Сила намерения - Kass2010

— Больше всего на свете я люблю книги и руны. Вернее, сначала руны, а потом книги, — поддерживала за двоих разговор Стефани. При слове «руны» взгляд мастера рунологии Руквуда стал более внимательным, и он даже стал прислушиваться к тому, что рассказывала девушка.

— И вы представляете? Шестеро из семи маглорожденных оказались потомками разных родов, и тогда Гертруда практически силой потащила меня тоже пройти ритуал определения родства. И что теперь делать с его результатами, я и не знаю.

— А что показал ритуал? — с этого момента Августус заинтересовался соседкой еще больше.

— Оказалось, моя бабушка по папиной линии была сквибом рода Нотт, а дедушка по маминой линии тоже сквиб, но из французского рода де Куален. Но как-то обращаться к лорду Нотту неудобно: они подумают, что я им навязываюсь. А мне от них ведь ничего не нужно. Знаете, я работаю, чтобы получить ученичество у мастера рун. Еще, думаю, пара лет — и уже будет достаточно.

— Я — мастер рун. Вообще я специалист по древним артефактам, мастер артефакторики, подмастерье в нумерологии и арифмантике, — сказал Августус, — я могу вас взять в ученики совершенно бесплатно.

— Правда? — искренне удивилась девушка, повернув к нему голову и глядя на него глазами глубокого синего цвета.

— И с Магнусом я сам поговорю насчет принятия в род, но вы должны пообещать мне, что не откажетесь от ученичества, — решил сразу закрепить свои позиции Руквуд.

— Да кто же откажется от такого предложения? — удивилась Стефани. Она находила своего молчаливого соседа интересным и загадочным. А когда он сказал, сколько у него степеней в разных науках, она им просто восхитилась.

***

После окончания ужина дамы отправились освежиться перед танцами, а мужчины вернулись в гостиную на дижести́в[96]. Монтермар подошел к Дуэйну и сказал:

— Предлагаю вам, лорд Бёрк, выпить чего-нибудь в приватной обстановке, чтобы вы могли сообщить мне, что хотели.

— Конечно, милорд, так будет лучше всего, — ответил Дуэйн, и Дракон повел его в сторону своего кабинета, который прошел насквозь, и на веранде сел в кресло у стола, указав рукой на другое Бёрку.

— Бехар! Два бокала Террантеш[97] со льдом и сигары. Рассказывайте, Дуэйн, если позволите так себя называть, гостей надолго оставлять — моветон, — сказал Дракон, делая большой глоток из бокала и затягиваясь дымом.

Бёрк изложил Дракону свою теорию, периодически потягивая холодную и очень приятную на вкус мадеру.

— Весьма и весьма вероятно, — задумчиво проговорил Дракон, — теперь я понимаю, почему Мать Магия послала к нам вервольфов. Они, кстати, тоже изложили мне свои соображения по поводу тайного заговора против Магического мира, но с другой стороны и с иными целями. Что же нам нужно предпринять быстрее всего, по вашему мнению, Дуэйн?

— В дальних планах — нужно минимизировать соприкосновение с миром маглов. Выйти на полную автономию и самообеспечение. В последние лет сто министерство стало смотреть сквозь пальцы на закупки у людей необходимого для существования магов, а сами не можем трудоустроить волшебников. Плюс маги, ведущие бизнес на обе стороны, просто не могут хотя бы раз да не нарушить Статут. Хотя если я ошибусь — я буду рад. В самое ближайшее время нужно установить через гоблинов, кто проводит в крупных суммах обмен галеонов на фунты и обратно. Таким образом определить круг лиц, имеющих постоянные контакты с магловским миром. Проверить их на предмет нарушения Статута. Если они его где-то нарушили — заставить перечислить всех, с кем они контактировали, найти всех этих маглов, проверить. Если они знают о волшебном мире — Обливиэйт. Если нет — с миром отпустить. Так сказать, зачистить концы. В Министерстве — я думаю, что знаю, кто агент той организации. Это секретарь министра Сципион Твист. А вот кто работает на них в Хогвартсе — надо просчитать.

— Могу я просить вас остаться сегодня на ночь в замке? Я планировал утром совещание как раз по вопросу безопасности. Было бы замечательно, если бы вы тоже в нем участвовали, — сказал Дракон.

— Я могу, но мне нужно как-то передать сообщение сестре, что у меня все в порядке и что я буду на работе к обеду.

— Напишите записку, — предложил Монтермар, призывая пергамент, перо и чернильницу, — укажите адресата, и её доставят в ближайшие полчаса.

***

Когда мужчины были приглашены после дижестива в бальный зал, Вальдемар преградил путь лорду Блэку с Питером Петтигрю и попросил их об аудиенции. Те были изрядно удивлены, когда вервольф вывел их на террасу гостиной и сказал очень знакомым голосом:

— Кто-нибудь из вас мне объяснит, что происходит? Бродяга? Хвост?

Оба мародера подозрительно посмотрели на Вальдемара, после чего Сириус проговорил:

— Лунатик?

— Да, это я. И мне бы очень хотелось узнать правдивую историю о том, что случилось с Поттерами и вами в ту злосчастную осень, — ответил вервольф.

— Сири, он вообще не похож на Ремуса, — сказал Питер, — пусть докажет, что он это он.

— Так я и думал, что мне это пригодится, — проговорил, доставая из кармана кольцо личины, Вальдемар. Надев его, он превратился в гораздо более мелкого и щуплого светлого шатена с янтарными глазами.

— Удостоверились? — спросил он у мародеров.

— Ремус! — воскликнули они и обняли его с двух сторон.

— Я могу теперь снять кольцо? А то мне все вещи стали велики, — засмеялся Вальдемар.

— Снимай уж, — вздохнул Сириус, — но ты тоже должен нам все рассказать о себе. Ну их, эти танцы, давайте здесь сядем, выпьем по стаканчику и расскажем каждый свою историю.

Спустя полтора часа и три стакана огневиски на каждого друзья сидели, молчали и смотрели на океан.

— Какая же мразь все-таки Дамблдор. Получается, он всех подставил, — вздохнул Питер.

— Не волнуйтесь, он свое получит сполна, — ответил Вальдемар, — за каждого из вас, это я вам обещаю. И не называйте меня больше Ремус, пожалуйста, Вальдемар или Вальд. А то — чужое имя.

***

Когда Вальдемар, Сириус и Питер пришли в бальный зал, уже начинался последний котильон[98]. Супруги танцевали друг с другом. Монтермар составил пару леди Вальбурге, лорд Лестрейндж пригласил миссис Диккерсон. Северус танцевал с Маргарет Монтегю, Августус со Стефани Райс, Рей с Анхеликой, Луччана с Рабастаном, а Гертруду пригласил Отто Вольфссеген. Все дети давно уже убежали в игровую комнату и вскоре собирались спать. Этот очень долгий день наконец заканчивался.

Боунс-хаус,