Исход неясен #1 (05.06.2024) - Макс Мах

- Я окутал особняк в Годриковой впадине огромным количеством сигнальных чар, и когда они сработали, аппарировал прямо в дом Поттеров. Я был первым, Анна, кто нашел в холле убитого Волан-де-Мортом Джеймса, Лили, лежащую с множественными переломами у дальней стены детской, останки темного лорда, орущего благим матом Гарри, которому в лоб попал осколок кирпича от полностью разрушенной стены, вернее, разрушены были две стены, там просто выбило напрочь весь угол комнаты вместе с окном. Вот Гарри и прилетело кирпичом в лоб. Очень больно и очень много крови.

- А Гарриет? – спросила Анна, еще раньше построившая себе модель произошедшего.

- Гарриет? – переспросил Дамблдор, задумавшийся о чем-то своем или, возможно, ушедший в мир воспоминаний. – Гарриет в это время мирно спала в своей кроватке.

- Вы сразу поняли? – решила она уточнить.

- Не сразу, но быстро, - признался директор. – Видите ли, Анна, я в молодости читал одну очень редкую книгу. Собственно, это даже не книга в полном смысле этого слова. Это были протоколы Большого Конклава Магов, который заседал в 1678 году в волшебной Сорбонне. Обсуждался случай Георга Пфаффа из Гамбурга. Ребенок двух лет путешествовал с отцом на торговом судне. В гамбургском порту один шутник, - как позже выяснилось, это был корабельный боцман, - решил «повеселиться», напугав мальца. Он надел на себя дерюжный мешок и африканскую деревянную маску и заглянул в каюту Пфаффов. Ребенок, как и следовало ожидать, испугался и выдал спонтанный магический выброс невероятной силы. Боцмана и наблюдавших за его развлечениями матросов убило на месте, снесло несколько переборок и высадило огромный кусок борта. К счастью, над ватерлинией, а не ниже, иначе, судно могло затонуть. Так вот, во время обсуждения были перечислены еще семь таких случаев. Самый ранний произошел во время Троянской войны, а самый близкий к обсуждаемому случился в 1599 году в Праге. К сожалению, эти случаи практически не обсуждаются в литературе…

- Обсуждаются, - прервала его Анна. – Есть одна книга на древнегерманском и еще одна на древнееврейском. Евреи написали свою книгу во времена Маккавеев[3], а германцы – в IV веке нашей эры.

— Значит, вы поняли, что произошло?

- Гарриет испугалась, - озвучила Анна свою гипотезу, - и у нее случился выброс, который развоплотил Волан-де-Морта и разрушил комнату.

- Я это так и понял тогда, - кивнул Дамблдор. – И совершил следующую чудовищную ошибку или даже две. Во-первых, я решил, что темный лорд повержен окончательно и уже никогда не вернется. А во-вторых, я испугался, что следующим темным лордом станет Гарриет.

- Темной леди, - поправила его Анна.

- Не суть важно, - отмахнулся Дамблдор. – Вы меня поняли. Такие выбросы случаются только у очень сильных магов, которые к тому же отличаются ранним развитием способностей. Я не мог точно замерить силу девочки, но по косвенным признакам, - а у нее в ее-то возрасте, было уже наполовину сформировано магическое ядро, - оценил силу Гарриет в двадцать единиц.

«Двадцать четыре, сукин ты сын!» – мысленно заорала Анна, но внешне себя ничем не выдала.

- Огромная сила и очевидный темный спектр… Все предпосылки, чтобы избрать путь Тьмы. К тому же, думал я, если оставить все, как есть, она станет героиней всей магической Британии. Ее избалуют, она привыкнет к почестям и захочет большего…

- И поэтому, вы приговорили ее к смерти, - жестко констатировала Анна.

- В тот момент я думал об общем благе, о том, что будет лучше для всех… Я просто не думал о Гарриет в таких терминах, как жизнь и смерть. Ее надо было убрать из уравнения, причем времени на это у меня почти не оставалось. Сначала появился Снейп… Потом начался бой на улице. В общем, я решил действовать быстро, и естественно, наделал много ошибок. Начать с того, что Лили пришла в себя как раз тогда, когда я ставил Гарриет второй ограничитель… Так что пришлось ее вырубать и «корректировать» память. Но занятый судьбой Гарриет я упустил из виду, что мои действия окажут на Лили восстанавливающее действие. Она пришла в себя в тот же день в Мунго и успела расспросить персонал раньше, чем я смог вмешаться…

«Значит, Лили зря себя ругает, - поняла Анна. – Она действовала правильно, просто противник ей попался слишком сильный!»

- Эти воспоминания, как я понимаю, вы ей не вернули.

- Не вернул и постараюсь убедить вас, Анна, что делать этого ни в коем случае нельзя.

- Почему?

- Потому что, во-первых, героем магической Британии пока остается Гарри Поттер. Влияния на него у меня практически не осталось, но пока хотя бы Лили не настраивает его против меня. А он нам нужен. Да, он нужен нам не для боя, - дуэли с темным лордом ему не пережить, - но в сфере политики, в контактах с Министром и прессой…

- Понимаю, - остановила его Анна. – Не согласна, и, по-прежнему, считаю, что ошибки надо признавать и исправлять, но я понимаю логику ваших рассуждений. Какова вторая причина?

- Гарриет. Когда мы ее найдем, ей, возможно, захочется обрести настоящую мать. Будет неправильно, если к этому времени Лили окончательно меня возненавидит и начнет настраивать против меня Гарриет, которая одна равна по силе Волан-де-Морту.

- Полагаю, Альбус, вы снова выдаете желаемое за действительное, - покачала Анна головой. – Вы ведь мне не всю правду сказали. Дело в пророчестве. Вы дали ему в ту ночь несколько иную, я бы сказала, тенденциозную трактовку. В рамках вашей концепции мира равная Волан-де-Морту по силе, Гарриет тождественна ему по своим целям, стремлениям и прочему. То есть, из нее вырастет его точная копия, замена ему. Я права?