной силы и не уверился в непобедимости. Быть может, я и быстро учусь, допустим даже, что мне уже доступно освоить любое заклинание с первого взгляда на его исполнение, но смерть… ей ведь достаточно и одной ошибки. Потому вместо самостоятельного распутывания клубка и формирования прокола я привычно направил нужное намерение Системе. Её алгоритмы были надёжны и проверены, а мне не перед кем было выпендриваться. Мне нужен был слабый Лорд Бездны, Домен которого будет подальше от сильнейших, чтобы не успели прибыть на помощь, а там… дойдём и до красоты скотобойни, которую эти твари заслуживают.

И вот пространство раскалывается — и я вновь ступаю на смердящие болью и страданиями плиты из застывшей крови, что трескаются под моими ногами в странном тронном зале очередного замка местечкового царька Ада, оформленного как тенистый сад из гигантских древоподобных грибов, а впереди тот, на чью личную вонь я и пришёл. Но… ничего не меняется. Демоны гибнут тысячами за считанные мгновения, всей лишь разницы, что, кроме одного Духовного Давления, я призываю армию бессмертных духов и подпитываю их своей силой. И только хозяин этого места живёт дольше, но даже он не может дать боя, когда его стаптывает и насаживает на бивни Древний Зверобог, а четыре исполинских дракона рвут на части