Я вам не Люмин! или Как стереть клеймо главной героини 2 - Галина Вольфрайн

— Не стоит говорить?

Интонация в голосе Тартальи отличалась от его привычного легкомысленного поведения. Он переживал, но за себя или за него?

— Не стоит. — кое-как проговорила я (не хотелось разжёвывать, но надо было объяснить мои мысли). — За все эти годы Мора… Чжун Ли смирился. Он принял то, что я убила тебя. Даже убил меня в отместку. Сейчас у нас нормальные отношения друг с другом. И даже тебя он нашёл. Поэтому… я не хочу чтобы он узнавал эти подробности. Не хочу, чтобы он помнил как погибло королевство Гуйли.

<tab>Мы немного посидели в тишине, пока Тарталья не вздохнул глубоко и не сказал:

— Я с тобой согласен. Я не хочу, чтобы сяншен страдал из-за глупого недопонимания.

— Пускай прошлое остаётся в прошлом.

— Да, пускай прошлое остаётся в прошлом.

На этом мы закончили тяжёлый разговор и решили, что пора бы уже идти ложиться спать — уже почти стемнело. Чайлд сказал, что ему нужно немного поразмышлять обо всём этом в одиночестве. Да и дела в банке Северного королевства в его отсутствие наверняка накопились. Он пообещал, что зайдёт завтра после обеда. Я же подошла к Дилюку и устало уткнулась лицом ему в грудь, выше не дотягивалась.

— Устала? — ласково спросил он, проведя рукой по моим волосам.

— Угу. — только и смогла ответить я. — Пора спать.

— Пора.

* * *

Однако, вопреки моему уставшему состоянию, мозг почему-то не хотел засыпать. После всех событий последних дней Чжун Ли перестал ворчать на тему ценностей разных стран и позволил нам с Дилюком спать в одной комнате. Осиал перекочевал на освободившееся место в соседней комнате. А его диван занял Александр. Кажется, в отсутствие Итэра он тут неплохо обжился. Возможно благодаря цепочке отношений Саша — Аякс — Чжун Ли. Как говорится, связи имеют значение.

Зато теперь, благодаря всей этой перетасовке спальных мест, которую устроила Ху Тао перед уходом домой, я могла спать в кольце рук Дилюка. Тем более, что теперь он спокойно спал рядом со мной без рубашки и можно было уютно греться об него. Вот только своей вознёй скорее только мешала… Никак не получалось удобно улечься и в итоге я просто заползла на Дилюка, как делал Вэй Усянь в начале истории Магистра, в надежде пригреться и уснуть вот так. Благо топ и шорты от моего старого костюма с платьем не сковывали движений. Комфортнее, конечно, спать в пижаме или отжатой ранее у Дилюка футболке, но всё это оставалось в инвентаре Паймон, а значит в Нефритовом дворце. Хорошо, что немного одежды я заранее достала, хоть и не использовала была.

— Не спится? — тихо спросил Дилюк, которому повезло отключиться в царство снов, но ненадолго.

— Ага. Всё не дают покоя воспоминания о прошлом. Конечно, сейчас мне не так плохо, как после Драконьего хребта, но всё равно нехорошо. — честно пожаловалась я, улёгшись щекой на его груди.

В принципе, было тепло и уютно, и может быть я бы вскоре уснула вот так. Но совесть мешала. Может я и маленькая, но навряд ли пушинка. А грудь и живот всё-таки участвуют в дыхании человеческого тела. В придавленном положении наверняка дышится паршиво. Но сползать обратно на холодную половину кровати не хотелось. Дилюк тяжело вздохнул (насколько получилось в таком положении) и привычно погладил меня рукой по волосам, другой обнимая за талию. Он слышал весь разговор с Чайлдом и наверняка теперь размышлял, как меня подбодрить.

— Можешь выговориться, если хочешь. Думаю, тебя душит новая информация. — наконец сказал он.

— Я устала. — ответила я, приподнимаясь на руках, оперевшись ими по сторонам от его головы. — Я так ужасно устала, что просто уже нет сил жаловаться или страдать. Я просто хочу не думать обо всём этом, не вспоминать. Но я не могла не выслушать Тарталью. Вот только теперь стало ещё паршивее. Я теперь понимаю, что начала меняться после падения Сал Виндагнира. И мне очень плохо от этого осознания. Лучше бы я действительно сама убила Гуй Чжун. Было бы легче.

— Почему ты так считаешь? Мне всегда казалось, что нести на плечах чью-то смерть тяжелее. Разве тебе не должно стать легче от этой информации?

— Возможно сразу немного, но теперь… Нет. Не стало. Наоборот. Я уже тогда начала меняться и проигнорировала наш с братом ритуал, спихнув всё на него. А в Каэнри’ах ситуация вообще дошла до войны между нами. Если бы я только не решила спасти тех людей… Если бы согласилась сделать всё как раньше. Одна страна ничто по сравнению со всем миром.

— Ты боишься, что не сможешь спасти Мондштадт?

— Боюсь. У меня появился план, что можно попробовать сделать в этой ситуации. Но я боюсь, что это не сработает… Я не знаю, что мне делать тогда.

Ужасно хотелось разреветься и поныть, как раньше, но слёз не было. И сил не было. Я действительно очень устала. Не хотелось ничего. Хотя нет, кое-чего хотелось. Спрятаться в объятиях Дилюка, осесть где-нибудь на винокурне или, вообще, подальше от городов, дожить тихую спокойную жизнь подальше от всего… Но, если я это сделаю, то никогда не прощу себя. Если останусь стоять в стороне, как в случае с Гуйли, то просто сама сожру свою психику со временем. Дилюк был словно путеводной свечой. Тёплым светлым огоньком в этой темноте тоски и обязанностей. Хотелось держаться за него и никогда не отпускать. Как же мне повезло, что он влюбился в меня и увязался следом. В одиночестве сейчас было бы особенно паршиво. Я машинально потянулась за поцелуем, но Дилюк не спешил отвечать. А когда я легла на него, пытаясь обнять за шею, аккуратно отстранил мои руки.

— Не забывай, мы всё ещё в гостях. Тем более в ритуальном бюро. — напомнил он мне.

Вообще сейчас было плевать на обстоятельства. Хотелось забыться в его объятиях, не размышлять ни о чём. Думаю, мы оба уже достаточно восстановились после сражений с Осиалом и с Синьорой… Но Дилюк был непреклонен.

— Может, переберёмся в отель? — тихо спросила я со слабой надеждой, отстраняясь от его лица и усаживаясь на животе.

— И сожжём ещё один номер? Куда ты так торопишься? — устало спросил он, ласково поглаживая меня ладонями по бёдрам. — У нас будет ещё много времени друг на друга.

— Времени… — эхом повторила я.

Но потом всё-таки слезла с него, сворачиваясь в клубок под боком, спиной к нему.

— Ты странно себя ведёшь. Как будто у тебя