Исход неясен #1 (05.06.2024) - Макс Мах

предотвратить любые возражения Лонгботтома. Теперь он обязан был явиться к ней, даже если для этого придется подняться со смертного одра. Таковы правила, таков механизм вассалитета, и Фрэнк вынужден был подчиниться. Пришел, сел в предложенное кресло и зло уставился на Анну, расположившуюся за своим рабочим столом. Чай, не дружеские посиделки у камина, а деловой разговор. И это еще эвфемизм, поскольку Анна не собиралась больше цацкаться с Лонгботтомом, - уже не маленький, должен понимать, - и беречь его ранимое Эго тоже не будет.

— Вот что, Фрэнк, - сказала после довольно-таки долгого молчания, - возможно, это наш последний разговор, потому хочу с тобой объясниться прежде, чем перейдем к главному блюду.

- Что значит, последний? – Посмотрел на нее непонимающе мужчина.

- А то и значит, что последний, потому что, скорее всего, мы с тобой больше общаться не будем. Совсем, если еще не понял. Никогда.

- От дома отлучишь? – он все еще ничего не понимал, и немудрено. Он про такое слыхом не слыхивал, вот и «тупил».

- Вроде того, - кивнула Анна. – Но это после. А сейчас кое-что о тебе и обо мне.

- Ну-ну…

Хамство, конечно, но Анна решила не пресекать. Пусть себе резвится пока есть такая возможность!

- То, что я сделала для твоей семьи…

- Я тебя…

- Да-да, Фрэнк, ты меня не просил. А теперь закрой рот и слушай.

- Ну-ну…

«Ну, как же! Мужчина! Последнее слово должно быть за ним, и никак иначе…»

- Так вот, - продолжила она вслух, - то, что я для вас сделала, было сделано для друзей, какими мы были когда-то.

- Я…

- Ты, Фрэнк, прикрыл меня в том бою в Годриковой впадине, и это был не первый раз, когда мы дрались плечом к плечу. В память о тех днях я, собственно, и взялась провести ритуал. Вассалитетом, если честно, я собиралась защищаться от твоей матери, а не от тебя. Но, как оказалось, ошиблась в своих расчетах. Упертым подлецом оказался именно ты.

— Это я-то подлец? – зло хохотнул ей в лицо Фрэнк. – Ты темная колдунья, приносящая человеческие жертвы, смеешь называть меня подлецом? Прав Дамблдор из темных ничего хорошего получиться не может!

- Опять Дамблдор! – усмехнулась Анна, совершенно не обидевшаяся на брошенное оскорбление. – Везде Дамблдор. Только никогда не там, где он нужен!

- Молчать! – рявкнула, увидев, что Фрэнк не угомонился. – Слушать и отвечать!

- Ну-ну…

Прозвучало уже не так бодро, но все-таки прозвучало.

- Где был Дамблдор, когда Волан-де-Морт убивал Джеймса?

- Он не мог поспеть везде…

- Хорошо! – кивнула Анна. – Приведи пример того, как и где он успел! Ну, я жду!

- Он победил Гриндевальда!

- Сорок лет тому назад. А где он был в ту войну? Где он был, когда мы с тобой дрались с пожирателями около полуразрушенного дома Поттеров? А когда напали на вас, что же он не пришел вам на помощь? Молчишь? И правильно делаешь. Я исчезла, и никто меня не искал. Живых друзей не осталось, родственников тоже… А Дамблдор? Отчего бы ему тогда было не озаботиться моей судьбой? А вами с Алисой? Вы десять лет лежали в Мунго, а он вспомнил о ритуале только для того, чтобы прищучить меня. Хороший человек, добрый друг и мудрый учитель, не правда ли? Сириус безвинно сидел в Азкабане. Шесть лет сидел, и никто даже не пошевелился помочь… Да, просто спросить его с глазу на глаз. Слушай, Сири, а с какого прибабаха ты предал своего лучшего друга и его семью? Почему об этом думали Блэки, а не Великий Светлый?

Фрэнк молчал. Наверное, он мог бы найти контраргументы, но он был не так умен, как Дамблдор, способный выкрутиться даже в случае, если его поймают над свежим трупом с палочкой, которой только что наколдовали Аваду.

- Про Гарриет вообще молчу, - добавила в конце. – Она темная, а тебе на темных насрать, хоть распинай, хоть вешай!

- Светлые никогда…

- А поставить годовалому ребенку два ограничителя – это не убийство? Серьезно, Фрэнк? Ты бы поставил?

- Ну…

— Вот именно, что нечего тебе сказать. Скажешь, да, значит подлец. Скажешь, нет. Значит, подлец Дамблдор!

- Ну да, бог с ним, с Дамблдором, - сказала после короткой паузы, видя, как «дергается» прижатый к стенке лорд Лонгботтом. - Ты фанатик, Фрэнк, а фанатика никакими словами не переубедить. Так что, все это я сказала, только чтобы объясниться. Не перед тобой. Скорее, перед самой собой. Потому что то, что я собираюсь сказать сейчас настолько ужасно, что впору саму себя заавадить. Но нельзя. На мне три дочери и сын. А еще родня, друзья, союзники, просто люди, включая твою жену и сына…

- О чем ты? – удивленно нахмурился Фрэнк.

- Сейчас конкретно о том, что на мне лежит огромная ответственность, а на пороге война.

- Дамблдор говорит, война будет в девяносто шестом или даже девяносто седьмом…

- Он уже пару раз ошибался, не так ли?

— Вот прямо-таки война? – набычился мужчина, привыкший верить всему, что говорит