Карина. Путь в никуда - Рокси Торн

— Системное оружие есть? — Не поворачиваясь больше, спросил Николай.

— Есть, и пистолет есть, — достав глефу из инвентаря, с готовностью продемонстрировала оружие.

— Неожиданно, обычно у девушек кинжалы, а тут копье, — хмыкнул он, разглядывая глефу. — Пойдёшь в охрану?

Охрана это лучше, чем поломойка или постельная грелка очередного мерзкого гадёныша, вот только вопрос с Тёмой так и оставался открытым.

— У нас есть детский сад, завтра увидишь, смены короткие, но пост в охране даст тебе свободу от притязаний, захочешь сама гарем заведешь, — хмыкнул он.

Круто, чё уж тут. Вот только страшновато, хер его знает, что там с ребёнком будут делать, не думаю, что все такие сердобольные, слишком у баб лица злые были.

— Подумай до завтра, вариантов ещё два, или кухня, но на целый день, или в шлюхи.

Обрадовав перспективами, Николай смотал удочки и свалил восвояси.

Как вообще за две недели вернулись рабы и гаремы? Откуда, блядь, это всё повылезало, на генном уровне было заложено? Ну ладно я, у меня особо и выбора нет, только и искать покровителя и то мерзко, хотя я бы предпочла добрую тетушку с ударом спецназовца, но остальные-то бабы куда смотрят? Что сами зомби убить не могут? Глупость же, смогла я, с мелким на руках, и они бы смогли. Страшно одной — скооперируйся с такой же жертвой шовинистов и вперёд мочить нечисть.

Решение я приняла однозначное, охрана это шанс, и на раскачку и на определённую свободу, Тёмку бы как-то подстраховать. Знаю я эти женские коллективы, не в лицо, так исподволь всё равно нагадят.

— Кир, не торопишься? — Заходя в спальню и с удивлением рассматривая собранную кровать, спросила у, по всей видимости, нового дедушки.

— Нравится? — Гордо выпятив грудь, поинтересовался мужчина. — С юным помощником собирали.

И правда, Тёма сидел и активно грыз какую-то деревянную рейку, но очевидно был доволен жизнью и занятием.

— Нравится, спасибо большое, — тепло поблагодарила Кира.

Жизнь скачет с такой скоростью, что механический бык задать не смог бы. Вчера ещё переживала, что пристрелит меня из мести, а сегодня вон, рассыпаюсь в благодарностях.

— Ложитесь спать, я завтра останусь в пансионате, за Тёмкой присмотрю, кому надо напомню, что вас обижать не стоит, да и тебе освоиться помогу, а потом уже поеду дальше, — выходя, произнёс он, а я не выдержала и кинулась-таки ему на шею, и даже звонко в щеку чмокнула, вызвав приступ радости у сына.

Глава 17

Впервые за несколько недель, мы спали мало того, что по отдельности, но и спокойно. Глупо, конечно, так расслабляться, но думаю, что даже в случае прорыва, я успела бы проснуться и собраться. И ворот, и дверей по дороге к нашему номеру слишком много, зомби же не диверсанты, нашумели бы так, что весь санаторий бы перебудили.

А потом был душ. Да, быстрый и еле тёплый, но это всё не баня. Не надо топить печь, таскать воду, такая мелочь, по сути, относительно старой жизни, и такая роскошь в этой новой.

А потом пришёл Кир с кучей бумаг и завтраком. Кофе, каша, бутерброд. Настоящий хлеб с сыром, разве не вершина блаженства? А когда я в два укуса съела предложенный бутерброд и только облизнулась, Кир смеясь, достал из инвентаря ещё два таких же.

— Это райское блаженство, — закатывая глаза и поглощая хлеб, констатировала я. — Никогда хлеб не любила особо, ну хлеб и хлеб, не икра же, а оказывается ошибалась. Икра вон, в каждом магазине валяется, ешь не хочу, а без хлеба и не хочется.

— В рационах хлеб выдают, но этот пекут здесь.

— Круто, есть же люди с полезными навыками.

— Кстати, о навыках, ты оказывается к охране приписана, — хмыкнул он, протягивая мне бумаги. — Не ожидал, но надеялся, всё лучше, чем рабыней быть.

— Николай предложил, я не стала отказываться, — пожала плечами и одним глотком допила кофе, немного обжигая язык, и углубилась в документы.

Вот зачем? Откуда такая бюрократия? Чёткое распределение групп по классам, командиры, замы. Даже отчёт и тот каждый день необходимо сдать по установленной форме. С одной стороны, резон в этом, несомненно, есть, но к чему настолько усложнять? Кто будет это всё разбирать? Невольно вспомнился Николай, сидевший в ночи над горой бумаг, уж не он ли этот великий деятель и инициатор?

— Сильно, — ознакомившись с характеристиками отряда, в который меня распределили, выдала я.

Реально, даже краткий психологический портрет прилагался.

Мне достался отряд из четверых человек, всего второго уровня, и все четверо пехотинцы. Не удивительно, что трое моих напарников — мужики. Тут с женщинами в охране вообще туго, помимо меня ещё шестеро и это на почти пятьдесят человек.

— Не понимаю, почему девушки отказываются от раскачки, — непроизвольно произнесла вслух, чем удивила Кира.

— Так проще, придёт сильный мужик и решит все проблемы, разве не это мечта любой барышни?

— Ты из какого века? Да даже если отбросить этот рафинированный подход к месту женщины под солнцем, то Система то, напомню тебе, не делит никого по гендерному принципу, — начала закипать я.

— Всё, иди уже, устраивай революции, — сдался мужчина и подхватил готового уже к выходу Тёмку.

Сначала сад, в который любезно вызвался проводить Кир. Идти было недалеко, собственно, только спуститься на первый этаж нашего же корпуса. Садом тут оказалась бывшая игровая комната, с добавленными несколькими номерами, ставшими спальней.

Из подопечных дородной, активной женщины глубоко за пятьдесят, Тёма, предсказуемо оказался самым младшим. Возраст остальных детей варьировался от двух до восьми. Да и вообще их было не так уж и много. Девочка лет двух, двое мальчишек пяти лет, девочка шести и ещё двое школьников, класса второго, может и первого, но вполне уже взрослые дети, сосредоточенно что-то писавших в тетрадях, когда мы появились.

— Ой, кто у нас тут такой бутузик? — Чуть ли не выхватила из рук Кира, женщина ребёнка.

Артём улыбался и хохотал в ответ на воркование женщины, Кир по-доброму улыбался, а я старательно выкладывала бутылочки, баночки, одежку, подгузники, инструкции.

— Мария Александровна я, — протянула мне женщина пухлую руку, а я автоматически отметила, что рука чистая, с короткими, аккуратно обработанными ногтями. — Не переживай, я детской медсестрой была, уж со смесью разберусь. Иди уж, воительница, до вечера не жду.

Женщина говорила и выталкивала меня боком из комнаты, вот реально, чуть дверью перед носом не хлопнула. Я даже растерялась от такого произвола.

— Не переживай, Маша гадостей не сделает, любого за детей порвёт, — разворачивая