Охотник - Сергей Александрович Малышонок

резюме и оценках в аттестате. Стоило девушке прийти на собеседование, как на этом всё и заканчивалось. Возможно, будь у неё несколько иная профессия, было бы проще, но кто возьмёт в юридический отдел откровенную лолю, что выглядит едва-едва на пятнадцать? Женщинам в этой профессии и так непросто, а уж тут… Частные конторы, а вслед за ними и госучреждения одно за другим махали девушке ручкой, а потом ещё и Пробуждение случилось, вырвав её из привычного ритма жизни почти на месяц и ещё сильнее всё усложнив. Работодатели почему-то очень негативно воспринимали мысль, что на вид слабая девушка-подчинённая может без труда голыми руками прикончить любого здорового мужика, и если раньше у неё хотя бы было пространство для манёвра в сфере всяких не шибко квалифицированных подработок (в роли той же официантки, например), то тут отметка Пробуждённой в документах стала натуральным белым билетом. Скопленные за время учёбы деньги (а написать нерадивым сокурсникам реферат за денежку малую, как оказалось, и в Южной Корее было вполне себе рабочим методом накопить на хлеб с маслом) постепенно заканчивались, перспектив найти нормальную работу не было никаких, зато восхищённые вопли из каждого утюга о бешеных заработках Охотников нет-нет да и капали в её маленькие розовые ушки. Ну и результат вышел закономерный: регистрация действующим Охотником, вызовы на рейды… чуть не случившаяся смерть.

Данный данж был у неё не первый, но в прошлых девушке как-то везло держаться внутри строя Охотников, по возможности бросаясь разрядами в монстров. Убивать, как правило, не убивала, но свои два-три кристалла за рейд получала, умудряясь добить ту или другую тварюшку. С трудом, но на еду и квартплату ей хватало. Полагаю, большинство Е-ранговых так живёт, но тут не повезло — и очередной навязанный Ассоциацией рейд оказался собран из полных недоумков. Место открытия Врат и впрямь оказалось на отшибе, так что дёрнули сюда Охотников по принципу «кто под руку подвернётся из тех, кто поближе», вот и вышло, что люди подобрались из трёх разных районов, да ещё и без нормального лидера.

Рассказывала Хуа-Хуа долго — я не скупился на уточняющие вопросы, что отвлекали бы её от совсем уж мрачных тем, да и сам периодически рассказывал что-нибудь о повадках монстров, когда это приходилось к слову. В общем, мы и сами особо не заметили за разговором, как добрались до города, да и там болтать не прекратили, двигаясь в одном известном девушке направлении почти автоматически.

Ну, а когда добрались, оказались в чём-то вроде ресторанного дворика под открытым небом. Никаких крытых веранд и навесов, зато много столиков с маленькими круглыми табуреточками и кухня с различными гриле-мангалами прямо на глазах у посетителей. Несмотря на ночное время, тут всё ещё сидела пара студенческого вида компаний, уже изрядно расслабленных выпитым пивом, а может, и чем ещё. Ну и аромат жареного мяса, источаемый этим местом, был заметен ещё метров за двести-триста от самого поворота тротуара в этот дворик.

— Хуа-Хуа, ты снова пришла, — едва мы разместились за свободным столиком, поприветствовала мою спутницу коротко стриженная русоволосая женщина лет тридцати в красном фартуке официантки и с блокнотом в руках. — Кто это с тобой, не познакомишь?

— Это мой друг, он Охотник! — ответила моя спутница. И вот какое дело, ответила-то она вроде бы и предельно просто и прямо, а ощущение, что аж кошкой на конкурентку зашипела. Снаружи всё чинно-благородно — не подкопаешься, а подтекст мотивом «На чужое рот не разевай! И вообще свали по-хорошему!» не хуже, чем у братков в подворотне под матерные предлоги, получился.

— Вы уже выбрали, что будете заказывать? — уловила намёк официантка, растянув губы в улыбке.

— Для начала мы будем четыре шампура мяса и два холодных пива! — солидно подняв правую ручку, продублировала озвученные числовые значения пальцами Хуа-Хуа.

— Хорошо, ждите, — быстро черкнув в блокноте, ответила женщина и упорхнула.

— И часто ты тут бываешь? — проводив спину официантки взглядом, интересуюсь у подчёркнуто прямо сидящей Охотницы.

— Последнее время не очень, — призналась Хуа-Хуа, — но раньше почти каждый день.

— Это из-за денег? — прекрасно помня, каково это — жить на бомж-пакетах и одном пакетике чая, ничуть не стушевался спросить я.

— Угу… — неохотно ответила девушка, повесив нос.

— Сегодня плачу я, — мягко улыбаюсь на её вид.

— Ты не обязан!

— Серьёзно? — вскидываю брови. — Ты хочешь, чтобы парень на свидании с девушкой кушал за её счёт? М-м-м… Кто бы мог подумать, что в такой милой малышке кроются такие большие амбиции на абсолютное главенство в семье…

— Я… Я не это имела в виду! Совсем нет! — вспыхнула как маков цвет лоля, вытаращившись на меня зелёными очами на пол-лица.

— Ой, да шучу я, шучу, не переживай. Помни: я здесь ради тебя, так что смело заказывай что хочешь, — с улыбкой заверяю девушку. — Не каждый день можно отпраздновать второе рождение… И обретение новых друзей, — закончил я, выдержав паузу для лучшего акцента.

В это время к нам как раз уже направилась официантка с подносом, так что ничего ответить Хуа-Хуа не успела, лишь сконфуженно потупившись. После того, как шашлык и пиво оказались на столе, она тоже обрела дар речи отнюдь не сразу, но запахи, пустой живот и угнетающее молчание сделали своё дело:

— Альберт… — судя по едва различимому бурлению животика, кому-то очень хотелось взять шампур с мясом, но после последних фраз это было сделать неловко, — а ты ведь иностранец, верно?

— Да, — решив не мучить милашку, я первым протянул руку к шашлыку. — В Сеуле я оказался совершенно случайно — сам не ожидал, а потом дела закрутили, и как-то так получилось, что я здесь уже живу, — проследив за появлением в моих руках еды, Чень тут же последовала моему примеру и даже умудрилась первой сделать «кусь».

— Но ты очень хорошо говоришь на корейском — я совсем не слышу акцента, — практически не жуя проглотив первый кусок мяса, продолжила расспросы лоля.

— Я — полиглот. Хорошо воспринимаю языки на слух и быстро начинаю говорить, правда, с письменностью это уже не работает — там приходится учиться на общих основаниях, хотя корейскую я уже более-менее освоил. За ошибки при письме не поручусь, но читать могу свободно, — чуть подретушировав реальность, изложил я чистую правду, сам приступая к еде.

— А почему ты ходишь ночью в тёмных очках? — последовал новый вопрос, вслед за которым девушка отхлебнула пива.

— А?.. — я даже немного растерялся, лишь через несколько секунд осознав, что на самом деле до сих пор ношу на носу очки, которые рефлекторно призвал из [Инвентаря], когда